Ксения Черриз – Поклонница (страница 30)

– О, какая романтичная история!

– И как вам Америка?

– Вы говорите по-английски?

– Очень рад, рад. Тони, так помнишь, мы обсуждали…

– Россия?

– Как ты сказал ее фамилия?.. Не знаешь? Что? Си-ни-тсина. А!

– Привет, Джулс! – Когда я увидела Марка, то впервые за весь вечер смогла вздохнуть с облегчением и улыбнуться искренне. – Ну и как тебе тут? Тони, можно я ее украду?

– Конечно, – кивнул Тони, скользнув взглядом по брату, и вернулся к разговору.

– Идем. – Марк отвел меня в сторонку и нашел местечко в отдалении, где была обустроена зона отдыха. Мы сели за столик. – Хочешь чего-нибудь?

– Пожалуй. Этими канапе не наешься особо.

– Боюсь, что бургер тебе здесь не подадут, – улыбнулся Марк. – Но я могу найти какую-нибудь нелепо маленькую чашечку с салатом.

– Все что угодно, – согласилась я.

Когда мне и правда подали невероятно крошечный стакан с утрамбованным туда салатом – дурацкая высокая кухня, – Марк снова спросил:

– Ну и как тебе?

– Что именно? Америка? Вечер? Бесконечные люди? Фотографы? Уточни, пожалуйста.

– Все вместе, Джулс. Я вижу, что ты не в восторге.

– Правда?

– У тебя на лице написано. Тони это не понравится.

– Я просто не привыкла…

– Я знаю. Не совсем твое место. Вот и все.

Он смотрел на меня прямо, как будто проверяя меня.

– Я просто не привыкла, – еще раз твердо повторила я.

– Придется тебе привыкать быстрее, – заметил Марк.

– Я справлюсь!

Он вдруг тихо рассмеялся:

– Мне нравится твой боевой дух. Знаешь, когда ты приехала, я был настроен скептически. Но Тони никогда не делает ничего спонтанно. У него всегда есть план. Этот план может меняться и переписываться, но Тони точно знает, что делать и как.

– Неужели?

– Он всегда таким был. И если ты появилась в его жизни, то тоже не просто так.

– Ты хочешь сказать, что он меня использует?

– Не напрямую. Но в какой-то мере.

У меня было ощущение, что на меня вылили ушат воды. То есть дело не в чувствах? Я… просто инструмент? Марк по-прежнему внимательно рассматривал меня, и я опустила глаза, ковыряясь вилкой в веррине.

– Слушай, Джулс. Я не хотел тебя расстроить. Ты мне нравишься. Правда. – Я подняла на него глаза. – Да, вся эта история с поклонницей, которая может стать девушкой, мне не очень по нраву. Тем более ты из другой страны. Но это мое ощущение. А для Тони ты много значишь. Я вижу. Не знаю как, но тебе удалось завоевать его. Он правда заинтересован в тебе.

Я запуталась.

– Я думаю, что в его глазах твое происхождение имеет определенное значение. Это вроде как бонус – люди любят красивые истории. Я это имел в виду, а не то, что он с тобой по расчету.

– Какое облегчение! – вздохнула я, не скрывая сарказма, и Марк засмеялся:

– Вот такая ты намного интереснее, чем когда ходишь за ним как хвостик. Больше индивидуальности, Джулс. Хочешь совет?

– Валяй.

– Придумай какую-нибудь фишку для него. Нарисуй комикс, они популярны как никогда. Или сделай серию зарисовок с домашним Тони. Не знаю, ты же творческий человек. Вложись в него и его карьеру, и он будет ползать у твоих ног до конца жизни. Карьера – вот его главная любовь в жизни. Ею и останется, даже несмотря на некоторую невзаимность. И если ты не хочешь с ней соперничать, сделай союзницей.

– Спасибо, я попробую.

– Пойдем, верну тебя ему.

Когда мы нашли Тони и я встала рядом с ним, чтобы снова побеседовать с виновником торжества, я чувствовала злость. Спортивную злость. Желание доказать, что я не просто какая-то там бесфамильная Джулс. Я художник. И я маркетолог, в конце концов. Что я, сама себя не продам, что ли? Может, мои отношения с Тони – это мой главный проект в жизни. К черту диплом, я поступала в аспирантуру жизни и намеревалась выиграть этот бой.

Когда мы уселись в лимузин, чтобы ехать домой, я сбросила туфли, вытащила шпильки из волос и, свернувшись клубочком, легла, положив голову Тони на колени. Он был взбудоражен прошедшей вечеринкой. Рассказывал о возможном новом контракте, который подпишет, я внимательно слушала его. Слова Марка отпечатались у меня на сердце. Я была не намерена сдаваться без боя. И начну я прямо сегодня. Неплохо было бы все же выпить что-нибудь для храбрости, тогда, может, я прямо здесь забралась бы на Тони, и он не смог бы отвертеться.

А он говорил и говорил, перебирая мои волосы, и я млела от его прикосновений, пока, наконец, просто не могла больше сдерживать разгорающийся пожар. Я села и посмотрела в его глаза.

– Что-то не так? – спросил Тони.

Я крепко зажмурилась и поцеловала его. Он сразу ответил на мой поцелуй, и тогда я решила, что могу начать воплощать свой план по соблазнению уже сейчас. Я запустила руки в его волосы, внезапно жалея, что они такие короткие. Все больше распаляясь, я сильнее прижималась к нему, пока наконец до него не дошло, чего я хочу. Он провел руками вдоль моих ног, снизу вверх, задирая длинное платье и подхватывая под ягодицы. Я села на него сверху, продолжая целовать и попутно расстегивая рубашку.

В голове у меня роилась сотня вопросов. Что будет, когда мы приедем; не может ли нас увидеть водитель; если я сейчас остановлюсь, то не оттолкну ли от себя Тони? В конце концов, план был не так уж и хорош – вряд ли у него в брюках лежали презервативы, а рисковать я не собиралась.

Мне было ужасно жарко – то ли от возбуждения, то ли от волнения, – я задыхалась под горячими руками Тони, а он явно не собирался останавливаться, его пальцы несколько раз уже проводили у меня между ног, заставляя мое тело реагировать.

– Джулс, боже… – шептал он мне в губы. – Я так сильно хочу тебя, детка.

Это английское «бейб» резало мне слух, сбивая с толку, но я пыталась не обращать внимания.

Он стянул лямку платья, под которым у меня, разумеется, ничего не было, и я вдруг смутилась, что он увидит мою грудь. Но уже через секунду остатки здравых мыслей вылетели из головы, когда его горячий рот накрыл мой сосок, и я не смогла сдержать стона удовольствия. Господи, у меня так давно никого не было! Наверно, еще и поэтому мое тело готово было принадлежать ему. И желательно здесь и сейчас.

Автомобиль плавно затормозил, Тони оторвался от меня, и я замерла, прикрывая грудь руками.

– Приехали?

– Да, – кивнул Тони, и я принялась приводить себя и его в порядок, совершенно не зная, за что хвататься: то ли застегивать ему рубашку, то ли заплетать свои волосы. Я растерянно искала туфли по салону, пока Тони не поймал меня за руку и не сказал просто и уверенно: – Не суетись. Все хорошо.

– Да, но водитель…

– Поверь, он всякого насмотрелся. Ему платят за то, чтобы он делал вид, что ничего не замечает.

Дверца лимузина распахнулась, и Тони выбрался в духоту ночи, подав мне руку после.

Я пряталась за ним, стараясь не смотреть на водителя.

– Всего доброго, сэр. – Водитель принял чаевые и уехал.

– Видишь? Ему все равно.

– Это потому, что ты заплатил ему! – захихикала я. Мне стало смешно – я вела себя глупо.

– И поэтому тоже, – легко согласился Тони, притягивая меня к себе. – Идем, у нас есть одно важное дело.

Он привел меня к себе в комнату и запер дверь. Та страсть, которая владела мной в машине, отступила, и теперь я нервничала. Тони пальцами зачесал мои волосы назад, путаясь в них, и я испытывала почти животное удовольствие от того, как он оттягивал их, слегка сжимая в кулаке.

– Джулс… – прошептал он, глядя на мои губы, а потом поцеловал меня, напрочь сметая все мои страхи и сомнения.

Я опять начала возиться с пуговицами на его рубашке и, сбросив ее, с наслаждением наконец-то прикоснулась к его коже. Гладкой, горячей, чуть влажной от жары, которая даже ночью не спала. Он расстегнул молнию на моем платье, и оно упало на пол, оставив меня почти полностью голой. Я застыла под его взглядом.

– Черт!