Ксения Черриз – Кумир (страница 17)
– Вас это не касается, – сказала я как можно уверенней, совершенно не ощущая этой самой уверенности. – Сейчас я персональный переводчик Тони и его сопровождающий.
Анна прищурилась, поджав губы, из-за чего явственней проступили складки в уголках рта, совсем не украшая женщину.
– Хорошо. Пусть так. Впрочем, правда все равно всплывет. Лучше будет, если вы расскажете мне все сами.
– Мне нечего сказать, – твердо возразила я, глядя ей прямо в глаза.
– Но вы были знакомы раньше, верно? Поэтому Беннетт настаивал, что вы должны сопровождать его. Так кто вы?
– Просто… поклонница. Одна из. Вот и все. Да, мы были знакомы. Может, поэтому он и попросил. Может, ему так спокойнее в новой стране. – Мне показалось, что это убедительное объяснение, и я обрадовалась, что придумала его на ходу.
Анна долго смотрела на меня, словно пытаясь понять, вру я или говорю искренне. Но потом вздохнула.
– Ладно, бог с вами, Ульяна. Главное, что вы согласились, и все пройдет гладко и без проблем. Ведь так?
– Так.
– Вот и чудно. У вас есть расписание? Что-то нужно? Мистер Беннетт всем доволен?
– Да, у него все чудесно.
– Хорошо, – она протянула мне визитку. – Вот на эту почту, пожалуйста, присылайте отчеты. Желательно вечером, но можно и утром следующего дня.
О, ну ясно, Саша номер два. Но визитку я взяла.
– Я могу идти?
– Если мистер Беннетт вас отпустил.
Меня злило, что она считала меня придатком к Тони. Я как будто вернулась на два года назад. Он звезда, а я рядом с ним никто. «Поделом тебе, – подумала я. – Сама напоролась».
– Да, пока отпустил. – Я поднялась. – Скоро у команды поездка по городу, я не нужна. До свидания.
– Всего хорошего, – ответила она, уже не глядя на меня, и быстро строча что-то в телефоне.
Я была почти у метро, когда получила сообщение от Марка:
Я полезла сверять расписание. У меня было три часа. И понедельник, середина дня. А я в отпуске и не знаю, куда себя деть. Немного поразмыслив, я все-таки решила съездить домой. Лучше я хоть даже полтора часа проведу в нашей с Сашей квартире, чем три часа шляться по городу, не зная куда себя деть.
По дороге я думала о том, что сказал Марк. Его слова встревожили меня. Тони мог задевать мои чувства, потому что у нас было прошлое… Но если он вел себя некорректно по отношению к другим людям: коллегам, фанатам или журналистам… – это и правда могло закончиться для него очень печально.
Я волновалась, что Марк заблудится, поэтому выбрала небольшое кафе, куда можно было легко добраться пешком буквально за пять минут, и вместе с адресом прислала ему скрин маршрута.
Тем не менее на месте я была первой, села за столик так, чтобы видеть вход. И когда Марк приехал, я тут же заметила его и помахала рукой.
– Привет! – Он обнял меня и сел напротив.
– Голоден? Я собираюсь сделать заказ. Тут есть бизнес-ланчи.
– Бизнес-ланчи?
– Наверно, я не так выразилась, – поспешила исправить я оплошность. – Это что-то вроде комплексного обеда, – я пыталась подобрать слова, чтобы объяснить Марку, что я имею в виду, – то есть за фиксированную сумму можно заказать определенные блюда. Салат, суп, горячее, напиток.
– Я доверяю твоему вкусу, – сказал он, и я попросила у официанта два варианта бизнес-ланча.
– Что у вас случилось? – спросил Марк. – Тони вернулся в отель очень расстроенным. Он сказал, что не сумел сдержаться и наговорил тебе гадостей.
– Можно и так сказать. Тони – все еще Тони. Он оскорбил меня и моего парня. Снова считает, что я его собственность, хотя мы давно уже чужие друг другу. В общем-то сейчас я сомневаюсь, что мы хоть когда-то были близки.
– Джулс… Мне жаль. Когда мы ехали сюда, я предполагал, что мне снова придется выступать буфером между вами, но все равно надеялся, что этого удастся избежать. Все-таки прошло два года.
– Да, извини, что втянула тебя в это.
– Не ты должна извиняться.
Я пожала плечами. Моя вина тут тоже была – отрицать нельзя. В первую очередь я была неприятно поражена самой собой. Надо было сдержаться, пропустить его слова мимо ушей, а не психовать. Ясно же, что Тони намеренно пытался задеть мои чувства. И ему это прекрасно удалось. А раз так… значит, он все еще знает мои болевые точки и может легко давить на них, когда ему будет нужно.
– Мне показалось, что ты хотел обсудить еще что-то, связанное с Тони.
– Да. Мне кажется, у него начинается звездная болезнь. Он часто грубит людям без причины, капризничает, если что-то вдруг не так. Однажды наорал на гримера, потому что вода была безо льда. Несколько раз саботировал съемки для журналов. Я не понимаю, что с ним творится, если честно. Так долго идти к своей мечте, чтобы… – Марк устало потер лоб и махнул рукой.
Он мог не продолжать, я его поняла. Это действительно было не похоже на Тони. Раньше для него было важнее всего произвести правильное впечатление. Он не позволял себе плохо выглядеть, вести себя по-хамски.
– Марк, он ничего не употребляет? – Я хотела отмести первую же причину, которая пришла мне на ум.
– Нет. Нет. Даже пьет меньше, чем обычно. Но эти вспышки гнева меня пугают. Если он вытворит что-то такое в международном туре…
– Но ведь должна быть причина у этого.
– Я ее не знаю, – сказал Марк. Но он так внимательно смотрел на меня, что я поняла: на самом деле он считает, что причина – это я.
– Марк, я думала, что мы будем всегда честны друг с другом. Ты считаешь, что он из-за меня такой?
– Возможно – только возможно, – ваше расставание стало точкой отсчета. Я надеялся, что если вы поговорите по душам, если вы разберетесь в том, что между вами произошло, то он перестанет злиться и снова станет прежним Тони – собранным и ответственным.
Я молчала. Неужели Марк перекладывал на меня вину за то, что творилось с его братом? Это было несправедливо. Почему Тони считает себя пострадавшей стороной, хотя на самом деле это я. Это ведь я в ответ на признание в любви услышала «Я не могу ответить тебе взаимностью». Я запрещала себе думать о Тони, вычеркивала каждое воспоминание о нем, закрывала на замок эту историю в своей жизни, но сейчас, когда он был здесь, все возвращалось. Я снова была неловкой рядом с ним, смущающейся наивной девочкой, которая прилетела в Лос-Анджелес с билетом в один конец. Сейчас воспоминания накатывали на меня волнами – и это были ледяные воды Тихого океана, которые заставляли меня снова страдать, а мое сердце – сжиматься и кровоточить. Ничто не забыто… Как же так? Могло ли быть так, что я все еще надеялась на что-то? Нет. Это глупость какая-то. Этого не может быть. Мы с ним чужие люди. У меня есть Саша – парень, друг, жених, мой будущий муж…
– Джулс? – Марк ждал, что я отвечу.
– Прости, я немного запуталась в том, что происходит.
– Я понимаю. Я бы очень не хотел тебя во все это втягивать, но мы уже здесь. Ты, я, он, вся группа. И нам надо пережить это время. Премьерный показ через два дня. Пожалуйста, поговори с ним. Я прошу тебя только об одном. Джулс…
– Да, ты прав. Нам надо поговорить. Какое у нас расписание на вечер? Кажется, ужин в каком-то ресторане?
Если честно, я не думала, что буду нужна сегодня. Это на завтра было назначено интервью и съемка для нескольких порталов о кино.
– Да, вся группа приглашена в ресторан. Эм… сейчас. – Марк замялся и полез в телефон, чтобы свериться с расписанием. – О, «Ухват», – произнес он с сильным акцентом. – Что бы это ни значило. Начало в семь.
– Хорошо, я буду там.
– Я знал, что могу на тебя положиться. – Марк улыбнулся и вернулся к обеду. – Суп был очень вкусный.
– Это борщ, – сказала я по-русски.
– Борсч, – повторил Марк. – Правда вкусно.
Попрощавшись с Марком, я набрала сообщение Тони.
В ответ он прислал мне сердечко – не самый уместный символ, учитывая наши непростые отношения. Но Марк был прав – нам с Тони надо поговорить.
Второй раз за день приехав домой, я позвонила Саше.
– Привет, любимая.