Ксения Черриз – Кумир (страница 22)
– Я полностью доверяю тебе. Марк сказал, что ты отлично информирована.
– Конечно, – я кивнула и, хоть и знала его расписание на день наизусть, все равно открыла ежедневник в телефоне. – Итак, у нас дальше рекламная кампания твоего любимого аромата.
– О’кей.
– Нам надо быть через час в особняке на Волхонке. Можем пройтись пешком, если ты не против. Тут около получаса пути.
– Нет, я только «за».
– Хорошо, тогда напишу Анне, чтобы не волновалась.
Тони нравилась Москва. Я это видела по тому, как внимательно он осматривает здания, вывески и людей. Я всегда знала, что он экстравертный человек, для него тяжело быть долго в одиночестве, даже просто находиться в толпе ему нравится больше, чем уединение. И сейчас его явно вдохновлял шум и суета российской столицы.
– О, эту церковь нам вчера показывали! – радостно воскликнул он, показывая на храм Священномученика Климента.
Мы пошли дальше.
– Кстати, вот и Третьяковка, – я указала на здание музея. – Можем даже встретиться с Робертом.
– Не стоит, пусть просвещается. Он большой фанат разных культур.
Незаметно для себя я расслабилась и увлеклась беседой, пока мы шли к нужному месту. Тони удалось меня разговорить, и теперь он внимательно слушал о моей новой работе.
– Я всегда знал, что это твое. Твое умение вложить часть души в рисунок восхищает меня до сих пор.
Его слова теплом разлились по телу – мне все еще приятно слышать его похвалу.
– Ты как будто и не изменилась, – сказал Тони, когда мы остановились на мосту. Прямо перед нами открывался вид на ГЭС-2 и уродливую, с моей точки зрения, скульптуру кусков глины. – Сейчас ты очень похожа на себя прежнюю.
Пожалуй, я такой себя и ощущала. Может, стоило напомнить себе, что Тони тот еще эгоист, который разбил мое сердце и вернулся в мою жизнь, чтобы внести в нее немного хаоса, но не хотелось. Почему бы не насладиться моментом спокойствия? Передо мной был человек, которого я хорошо знала и который знал меня. Я не верила в дружбу между бывшими возлюбленными, но сейчас чувствовала прилив нежности к человеку, который так много значил для меня когда-то, и легкую грусть из-за того, что не сбылось.
Мы стояли, облокотившись на парапет, и я чувствовала, как его локоть касается моей руки, и мне даже не хотелось отодвинуться. Странное ощущение, как будто я вернулась в прошлое, но при этом ясно ощущала, что нахожусь в дне сегодняшнем.
– Джулс, – он осторожно коснулся моей руки. – Мне просто очень хотелось снова увидеть тебя. Извини, если мое желание причинило тебе неудобства.
Он говорил так честно и искренне, а мне очень хотелось верить, что им двигали не столько корысть или злоба, сколько тоска и чувство вины…
– Я хочу верить тебе, Тони, – ответила я, глядя в его глаза и пытаясь найти там подтверждение, что моя вера не беспочвенна. «Не обмани. Не обмани снова».
Он улыбнулся и огляделся.
– О! Я знаю, что это! – воскликнул Тони в восторге. – Это храм Христа Спасителя. Правильно?
– Точно. Это он. Идем, нам как раз надо пройти мимо.
Глава 13
Внутри особняка было полно народу – члены съемочной группы клипа, очередной представитель от Sony и еще несколько от парфюмерной компании.
Тони тут же поволокли в «гримерку» – за ширмой стоял столик со стулом, на котором лежало невообразимое количество кистей, теней, румян и тональных кремов.
Здесь же стояла напольная вешалка с разными костюмами. Гримерша – молоденькая девушка Алена, кажется, даже младше меня, оказалась очень общительной, к тому же она прекрасно говорила по-английски. Она выдала Тони первый костюм для съемок – простую футболку и джинсы.
Когда Тони начал прямо тут же стягивать свою одежду, чтобы переодеться, я отвернулась.
– Да ладно тебе, Джулс, что ты там не видела?
– О, так вы были знакомы раньше? – Аленины глаза загорелись. – Как интересно!
– Да, мы старые друзья. Правда, Джулс?
– Ага, – нехотя ответила я. – Давай побыстрее.
– Не хочешь мне помочь, детка? Как раньше?
– Тони, прекрати!
Веселье в его голосе было таким явным, что я сердилась лишь для вида.
Наконец он закончил и уселся за стол. Алена принялась возиться с его лицом.
– Какие у вас яркие глаза! Никогда таких не встречала.
– Правда?
– Да. Потрясающие оттенки.
Сидя на складном стуле и листая буклет от парфюмерной компании, я вполуха слушала, как она неумело заигрывает с ним. Пару раз я не удержалась и фыркнула в ответ на какие-то цветистые слова от Тони.
– Джулс, не ревнуй, детка, ты знаешь, мое сердце навсегда только с тобой.
– Я и не волнуюсь, – ответила я, не глядя на него. – Раз уж ты преодолел расстояние в шесть тысяч миль ради встречи.
– А как вы познакомились? – спросила Алена.
– О, это очень интересная история! Джулс, не расскажешь?
– Нет.
– У, какая бука. К счастью, не все русские девушки такие, я прав, Алиона?
Когда Тони был готов и ушел на площадку, Алена подскочила ко мне.
– Он такой классный! Нет, правда, как вы познакомились?
– В интернете, – уклончиво ответила я.
– На сайте знакомств? И он оказался актером? Типа, настоящим актером? Офигеть! А что за сайт? Я бы тоже поискала там себе парня.
– Не совсем так… Мы познакомились через «Твиттер».
– Ух ты. И давно вы… ну… вместе?
– Мы не вместе. Я просто на него работаю. Временно.
– Вот это крутота!
– Твоя работа не менее интересная, – мне хотелось сменить тему. – Кого из знаменитостей ты уже красила?
Алена пустилась в длинный рассказ о тяготах работы гримера, я слушала и кивала, стараясь не упустить из виду Тони.
Я впервые видела его в рабочем процессе, и это было прекрасно. Это был он… и не он одновременно. Сначала Тони для меня был образом, я видела тех, кого он играет, и переносила вольно или невольно на него черты Джека. Потом я узнала его как человека. А сегодня я видела его актером. Он быстро преображался, стоило ассистенту выкрикнуть команду. И вот перед вами не Тони, а некий молодой мужчина, который идет по старинному особняку в самом центре Москвы. Его рука скользит по перилам, когда он поднимается вверх. Его лицо сосредоточено. Взгляд прямой. Вы ничего не знаете об этом мужчине. Но потом кадр сменится, и этот самый мужчина будет сидеть во фраке за роялем и играть. Его лицо, всего несколько секунд назад такое серьезное, преобразится. И вы не сможете отвести взгляда. Я всегда любила, когда Тони играл на пианино. Одни из самых счастливых воспоминаний о Лос-Анджелесе, которые навсегда останутся в моем сердце.
Первая половина съемок завершилась, и Тони вернулся в гримерку, чтобы сменить костюм. Вокруг него тут же начала суетиться Алена, но он, против обыкновения, не стал с ней любезничать, а посмотрел на меня:
– Ты видела?
– Да. Ты… – Я замялась. Был великолепен? Прекрасен? Замечательный актер? Что мне сказать? – Хорошо смотрелся в кадре, – наконец нашлась я.
Он долго молчал, изучая мое лицо, и произнес:
– Спасибо. Спасибо, Джулс.
Мы проторчали в особняке не меньше четырех часов.