Ксения Фир – Фамильяр. Мифы Гримория (страница 16)

– Нет – ответил твёрдо – Он сам будет решать, как ему жить, его родители отдали свои жизни, чтобы их сын жил так, чтобы ты не могла на него влиять.

– Я хотела, как лучше – она злилась – Ну, что же, посмотрим, кто кого – девушка исчезла, словно ее и не было.

От имени Кости.

Перенос вышел стремительным, а в голове был разговор с дедом, но я решил оставить эту информацию на потом, когда будет время, чтобы всё это понять и осознать, сейчас у нас было совсем другое дело, я увидел, где мы оказались на этот раз.

Женщина лежала в своей кровати, около ее постели сидели люди, судя по всему она была богата, и многочисленные толпы родственников, наверное, очень хотели заполучить наследство, юрист сидел рядом и ждал ее решения, все нервничали, да и жить ей оставалось немного, всего пол часа, но они об этом не знали, а она словно кого – то ждала. Стоило нам появиться, как время снова остановило свой ход, для всех, кроме нее, мы подошли.

– Здравствуйте – я холодом одарил старушку.

– Вы уже за мной, как же я так не успела и не дождалась – она была чем – то опечалена, но не пыталась просить дать немного времени.

– Вы готовы пойти со мной? – я еле скрыл удивление.

– Готова, но могу я только спросить? – в ее глазах было какое – то разочарование.

– Да – я даже, как – то растерялся.

– Я знаю, что время мое давно уже на исходе, я не бедна и на срок, отведенный мне, не жалуюсь, только вот все эти люди, что пришли ко мне, не меня они жалеют, а деньги мои считают, а я так и не решилась, кто больше достоин, наняла частное лицо, что бы выяснил о каждом и вот ждала результатов, но видимо не успела, может вы мне скажете, кому стоит дать «золотой билет» – он тяжело дышала, но не казалась уже такой противной.

– А разве имеет значение? – я удивился.

– Да, имеет – старушка даже повысила голос – Я не наглая воровка или обманщица, все, что я заработала, я заработала честным трудом и умом. Я не сторонилась любой работы, даже самой грязной, а вот дети мои и внуки, пошли не по моим стопам, сама виновата, баловала, много позволяла. А потом, как уход мне нужен стал, так и пропали они, но не особо далеко, денежки все считают мои, а достойных не вижу, даже из тех, кто много лет мне служил верой и правдой нет никого, кто бы мог сохранить мои труды, и не развалить, а наоборот смог бы работать упорно и жить хорошо – а я решил к ней приглядеться, ее душа, я увидел ее душу.

Она была чистейшая, с небольшими порезами и темными пятнами, как говориться, кто не без греха. Ее одеяние было лохмотьями, но она штопала и латала их заплатками, но гнили в ней не было, и руки ее были с нитями золотыми. А вот оглядев взглядом ее родню я пошатнулся, и было от чего. Толстые и жадные, черные, зеленые, ядовитые и в оковах, что могло их так стравить, просто деньги? Не думаю. Кто – то давно отдал свою душу зеленому змею, кто – то продал самому дьяволу, огромная красная пентаграмма выжигала все в этом человеке, а кто – то просто был пуст, не имел даже своего светлого разума. Как же так, а потом я решился и повернул кольцо.

Я увидел, что, если я дам ей еще хоть немного времени, ее родная дочь аккуратно подкупит того самого надежного человека, который собирал информацию, он продаст свое имя, а продать имя – это продать душу, и оба они попадут в вечную зависимость, а потом в них будут вырастать сущности, которые заставят их все больше врать и поглощать все вокруг себя. Кто – то будем упиваться алкоголем, а кто – то начнет убивать, они все продажны. Более жестокого монстра чем человек, я не мог назвать теперь, мы самые уродливые создания, если нам что – то нужно, то мы идем любой ценой, и я тоже. И вот теперь я обернулся, напротив меня висело огромное зеркало, и я увидел себя.

Темная ткань рваного плаща, тела нет, только тьма, которая показывает лишь еле видимый силуэт, красные глаза, и костлявые руки, держащие огромную косу. Наверное, вот таким палачом я предстаю в глазах тех, кто способен меня увидеть. Палач, которого я боялся, теперь я сам. В углу сидела девочка, она была просто девочка, которую подкинули на порог этого дома, сейчас ей лет десять, но она видит меня, другие нет, а она да. Я медленно подхожу к ней, боюсь спугнуть, но она даже не дрожит.

– Тебе очень больно? – ее тонкий голос ставит меня в замешательство.

– Ты меня видишь? И тебе не страшно? – я вижу ее, тонкую, хрупкую, просто хрустальную душу.

– Нет, тебя не боюсь, а вот их очень, меня убьют или выбросят на улицу, а я очень хочу жить – ревностные искорки ее глаз становятся серьезными и натянутыми, в ее душе слышится звук разбитого стекла, первая трещина и первые нотки борьбы за свое, так и ломается в нас вера.

– Ты решила их всех отравить – вопрос сам вырывается у меня, Акил молча отходит назад, показывая, что нам лучше уйти.

– Да некромант, я их отравлю – я не успеваю ничего понять, время на свитке заканчивает свой ход, и мы возвращаемся обратно, в первый раз такого не было.

Я ничего не отвечаю женщине, и просто прошу пойти со мной, она молча кивает, и я забираю ее. Что будет дальше? Я не хочу видеть и знать это, и не хотел, чтобы и та бабушка увидела. Мы возвращаемся домой молча. Но не успеваем обсудить ничего, так как на свитке появляется новое имя, тот же адрес, просто Евгения, десять лет и страшная подпись – некромант.

Я понимаю, что вот сейчас будет то, для чего она дала мне свой свиток, я знал о ком в нем писалось. И мне было страшно, Акил молча кивает, мы не готовы туда идти, но должны. И мы снова касаемся имени.

Приглушенный свет, скорбные лица, которые таят в себе тайную жажду наживы. И только у одного человека чувствовалась жажда мести, этот резкий запах крови, которой она готова залить весь дом. Мы прошли к ней ближе, но она ждала нас.

– Ты сможешь убить ребенка? – она была уже не такой милой и хрустальной, ее переполняла тьма.

– Ты не должна мстить, ты можешь жить во благо, хочешь мы заберем тебя к себе? – я очень надеялся, что девочка отступит.

– Нееет – она выкрикнула и начала поднимать черные клубы дыма, трупы кошек, собак, птиц, и еще что – то не понятное шло на нас. Она шла на меня, но я не мог ее остановить, она же ребенок, а я детей не убиваю. Её удары становились сильнее, а глаза закатывались в глазницы, как будто уходили в глубь, а на их месте были кровавые подтеки, сосуды лопались, она тяжело дышала, ее мыли я чувствовал словно свои собственные, утопить в крови, уничтожить, ей не нужны были деньги, она просто хотела убивать, маленькая черная душа, я сам не выдержал и нанес удар ей прямо в сердце. Она выронила последний вздох, и ее глаза испепеляли меня ненавистью, даже на последнем издыхании она ненавидела меня. Я коснулся ее кольцом, оттуда вышла ее душа, черная и кровавая, на ней было столько грязи и злобы, и она была некромантом, как и я сам. Душа девочки медленно проникала в кольцо, мне было больно, кольцо обжигало, руки тряслись, было плохо, очень плохо. Стоило её душе уйти, как весь ужас исчез, время возобновило свой ход, а девочка просто уснула рядом со старушкой. Родственники бабушки с отвращением посмотрели на ещё один труп, но решили, что так даже лучше, не заморачиваться с девчонкой. Было тошно от всего этого, но я сдержал себя и просто исчез. Мысленно я подумал о том, что сейчас я не хочу быть дома и мы переместились с Акилом в ту самую деревню, где и познакомились, почему именно сюда я не знал. Молча бродя по улицам, я старался избегать людей, которые, когда – то мне казались приветливыми, но не сейчас. И все же встречи было не избежать, соседка из дома напротив меня узнала, поздоровалась, начала спрашивать, как у нас дела, а потом замолчала. Ее глаза наполнялись кошмаром, я оглядел себя, мои руки были в крови.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.