Ксения Черриз – Поклонница (страница 21)
Это объяснение состоялось спустя два месяца после дня рождения Тони, и я испытала настоящее облегчение. Уже тогда он как будто заигрывал со мной. Если бы он только мог знать, как тяжело мне было писать о своей независимости и нежелании ни к кому привязываться. Потому что уже тогда я была привязана к нему одному, и так прочно, что не разорвать эти узы. А он, хоть и флиртовал со мной в переписке, в жизни не торопился перейти какие-то границы. Может, я ему все же совсем не нравилась?
Тони помнил про мой день рождения и что-то готовил, как он сказал «очень в американском духе». Наверно, вечеринка-сюрприз. Это здорово, с одной стороны. С другой – здесь не было моих подруг и друзей. Здесь у меня был только он. Поэтому для меня лучшим подарком было бы побыть вдвоем. Погулять в Санта-Монике, пообедать на побережье в ближайшем ресторанчике, а потом посидеть дома. Я бы слушала, как он играет на фортепиано, устроившись на диване. Прямо-таки Белла и Эдвард лос-анджелесского розлива.
Мы с Тони по-прежнему были всего лишь соседями по дому, хотя я здесь уже почти две недели. Но и торопить события я опасалась. Наверно, во мне жил страх, что он отвергнет меня. В таком случае, не лучше ли наслаждаться тем, что у нас уже есть? Объяснившись в чувствах и раз ступив на эту дорожку, уже не свернуть. А терять друга в его лице я боялась. Боялась остаться в этом городе и без него тоже. Что я тогда буду делать еще полтора месяца?
Я почти перестала появляться в «Дискорде», точнее, я общалась только в закрытой группе с Шерил, Челси и Аделин. Челси удалила те сообщения, которые ясно дали мне понять, что близкое общение с телезвездой – это не шутки, и я должна оберегать его личную жизнь. Подруги писали мне примерно одно и то же, что я правильно поступаю и что я не должна обращать внимание на Рут. Та просто завидует. По всем параметрам у нее было больше шансов заполучить Тони – они оба были из Сан-Диего, она несколько раз подлавливала его после съемок или возле клубов, – но так сложилось, что он обратил внимание на меня. Мне предстояло это просто пережить и, пока ситуация не грозила перерасти во что-то серьезное, прекратить подливать масло в огонь.
Пока я не очень страдала от одиночества – отсыпалась, привыкая к новому ритму жизни, много плавала, рисовала, начала потихоньку выбираться гулять в город, стараясь держаться многолюдных и туристических районов, так что память моего телефона распухала от количества снимков. В общем, прекрасно проводила «летние каникулы». И старалась не думать о том, что я буду делать, когда наступит конец сентября.
Сегодняшний день – первый в августе – начинался как обычно. Я заварила кофе, подкупив Куки печеньем, и выбралась на веранду, чтобы понежиться на солнце. Потом занырнула в бассейн. Я была так счастлива, что у меня есть эта возможность! Никогда не думала, что мне будет нравиться плавание в такой мере. Но каждый раз, опускаясь в прозрачную голубую воду, я представляла себя русалкой, или фотомоделью, или суперзвездой, которая отдыхает на загородной вилле.
Ныряя и кружа в бассейне, краем глаза я видела Куки, которая улеглась в тени и поглядывала на меня, словно я тут лишний элемент и скоро исчезну из их с Тони некогда спокойной и размеренной жизни. Ничего, рано или поздно она ко мне привыкнет. Максимум, что я могла, это сохранять нейтралитет и закупать побольше специальных печений для нее. Тони и не догадывался, какие у нас с Куки непростые отношения.
На одном из кругов я заметила смутное движение у тех дверей, что вели в кухню. После внезапной встречи с Марком я приняла как данность, что в дом может войти почти любой человек, который считает, что имеет на это право. Это были брат, его жена, горничная, которая прибиралась пару раз в неделю, и несколько друзей. Но длинные ноги, облаченные в короткие шорты, не принадлежали никому из вышеперечисленных. Я остановилась у борта и протерла лицо руками, убирая лишнюю влагу, чтобы не слепила глаза.
На меня сверху вниз смотрела стройная высокая девушка с аппетитными формами – не иначе как с обложки журнала сошла. Куки лежала на прежнем месте, но не выражала признаков беспокойства.
– Здравствуйте! – поприветствовала я гостью с вежливой улыбкой на губах и выжидательно замолчала.
Девушка по-прежнему молчала и откровенно пялилась на меня, так что мне стало неловко, что я тут перед ней в одном купальнике, пусть и скрытая под водой. Я уже открыла рот, собираясь объяснить, что Тони нет дома, и спросить, что ему передать, как вдруг незнакомка заговорила. В ее прищуренном взгляде была неприкрытая неприязнь.
– Так, значит, это ты? – Голос мелодичный, но прозвучал он резко.
– Прошу прощения?
– Ты та самая русская шлюшка, которая заманила его в свои сети.
У меня отвисла челюсть.
– Что, простите?..
– Ты меня слышала! Или ты не знаешь английского? Ведь для того, чтобы работать одним местом, знать язык не обязательно.
Я окончательно растерялась, но одновременно с этим в моей груди закипало негодование. Кто эта женщина, которая заявилась в чужой дом и говорит мне гадости? Да еще и в мой день рождения! Нет, она, конечно, не знает, что у меня день рождения, но сам факт.
– По какому праву ты оскорбляешь меня? Если ты пришла к Тони, то его нет. Ты меня перепутала с кем-то.
– Ни с кем я тебя не перепутала, – скривила накрашенные губы незнакомка. – Я твои убогие странички в соцсетях просканировала еще полгода назад. И с точностью могу сказать, что ты бездарность, которая вытянула счастливый билет.
Я поняла, кто это. Это бывшая девушка Тони. Хелен. И надо же так было случиться, что она оказалась тут именно сегодня, именно сейчас, когда Тони нет и раньше ланча, наверно, не будет. Ну что ж, драться жестко я тоже умела – привет Полине. Кстати, Хелен была похожа на нее чем-то.
– А-а-а… – протянула я, стараясь звучать с максимальным равнодушием. Сложно выглядеть презентабельно, опираясь на бортик бассейна и глядя на ноги от ушей снизу вверх, но я постаралась. – Ты та самая истеричка, которая не хотела делить Тони с поклонниками. Что ж, ты эту битву проиграла.
– Я не истеричка! – взвизгнула Хелен. – А ты скоро убедишься, что он самый настоящий кобель. Ему лишь бы тусить с глупыми куклами, которые пищат при его появлении. «Ах Тони, такой сладкий!», «Тони, посмотри на меня!», «Тони, ты мне так понравился, что я делаю вид, будто умею рисовать, лишь бы ты только побольше лайков мне поставил».
К моим щекам тут же прилила краска. Я готова была броситься на нее, хотя положение мое было невыгодным. Мокрая и в одном купальнике в бассейне, а она возвышалась надо мной, словно королевна. Но меня спасли.