Ксения Фир – Фамильяр. Мифы Гримория (страница 2)

– А обо мне, что скажешь, я могу помочь им – мне было жалко девочку и соседку нашу.

– Ой не знаю, да только поверь мне, она придет и беду принесет, вот увидишь, иди лучше дела делай, завтра она к утру будет, было уже такое, а там потом, как увидишь, что стало, сам решишь – и исчез, вот просто оп, и нету.

Может померещилось, но проверить стоило. День шел долго, работа не спасала, а мысли так и эдак крутились в голове. Но наступило утро, и девочка нашлась. Не обманул значит, целая и невредимая, все хорошо, говорит еле – еле от страха, а так ничего плохого. Мелом только пахнет очень сильно, но, как оказалось – это только я чувствую. И чего бояться – то надо, не понятно, но я помнил слова Акила, что будет плохо, все родные девочки успокоились, вот только ненадолго.

Я шел с дедом с колонки, за водой ходили для бани, смотрим, а соседка сидит бледная и на внучку смотрит, мы подошли.

– Что стряслось – то у вас – дед подошел и замер, внимательно смотря на ребенка. Я тоже решил посмотреть, сидит себе девочка, щечки розовые, носик тоже, и что – то в снегу копается, я пригляделся, а она котенка хоронит.

– Котенок помер, что ли? – спросил я у бабы Таты.

– Коленька, она его сама задушила, говорит, что так надо – баба Тата перекрестилась.

– Может не специально – ну не может же ребенок намеренно убить, тем более трехлетний, если только пере обнимала.

– Нет Коля, не только его, всех цыпляток тоже, и говорит будет маленькое кладбище, красиво же – она еще раз перекрестилась, а тут то я и заметил, что таких могилок – то не одна.

– Так надо на ругать – я сделал шаг в сторону Леночки.

– Стой Коля, а то худо будет – и она сняла варежку, ее рука была в волдырях, как от ожогов.

– Обожглась баб Тат? – спросил осторожно – И где ее родители?

– Меня Леночка за руку схватила, а мать с отцом, у них так вообще ноги отнялись. Она меня потом позвала и сказала сиди и смотри красоту мою – старушка заплакала, а девочка наконец меня заметила.

– Пливет – и улыбается, а глаза большие синие, прям куколка.

– Привет – я виду не подаю – Что делаешь Леночка?

– Класату делаю – и так гордо на целое кладбище показала, штук пятнадцать бугорков.

– А, что случилось с животинками? – спокойно Коля, надо разобраться, так я себя успокаивал.

– Они умели – улыбнулась девочка.

– А почему? – меня всё сильнее настораживало ее поведение, кажется об этом и говорил Акил.

– Пола им ужо была, надо-таки – и радовалась, от милой Леночки остался только маленький монстр.

– А ты откуда знаешь, что пора – надо аккуратно, не спугнуть это чудовище, или она еще ребенок только теперь не такой?

– Я так хочу – прищурила глазки и заулыбалась – А потом будет коловка наша и коник – при этих словах баба Тата упала на колени и начала причитать, что не убивай, не погуби кормильцев, но Леночки было весело – Ну баба, хосес я тебя вместо них, а? – я бы вот очень хотел ей сказать, что она плохая девочка и всыпать такого ремня по заднице, но решил не усугублять ситуацию, волоком утащил бабушку к нам, а девочке сказал, что сам приду с ней играть, а бабушка пусть погреется, она кивнула и продолжила, что там делать. Привел, налил чай и дал успокоительное, обещал аккуратно проследить за девочкой, и выскочил из дома. Первым делом я побежал на чердак, кажется кто – то, что – то знает, и я обязан из него это вытрясти. Но, как оказалось меня самого, уже ждали.

– Пришел – таки, смотрю ты не больно – то теперь рад ее возвращению – и прищурился.

– Не совсем, я конечно рад, что Леночка нашлась, но то, что она делает, мне совсем не нравиться – я говорил раздраженно.

– А погоди ведьмак, толи еще будет, не она первая, не она последняя – он как – то с тоской хихикнул.

– Ты ведь видел уже подобное, да? – я надеялся, что он мне расскажет.

– Видел, но ты не лезь, мал, да слаб ты, из тебя еще даже фокусник не выйдет, а тут куда тебе – усмехнулся Акил.

– Я должен помочь, что же мне ждать, пока вся деревня вымрет? – зло и очень громко произнес, даже свой голос не узнал.

– Забирай своих, и они будут в безопасности – он, как – то безразлично пожал плечами.

– Ты в своем уме, как это, а других умирать оставить? – неужели ему все равно.

– А, что ты можешь? – прищурился – Ничегошеньки, не тебе тягаться – и отвернулся.

– Научи, чувствую можешь ты, что хочешь за помощь свою? – я был готов рискнуть.

– Ты, ты что это, а? Мы не торговцы тебе, фамильяры служат только своим хозяевам и не хранят молчание, наша привязка только по крови, а ты даже не ведьмак полный, так, чародей недоучка – и важно так встал, смотря на меня снизу-вверх.

Ага, на крови значит, надо бы узнать.

– Как это на крови? – я сделал удивленную физиономию.

– Ох чернота ты необразованная, кровь фамильяра и хозяина перемешиваются, и если силы равны у хозяина или больше, чем у фамильяра, то он становиться его слугой, другом, защитником, а ежели нет, то фамильяр убьет или покалечит, но я таких просто наказывал, так чисто для страху – а как наказывал не сказал, но выбора у меня нет.

Я задумался, как бы нам соединить кровь, а вдруг и получится, в голове возник глупый и необдуманный план. Я взял гвоздик и сделал вид, что грязь со снегом из ботинок выковыриваю, тот на меня не смотрел, а что-то ел, и тут я заметил, что у него хвост есть, ага, еще проще. Аккуратно подошел, тот мельком глянул, но увидев, что я камушки собираю, хихикнул и продолжил есть, я легонько наступил на кисточку на хвосте, он даже ухом не повел, порезал себе палец, и взял осколок, да и подложил около него, палец спрятал. Он доел, соскочил хвост потянул, и упал, а ручонка его как раз на осколок, я схватил и вложил свой палец к его ранке, меня прошибло током от боли.

– Ты, что творишь, а ну я тебя сейчас – вот теперь он выглядел очень страшно, наверное, будет плохой конец, но нужно было решаться, обратного пути уже нет.

– Прости, но я должен им помочь – я еле сдерживал крик, чтобы меня никто не услышал из дома.

– Тогда приготовься, я обмана не прощаю – Акил превратился в огромное существо, словно вышел из самого ада, кажется, мне сейчас будет очень плохо.

Глава 2. Карачун.

Всё было словно в кошмарном сне, счет времени я не то, чтобы потерял, я даже не думал о том, сколько прошло, был лишь один вопрос: «я жив или нет»? Тело знобило, иглы были колючими и ледяными, во мраке, что окутал меня и мое сознание, я увидел Акила, он наступал, я смотрел ему в глаза, вокруг нас нарастал туман, серо – голубой дым обволакивал и пытался меня сломить и утопить, но я не я, если так просто сдамся. Мы стояли смотрели друг на друга, в его ладонях искрился шар из огня, но он был фиолетовый, с темно – зелеными искрами, Акил выпустил когти, и хотел кинуть его в меня.

– Не смей – мой голос словно сталь, которая поранила горло – Я твой хозяин! – и я напрягся, все тело хотело упасть, но я сделал шаг, второй, он пытался меня сломить, давил своей силой еще и еще, я упал на колено, он расхохотался, как раскат грома, но я стал подниматься, мысленно представил, что он это мишень, а я стрела, и вот я лечу, нужно попасть в цель. Не знаю, как, но я сделал прыжок, и схватил его … за хвост. Он растерялся, туман ушел, мне стало легче дышать, а вот теперь и моя песня будет.

Я намотал хвост себе на руку, и взял веник для бани, и как пошел его гонять по кругу, словно он мелкий пакостник, да так, чтобы он навсегда меня запомнил, будет знать, как пугать. И только когда он перестал пытаться вырваться, а успокоился, я прекратил.

– Ну, что же дальше, говори – мало ли, что там делать надо, а сам его хвост держу.

– Эх ты какой прыткий оказался, хитрец значит, ну хорошо, присягну тебе на верность, но вот есть одно, но – и улыбается, как крокодил в проруби.

– Какое же? Обмануть меня вздумал? – я натянул хвост.

– Что ты? Совсем дурак, что ли? Мы не можем обманывать хозяина. Да вот только, я тебе пакостить буду, это я имею права, я же так, как зверушка ручная – и гаденько так ручонки потирает.

– Аааа, ну пакости нечистая сила, да только и я накажу – и показал ему в сторону вичек.

– Вот ты какой значит, ну, только не долго тебе жить – то теперь, коли свяжешься с этим делом, а я – то дальше жить буду – он так хихикнул, что у меня в душе всё оборвалось.

– А это мы еще посмотрим, а ты мне поможешь в этом – я отпустил его хвост, он тут же хотел юркнуть, да не смог.

– Эх ты ж, беда теперь, как тебя величать – то теперь, хозяином, али как? А то же теперь привязан к тебе – он недовольно пробубнил.

– Не были царями, не будем начинать, Костя я, гуляй где хочешь, но, как призову, чтобы явился, а теперь рассказывай мне – я присел, так как понимал, что разговор будет очень длинным.

Акил то и дело отвлекался на всякую ерунду, по злить меня решил, но у меня терпение кремень, толком, как оказалось он и сам ничего не знал, кроме того, что Карачун, был вестником подземного царства и насылал смертельные морозы, обворачивал сердце в лед и заставлял приносить жертвы, он принимает жертвоприношения, ворует детей и делает их своими рабами, и везде где он появиться, будет неизбежная смерть, а маленьких своих слуг он потом сжирает заживо. И найти его не так – то просто, раз в год, перед новым годом, он появляется и за семь дней, до того, как истинный дух волшебства придет, окропляет землю смертью, и не будет тут больше жизни. Кто если и выживет, умрет одиноким и замерзшим в своей избе. Дорогу забудут сюда близкие, родня, друзья и все прочие, словно и не было этого места. Люди с голоду и холоду сгинут и попадут в его логово, и никто молитвы за них не скажет, так как забытые они.