Ксения Елютина – Тени прошлого (страница 5)
— Нет! — прошипел один из голосов, звучащий откуда-то из темноты, полный ярости и отчаяния. — Она вырывается!
Анжела подняла голову, и в её глазах — впервые за долгие месяцы — появились слёзы. Настоящие, горькие слёзы, которые текли по её щекам, смывая маску холодного безразличия.
— Уходите, — прошептала она, её голос был слабым, но в нём звучала невероятная сила воли и последнее усилие. — Пока я их держу. Найдите клинику. Найдите доктора Вольского. Он знает. Он всё знает.
Андрей, не раздумывая ни секунды, рванул к двери. На этот раз она поддалась, открывшись с лёгким скрипом. Он выбежал на крыльцо, вдохнул морозный воздух полной грудью, чувствуя, как он обжигает лёгкие, но при этом приносит невероятное облегчение. Сзади, из дома, слышался звон бьющегося стекла и нечеловеческий вой, полный ярости и бессилия.
В машине его трясло. Он чувствовал, как его тело пронзает мелкая дрожь, реакция на пережитый ужас.
— Дед, — прохрипел он, отъезжая от особняка. — Что это было? Что ты сделал?
— Я вытянул из неё всю тьму, что они вложили. Весь яд, который они впрыснули в её душу, — голос Элиаса был усталым, но в нём звучало глубокое удовлетворение. — А когда снял последний слой… там, на самом дне, ещё теплилась она. Прежняя Анжела. Живая. Я даже не думал, что так бывает, что после всего этого может что-то остаться.
— Вольский, — сказал Андрей, доставая блокнот и ручку, пытаясь записать новые, жизненно важные сведения. — Клиника «Рассвет». Нам нужно это проверить, как можно скорее.
— Проверим. Но сначала — архив. Моё старое дело должно где-то храниться, — Элиас вновь обретал свою прежнюю решимость. — Если они охотились за мной шестьдесят лет, значит, я был близок к чему-то очень важному, к тому, что могло бы их остановить.
Они отъехали всего на пару километров, когда Андрей внезапно остановил машину у обочины. Его руки дрожали, но уже не от холода, а от нервного напряжения. Он крепко сжал руль, пытаясь унять эту неуправляемую дрожь, ощущая, как его сердце отбивает бешеный ритм. За окном мелькали редкие силуэты других машин, а снегопад усиливался, залепляя лобовое стекло белыми хлопьями. Андрей включил дворники, но его взгляд был устремлён не на дорогу, а куда-то глубоко внутрь себя, пытаясь осмыслить произошедшее.
«Дед, объясни мне одну вещь, — мысленно обратился он к Элиасу, его голос был полон замешательства. — Эти книги… откуда они вообще взялись? Кто их создал? И почему одни люди, столкнувшись с ними, становятся призраками, такими как ты, а другие превращаются в чудовищных монстров, подобных тем, что мы видели?»
Элиас долго молчал, его призрачная сущность словно погрузилась в глубокие раздумья. Затем он заговорил — медленно, сбивчиво, словно сам вспоминал то, что когда-то знал, но давно забыл, словно собирал по крупицам разрозненные фрагменты древних знаний.
«Я не знаю точного ответа, Андрей. Шестьдесят лет назад я рылся в архивах, читал старые, ветхие манускрипты, расспрашивал знахарей и священников, пытаясь найти хоть какую-то информацию. И понял одно: эти книги пришли из глубины веков, их корни уходят в далёкое прошлое. Говорят, их создали алхимики в Средние века. Шесть человек. Шесть книг. Каждый из них отчаянно хотел получить бессмертие, обрести вечную жизнь. И они получили его. Но это бессмертие оказалось изощрённой ловушкой, проклятием. Они стали пожирать чужие души, чтобы поддерживать свою собственную жизнь, свою сущность. Чем дольше они жили, тем меньше в них оставалось человеческого. Со временем они превратились в то, что мы видели сегодня — в бездушных, пустых оболочек. Только некоторые, самые сильные из них, сумели сохранить остатки разума. Их называют Хранителями. Или Пожирателями — кому как больше нравится».
«А ты? Ты ведь не такой. Ты — не Пожиратель, — Андрей попытался понять его место в этой зловещей иерархии.
«Я — случайность, Андрей. Некий сбой в системе, — Элиас усмехнулся, и эта усмешка была наполнена горечью и иронией судьбы. — Меня убили, но я не ушёл, не исчез полностью. Я не заключал никаких контрактов, не подписывал эти книги кровью. Я просто… застрял между мирами. И мой голод — это не голод по чужим душам, нет. Это голод по жизни. По теплу. По вкусу горячего кофе. По спору с тобой на кухне. Я питаюсь эмоциями, а не сущностями. Краснов… я не убил его, Андрей. Я освободил его от того, что его мучило, от той тьмы, что его поглощала. Если когда-нибудь он очнётся, он не будет помнить боли. Только покой, абсолютный покой».
«А Анжела?» — спросил Андрей, чувствуя, как в нём просыпается новое понимание.
«Анжела — это другое. Она добровольно пошла на это, пусть и не осознавая всех последствий, — Элиас тяжело вздохнул. — Её сломали в клинике, превратили в куклу, лишённую собственной воли. Но внутри неё остался крошечный уголёк человечности. Я его раздул. Она сама выбрала — уйти в сон, но уйти человеком, сохранив свою сущность. Это гораздо больше, чем могли дать ей эти зелёноглазые твари».
Андрей помолчал, медленно переваривая услышанное, осознавая всю глубину этого мрачного мира. Снег за окном падал всё гуще, застилая вид белой пеленой. В салоне было тепло, но его всё равно знобило, по телу пробегали мурашки. Ему вдруг подумалось об отце — о том, что тот, возможно, тоже был в чьём-то зловещем списке, и эта мысль резанула острее, чем он ожидал, оставив глубокий, болезненный след.
«Значит, книги — это капкан, искусно расставленная ловушка. А Пожиратели — это те, кто попал в неё и либо не захотел, либо не смог выйти», — подвёл итог Андрей, формулируя своё понимание.
«Или не смог. Это уже не так важно, — ответил Элиас. — Главное — мы теперь знаем, как они действуют. И, что самое важное, мы знаем, что их можно остановить».
«Как? Огнём души? Но откуда мы возьмём этот огонь?» — Андрей был растерян.
«Найдём, — уверенно сказал Элиас, его голос был полон непоколебимой решимости. — У нас есть карта, есть имена, моя тетрадь. Есть „Трактат“, который должен дать Ефим. И в конце концов, есть мы. Двое. Живой и мёртвый. Этого, поверь мне, достаточно».
«Ты всегда был таким оптимистом?» — усмехнулся Андрей, пытаясь разрядить напряжение.
«При жизни — да, был. После смерти — научился. Это помогает держаться, — ответил Элиас. — Поехали, Андрей. Завтра нас ждёт архив, и нам нужно быть готовыми».
Андрей завёл мотор. В зеркале заднего вида особняк Романовых постепенно таял в снежной мгле, превращаясь в неясное пятно. Он всё ещё ощущал сладковатый запах — или это ему только казалось, игра воображения. Но внутри, под рёбрами, Элиас молчал, и это молчание было на удивление спокойным, почти умиротворённым.
Охота началась, это было очевидно. Но теперь у них было нечто вроде оружия — знание и решимость.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.