Ксения Фир – Фамильяр. Мифы Гримория (страница 14)

– Кто здесь? – он оторвал свой взгляд от монитора.

– Здравствуйте – и я запнулся, а что говорить – то теперь, это я как – то не учел.

– Вы мне снитесь да? И я уснул видимо – странная реакция, я обернулся и увидел зеркало, взглянул и сам от себя отшатнулся, темный плащ, бледное лицо, на плече сидел Акил, но сам на себя я был не похож.

– Я вам не снюсь, я пришел за вами – глупо, но я как – то речь не продумал.

– За мной? – его глаза из удивленных стали испуганными.

– Да, за вами, простите, но пришло и ваше время – я выдавливал из себя эти слова, тяжело это произносить, честно говоря.

– Но, я, я что уже умер – он ощупывал себя, словно хотел проснуться, а я заметил, что время остановилось.

– Еще нет, но пришел я именно за этим – почему я не вижу, какой он человек, как это работает.

– Но я здоров, или что, на меня что – то упадет, пожар, взрыв, автокатастрофа – он бубнил, перечисляя все возможные варианты.

– Нет, вы просто умрете и все – я резко высказал, хотя самому было гадко себя слышать, но это нервы.

– Но почему я? Я же не делал ничего плохо! Я вот лекарство изобретал, чтобы клетки, которые отмирают и вызывают старение могли возрождаться, и я конечно молчу о вечной жизни, но продлить жизнь возможно, эти клетки будут сильными, я сделал расчеты, завтра будет первый опыт – он жестикулировал руками, а я внимательно слушал, и думал, а действительно, что плохого – то? Но тут Акил дернул меня за ухо, чтобы я перестал витать в облаках.

– Косточка, поверни кольцо и покажи ему, что будет – ага, а он то откуда знает? Значит видел подобное, ладно, потом расспрошу его.

– Прошу, дайте руку – я сделал шаг к мужчине.

– Н- нет, я не согласен умирать – он начал заикаться, я бы, наверное, тоже начал.

– Я просто хочу показать последствия вашего изобретения, а там мы с вами решим, как поступим – я протянул снова свою руку, мужчина коснулся моего запястья, и мы провалились словно сквозь туман.

Мы стояли на его завтрашней презентации, ему аплодируют, восхваляют, я посмотрел на него, он был явно доволен увиденным. Затем нас перенесло дальше, он работает упорно, пропуская матч за матчем своего сына, все больше отдаляясь от семьи, и любовь к спорту у ребенка пропадает, детская травма, которая закрывает его талант к баскетболу, и он вырастает обычным серым офисным планктоном, вспоминая о том, кем мог стать, команда лишается главного нападающего и у всех меняется судьба, ведь он был душой команды, он поддерживал всех так, как учил его отец, но отец жив и в парне не появилось твердого стержня. Дочка просто уходит в виртуальный мир, ей не интересно, как дела у папы, ведь они живут в его тени, а ему некогда, он творит великие дела. Но это же не причина, чтобы его забрать? Возможно увидев это, он сделает выводы, и многое измениться, но нас переносит еще дальше, и разрушенные стены, множество больных, они просят сделать эвтаназию, их мучения отражены на их лицах, врачи отнекивались, говоря, что это запрещено.

– Где мы? – он посмотрел вокруг.

– Спроси у них – мы подошли к пожилой женщине.

– Здравствуйте, скажите, что с вами? – он присел рядом с ней.

– Вы врач? – она подняла свои бледные глаза

– Да, я могу вам помочь? – он был напряжен тем, что видел.

– Прошу вас, я даже заплачу вам, я хочу умереть, не могу больше – она промокнула платком сухие глаза, слез там уже не осталось.

– Почему же? – воскликнул он, привлекая к нам внимание.

– Второй век доживаю сынок, прививки нам всем поставили мноооого лет тому назад, да вот только болезни – то она не лечит, мы живем и мучаемся, умираем долго и мучительно, красота и долголетие уже, как наказание, тем, кто заболевает, по началу все радовались, да только потом поняли, что это не решило проблему здоровья. Хотел тот врач улучшить изобретение свое, чтобы болезни лечились, и все у него получалось, а потом, один малыш заболел ветрянкой, и вот тут – то и начались наши беды, кто болел и, кто не болел стали заражаться, беременные детей теряли, выкидыши кругом, рождаемость упала, а болезнь мутировала, да хуже вичей и спидов всяких оказалась, ничто не помогает против нее, ее травят одним, а она сама себя лечит, и вот мы мучаемся, как во времена чумы, мой дед долго мучился, двадцать лет он провел в агонии и бреду, имени не помнил, никого не узнавал, а когда умирал, так вздохнул и улыбнулся, такое облегчение пришло ему. А хоронить его и негде было, людей много, кладбища пришлось засыпать, дома ставить, так и схоронили мы его в подвале, а там и я заразу подцепила, да вот все хуже мне и хуже. Не хочу я так сынок, хотели мы жить и радоваться, а вон оно как вышло. Но это еще не вся беда, многие совсем из ума выжили, на своих бросаются, поедают друг друга, а сколько теперь небожителей, не верят в Бога нашего, словно они сами создатели, они отрезают себе пальцы и руки, поклоняются дьяволу, он их союзник теперь. Котел адовый, наверное, переполнен нами, но я верю сыночек, верю, что когда – то мы провинились и нас теперь ждет суд Божий, а может и Господь на нас гневается, что пожелали быть молодыми и красивыми, не ценили сами того, что природа и Бог нам даровали – женщина тяжело вздохнула, а врач взял из ее рук карту, Мирова Елена Яковлевна 2015 года рождения.

– Я не знал, но, я могу исправить – он растерянно смотрел на меня, старушка резко упала и стала биться в истерике, вид был ужасный, никто не пытался ей помочь, им было уже всё равно.

Я повернул кольцо в другую сторону, и мы снова стояли в его кабинете, время не прибавилось ни на секунду.

– Я сделаю ошибку, понял – он стал метаться по кабинету – нужно просто проверить все еще лучше, про болезни и мутации я и вовсе не подумал, глупо было с моей стороны, и еще главное, чтобы клетки могли бы бороться с вирусами, возможно стоит не так сильно их внедрять, я думал, что они подстроятся в организме и будут восстанавливать не только молодость, но и лечить повреждения, и надо ставить опыты более подробно, на людях, а не на мышах, возможно не все захотят столько жить, ох, спасибо, это другой уровень – он говорил о своем труде, что стоит изменить, а я слушал и думал, что если одну ошибку он исправит, то, может возникнуть другая, и он ни разу не произнес слова о семье, словно не видел их, фанатик своего дела, а ведь сейчас, в эту самую минуту, он еще хороший отец, в которого верят.

– Косточка, а теперь переодень кольцо на другую руку – Акил шепнул мне, чтобы врач не услышал, но он на столько был занят, что даже не обращал на нас внимания. Я сделал, как попросил мой фамильяр.

Мы унеслись снова в тот зал, где врачи приносят слова соболезнования вдове и детям, мальчик сжимает кулаки, думая о том, что это не справедливо, ведь его папа был самым лучшим, он мог помочь стольким людям. Девочка держится за маму, и еще не совсем понимает, что произошло, но ей страшно, ведь ее папа не встаёт. Затем нас уносить еще дальше, парень подрос и ради мечты своего отца стал успешным спортсменом, девочка поступила в медицинский, чтобы быть, как и ее папа, только не пыталась изобрести молодость, она стала самым лучшим кардиохирургом, а женщина полностью посвятила себя детям, замуж она не вышла, но и не была одинокой, рядом появилось не менее крепкое плечо, но боялась сказать об этом детям, так как они чтили память отца. Нас перекинуло еще дальше, там была девушка, успешный врач, доктор медицинских наук, мужчина, который был самым настоящим главой семьи, и пожилая женщина, нянчившая внуков рядом с седовласым мужчиной, который очень любил всю семью, и который до встречи с ними не был счастлив и не знал семейного очага. Но память о своем великом и добром дедушке, который мечтал лечить людей и продлить жизнь, хоть на грамм не умерла, его портрет всегда висел во главе их семейного древа, чтобы все знали, на кого стоит ровняться и брать пример, и никто из них никогда бы и не подумал о том, что этот человек, мог загубить множество жизней.

Мы вернулись обратно, а врач так и продолжал искать ошибку, напрочь забыв о том, что по мимо этого он потеряет даже семью, что люди будут страдать, что нельзя учесть все, что может пойти не так.

– Косточка, я думаю, что пора – Акил вздохнул.

– Нас могли обмануть, может это все не так, а будет по-другому – наверное я просто не хотел сдаваться и признавать, что в этом случае стоит забрать жизнь, которая погубит множество других.

– Нет, кольцо никогда не врет, оно либо отнимает, либо предупреждает, но этот человек не понял своей ошибки, разве ты не видишь, что он одержим своей идеей, и она погубит не только его – Акил покачал головой.

– Я не могу забрать его у семьи – я не хотел верить, что человек, который так любит свою семью, может забыть о них.

– Ему будет наплевать на них, ты что видел? Ты видел в нем того, кому будет нужна семья? – еще не много и он кажется перейдет на крик.

– Я понял Акил, хорошо, что нужно сделать? – своему фамильяру я верил, он не мог меня обмануть, а значит и то, что я увидел – правда.

– Просто подойди к нему и коснись его кольцом, все произойдет само по себе – он указал на врача.

Я прошел к мужчине, он встрепенулся, говорил мне о новых расчетах, но увидев мой взгляд упал в ноги, умолял, просил, а я стоял, как истукан, мне было его жаль, но кроме, как исправить ошибку он не произнес ничего, он не хотел отказаться от своей идеи, я коснулся его кольцом, он упал, точнее тело его, сам же он продолжал стоять рядом. Попытки вернуться в свое тело оказались бесполезными, но он упорно пытался, я тем временем, по совету Акила направил кольцо на его работу, чтобы никто не смог повторить его результатов, и сделал там ошибочные выводы и записи, а затем еще раз коснулся его кольцом. Оно засверкало красным, потом синим и он исчез, проклиная меня, словно и не было тут его, а мы оказались дома, и так неожиданно, что напугали бабушку, которая была на кухне. Благо соседки нет, а то это мы бы точно не смогли объяснить. Я не выдержал и схватил у деда одну сигарету, мои нервы сдали, а так надеялся, что бросил.