Ксения Фави – Украденная стать матерью (страница 50)
- У тебя же есть, - удивляюсь, - а я еще не скоро смогу на него сесть.
Атаманов снисходительно выдыхает.
- Вообще-то, я имел в виду детские.
Я снова мечтательно лыблюсь. Это так мило, что он думает о будущих развлечениях мальчишек. Вот только…
- Дети тоже смогут кататься на велосипедах не сразу… Сколько ты думаешь оставаться в Европе?
Многие мечтают о жизни в этой части мира. Особенно те, кто толком не был здесь. Нет, я всем довольна! Самое главное - тут нас окутывает покой. Но я совсем не уверена, что хочу остаться здесь навсегда. Я скучаю по шумной и такой родной столице. По давно знакомым местам и друзьям. По той атмосфере…
Рус дарит мне долгий взгляд.
- Пока я не думал про отъезд. Сначала нам нужно родить.
Нам! Кто-то становится сумасшедшим папочкой. А про велосипеды он, похоже, сказал без глубокого смысла. Просто мысленно он уже растит маленьких спортсменов.
Меня же этот разговор разбередил. Пока гуляем по торговому центру, и Рус делает спортивные покупки, в мою голову так и лезут мысли о прошлом. Как я жила до Руслана, как мы странно познакомились. Как ездили к его друзьям. И боролись с моим «папашей».
Когда приезжаем в наш дом, я даже лезу в интернет проверить почту. Отвечу давней подруге Олеське. Черкну Лере и Катюше. С мамой мы не переписываемся, созваниваемся каждый вечер.
Рус занят с покупками. Он все же купил один детский велосипед и пытается его собрать. А я заваливаюсь на диван со смартфоном. Так, есть ли у меня входящие.
Глава 21
Я общаюсь с близкими в мессенджерах. А еще у меня есть страничка в международной социальной сети. Правда, я давно не выкладывала там фотографий. Отец отбил последнюю тягу к публичности.
Хм, странно, у меня там уведомление. Может, реклама?..
«Здравствуй, Полина, я твой дядя».
Что?! Кажется, в одном из любимых мамой советских фильмов была подобная фраза с тетей. Читаю дальше.
«Меня зовут Владислав Викторович Кравцов. С твоим отцом, Виктором, мы родные братья. А если быть точным - мы двойняшки. Я появился на свет чуть позже него и всегда считался младшим».
Рада за него! Или нужно посочувствовать? Я понятия не имею. Просто в шоке продолжаю читать.
«С Витей у нас всегда были непростые отношения. В детстве мы страшно дрались, подростками ненавидели друг друга. Я тоже хорош - прекрасно учился и задирал нос. Виктор имел кучу друзей и был лидером. Только я ему не подчинялся».
Да уж, у папочки замашки властелина мира. Но что хочет от меня дядюшка?
«Тебе, скорее всего, не интересны эти мемуары (хохочущий смайлик). Перейду к сути. Я знаю, что брат не общался с тобой. Также в курсе, что несколько месяцев назад вы пересекались. Но он явно не рассказал тебе самое главное».
А вот это уже любопытно.
«Мы родом из старинной зажиточной семьи. Наш отец смог приумножить ее состояние в более современном мире. Он имел доступ за границу и создал там фонд. Распорядителем денег будет являться старший наследник рода, если у него есть дети. Виктору повезло сделать первый крик раньше. И он получил доступ к фонду в момент, когда родилась ты».
Ну ничего себе! Папочка, можно сказать, отцовский капитал за меня получил! А мы в это время думали - купить в этом месяце конфет или тетрадки…
«Он занимается благотворительностью и сам живет шикарно. Но все это до того времени, как у тебя появится ребенок. Сейчас ты старшая наследница в роду».
Я должна перевести дух. Да, у моего дедушки было своеобразное мышление. Богатые нередко имеют разные причуды. Но каков же Виктор! Он из кожи лез, чтоб я не спешила с материнством!
Сначала Павлика с Натальей запугал. Потом в наши отношения с Русом лез что есть силы! Он знал, что если Атаманов поставил цель получить наследника, он к ней придет. А после и права своих детей сможет отстоять по полной. Защитит меня. Да уж, такой зять со всех сторон невыгоден Кравцову!
Может быть, позора в прессе он тоже немного боялся. Но лишиться денег - куда больший страх.
Фу-ф, припадаю к бутылочке минералки, которую брала с собой.
«Я дам тебе координаты людей, которые осуществляют контроль за фондом. Мой папа выбрал страну, в которой все это возможно по закону. Не скрою, мне всегда было обидно считаться младшим. Но еще бог не послал мне детей. Так что моя сторона точно не может ни на что претендовать. Хотел бы, чтоб во главе фонда встали более порядочные люди. Ну и был бы не против встретиться и познакомиться с племянницей».
Ох… Мне пока сложно открыть душу дяде. Он еще пишет, что, когда я родилась, у их отца были проблемы на родине. Он засел за границей и не мог приезжать. Папа же показал документы на меня. Говорил, что моя мама очень негативно к нему настроена. Поэтому у него никаких фото.
Как бы ни было, по факту у него была дочь. А целью его отца была непрерывная жизнь рода. Планом же моего было - владеть деньгами и не передавать их никаким детям и внукам. Внебрачная и ничего не знающая дочь в этом плане очень удобна!
Я коротко отвечаю дяде - здороваюсь и говорю, что мне нужно все это переосмыслить. Да и перепроверить правдивость этого письма счастья.
- Всё в порядке, малыш? - дверь в спальню открывается, и я вижу встревоженное лицо Руса. - Ты давно не выходишь.
Ох, я и думать забыла про время!
- Руслан… Посмотри, что я прочла только что…
Супруг оказывается рядом, внимательно изучает сообщения дяди. Молчит. Только мимика показывает, что он не меньше удивлен.
- Хм… Полуостров за рубежом, где строго охраняется финансовая неприкосновенность. Даже мои люди не смогли пробить такую информацию. Я ничего не знал.
Кто-то мог бы подумать, Рус был в курсе и выбрал меня из-за тех денег. Захотел ребенка тоже поэтому. Но мне такое и в голову не пришло до его слов.
- Ты же не считаешь, что я был в курсе?
В любимых сумрачных глазах полная растерянность и страх. Как же сильно он боится меня потерять… Наклоняю голову вбок. Смотрю мягко.
- Не думаю, что мой дед допустил бы, чтоб деньги ушли в руки брачных аферистов. Надзиратели фонда точно не наивны. Но самое главное… Я чувствую твою искренность ко мне. Давай закроем этот вопрос раз и навсегда? Помоги лучше мне во всем разобраться…
Из груди Атаманова вырывается судорожный вздох. Прежде всего, муж прижимает меня к себе и несколько секунд просто молчит. Потом снова перечитывает слова дяди.
- Мы можем встретиться с Владиславом. Еще можем слетать и поговорить с администраторами фонда. Но всё это будет после твоих родов! Рисковать здоровьем я тебе ни за какие деньги мира не позволю!
- Но если Кравцов в курсе моей беременности, он может по полной залезть в фонд! - ахаю.
Губы Руслана сжимаются в нитку.
- Сначала здоровые роды и первые дни с малышами. А после… Может быть, нам удастся лишить твоего отца финансовой подпитки и окончательно разобраться с подставой на базе. Без денег никто не будет его прикрывать.
В глазах супруга азарт. Может, нам в будущем стоит открыть детективное агентство? Возьмем еще Троицкого в штат. Хотя, наверное, это слишком дорогостоящий специалист. Но возможно, он будет помогать нам по дружбе?..
- Ладно, я в принципе согласна с тобой. Скакать сейчас по миру – не лучшая идея.
Для меня тоже дети - самое важное. Но эмоции от новой инфы переполняют. Мой биопапа, наконец, получит по заслугам, я познакомлюсь с дядей и смогу сделать много хорошего для общества! Еле дожидаюсь вечернего созвона, чтобы рассказать обо всем маме.
Та, естественно, костерит Кравцова последними словами. Говорит, именно поэтому он так ухлестывал за ней. Хоть и не страшненькой внешне, но совершенно не такой нарядной, как девушки из его компании. Зато мама была наивной, не имела поддержки в своей семье. Ее было очень просто обвести вокруг пальца, а потом запугать.
Весь этот детектив отвлекает меня от страха перед родами покруче, чем любимое рисование.
Но день появления на свет детей неумолимо приближается. Я забываю обо всем - что фонд реален (это выяснил Рус), что дядя с надеждой ждет нашей встречи, и даже про свою тоску по родине.
Я думаю только о том, как все сделать правильно. И радуюсь, что рядом будет любимый супруг и хорошие специалисты. А роддом вообще больше похож на парк-отель.
Впрочем, в час икс весь этот комфорт становится настолько неважным! Внутри просыпается какой-то чисто звериный инстинкт - дать жизнь своим малышам. Хочется только скорее услышать их, приложить к груди. Ну и еще я совсем немного надеюсь, что Атаманов не свалится при всем этом в обморок.
Но Руслан остается Русланом даже в предродовой палате. А может быть и в нем просыпается заботливый папа-самец. Мужчина держит руку на пульсе во всем. Закидывает докторов вопросами. Я и не знала, что у него такой хороший английский!
И все это уверенно, спокойно. Может, и дрожит от волнения внутри себя, но ничего не показывает. Школа спецслужбы снова ему пригодилась.
До родов я читала споры - лучше ли рожать самой или с помощью операции. Но в момент рождения детей искренне не понимаю, как можно судить такие вещи? Главное, что в итоге мы встречаемся с самыми желанными гостями в нашей жизни.
- Не думал, что они будут такими маленькими…
Когда все уже позади, мы остаемся вдвоем в нашей палате. Детей пока забрали. А вот муж не собирается от меня уезжать. Он прилег у меня в ногах, поперек просторной кровати.