Ксения Болотина – Моя (страница 27)
Риита тихо вздохнула и плотнее прижалась к моей груди. Моя звездочка уснула почти сразу, как только клоны надели броню моих воинов. Слишком много испытаний для такой крошечной самочки.
Клоны все чаще переглядывались между собой. Кто-то пожимал плечами, кто-то отрицательно качал головой. Они не глупы, и вскоре им надоело смотреть на представление в исполнении моих воинов, что-то тихо им проговорили, и мои подчиненные, предложив им свои руки, повели клонов к длинной скамье, расположенной в нескольких шагах от меня.
Воины пытались крепиться, но их то и дело пошатывало от нехватки кислорода. Все чаще раздавался их тихий кашель. Я тихонько ухмылялся хитрости самок, ведь специально заставили воинов сесть, видя их плохое самочувствие. Но за что я действительно был благодарен клонам — они не предложили вернуть костюмы обратно, не стали в открытую проявлять свое беспокойство состоянием здоровья моих воинов. Это бы унизило их в их же собственных глазах. Нет для воина ничего позорнее, чем показать свою слабость. Теперь я окончательно уверился в том, что клонов готовили к защите. Только воин мог понять другого воина.
Низкий гул оповестил о прибытии прыгунов. Заслышав звук, Риита встрепенулась в моих руках и заозиралась по сторонам.
— Прыгуны прибыли, — поспешил ее успокоить и двинулся на выход, очень надеясь на то, что в этот раз отправили четыре прыгуна. ведь в каждом из них могло находиться не более шести существ, включая пилотов. Нас осталось десять воинов, пять клонов и я с Риитой.
Ноги неприятно вязли в красном песке, сквозь серое небо беспорядочно светили яркие, ослепляющие лучи. Под их светом сверкали серебром четыре прыгуна. Мои воины как всегда меня не подвели.
Риита ерзала на моих руках и задирала голову вверх, пытаясь рассмотреть транспорт, на котором нам предстоит лететь на мой корабль. Обтекаемые прыгуны с острыми носами смотрелись несуразно на длинных вытянутых железных лапах с длинными когтями, которые намертво цеплялись за любую поверхность. Но именно в этом и было удобство прыгунов. За счет этих лап прыгуны могли приземлиться на любой поверхности, будь то каменные глыбы или глубокие водоемы.
Пока мы медленно подходили к прыгунам, они успели спуститься вниз, спрятав лапы. Поверхность, на которой мы находились, была относительно ровной и без острых осколков. Это позволило прыгунам сесть прямо на брюхо.
Забрались внутрь без проблем. Краем глаза заметил, что клоны разделились. Они решили сопровождать воинов, которые отдали им свою броню. Сжимая в руках свою пару, я от всей души надеялся, что и мои воины обретут свое счастье в этих самках.
Раздался гул. прыгуны выпускали лапы, чтобы иметь возможность оттолкнуться ими для взлета. Нас немного трясло, и Риита инстинктивно ухватилась за меня своими тонкими пальчиками. Не думал, что это так приятно, когда самочка ищет во мне защиты.
Теснее прижал ее к себе, зная, что за тряской последует жесткий старт. Пожалуй, это было самым неприятным в прыгунах.
Резкий толчок, испуганный писк Рииты. По нашей связи почувствовал, что она не слишком хорошо переносит подобные встряски, и как мог, постарался ее успокоить.
Поглаживания по спине не помогли, и тогда я снял с нас защитные шлемы. Моя звездочка, избавившись от защиты, вздохнула с облегчением.
— Все хорошо, скоро мы будем на месте, и ты сможешь отдохнуть, — обхватил ладонями ее лицо, наслаждаясь прикосновением к ее нежной коже.
Моя звездочка действительно выглядела уставшей. Под темными выразительными глазами залегли тени, кожа казалась бледнее обычного.
— Давит, — поморщилась Риита, устало опустив голову на мое плечо.
Через свою броню отдал команду пилоту уменьшить скорость. Пусть мы прибудем на корабль последними, зато Риите будет комфортно.
— Спасибо, — улыбнулась моя самочка, вздохнув с облегчением.
Ее кожа медленно возвращала нормальный цвет, и даже тени под глазами не казались такими глубокими.
— Не верится, что все закончилось, и мы в безопасности, — судорожно вздохнула, и я, не удержавшись, прижался к ее приоткрытым, чуть дрожащим губам.
Нежно раскрывая ее пухлые губки своим языком, я в который раз пообещал себе, что сделаю все возможное, чтобы Риита была счастлива.
Моя пара с удовольствием отвечала на ласку моих губ, все больше расслабляясь в моих руках. Ее тонкие пальчики зарылись в мои волосы, то нежно перебирая, то сжимая и притягивая меня еще ближе.
Я понимал, что должен остановиться, иначе потеряю контроль и сорву с нее броню, чтобы получить доступ к желанному телу. Но каждый раз, когда я предпринимал попытки отстраниться, Риита протестующее рычала и притягивала меня ближе.
Полет прошел как в тумане.
«Мы не одни», — поминал себе и все жарче целовал свою пару.
«Нельзя сорваться», — уговаривал себя, стягивая броню с ее хрупких плечиков.
«Подло пользоваться ее состоянием», — говорил себе, целуя и прикусывая тонкую кожу на изогнутой шее.
«Она не простит», — последняя мысль слегка охладила мой пыл.
Мягкий толчок. Риита непонимающе моргает, пытаясь сфокусировать на мне свой затуманенный страстью взгляд.
— Прибыли, — тихо шепчу во влажные, слегка припухшие от моих поцелуев губы.
РИТА
Стресс решил выплеснуться в самый неподходящий момент, да еще и в такой странной для меня форме. Мое тело горело, а в голове была звенящая пустота. Не было ничего, кроме губ и рук Снора. Инопланетянина буквально трясло от того, насколько сильно он меня хотел.
Он начал это сам, но настояла на продолжении уже я. Нежный, мягкий поцелуй был ничто по сравнению с тем, что я почувствовала по нашей связи. Желание, нежность, жажда обладания, дикий, сводящий с ума голод и под всем этим страх.
Он боялся того, как я отреагирую на его поползновения в мою сторону. Я бы, может, и постеснялась, все же не одни. В нескольких метрах от нас находился пилот. Но стеснения не было.
Я словно пиявка присосалась к тому коктейлю чувств и ощущений, что исходил от Снора. Я пила его страсть и не могла утолить свою жажду. Еще немного, и я бы с радостью сгорела в огне своего тела.
Непривычно, странно, пугающе, но так сладко и порочно.
В себя пришла от несильного толчка. Мое расслабленное тело встряхнуло и бросило на Снора. Поток чувств от моего инопланетянина прекратился. Я была этому рада. Я была расстроена, и я, да, я хотела продолжения там, где нас никто не побеспокоит.
— Прибыли, — хриплый, гулкий голос Снора прошелся лаской по моей обнаженной коже. Обнаженной?
Пока пыталась прийти в себя окончательно и с трудом фокусировала взгляд на притягательных, жестких чертах его лица. Снор приводил в порядок мой костюмчик, который отчего-то болтался у меня на талии. А я даже не заметила, когда его с меня сняли!
— Мой король, — встрепенулась от раздавшегося совсем рядом голоса.
К этому моменту Снор уже успел натянуть на меня костюмчик, оставив свободными только мои руки и голову.
Покосилась на звук голоса, и краска залила все мое лицо. Пилот, про которого я благополучно забыла, уже встал со своего места, но так и не решился обернуться.
Надежды на то, что он не заметил, чем мы со Снором занимались всю дорогу, не осталось. Ведь не просто так он к нам не оборачивается.
— Свободен, — Снор ответил только тогда, когда убедился, что привел меня в порядок настолько, насколько это было возможно.
Воин с пепельными волосами обернулся, слегка склонил голову и, прежде чем покинуть наше транспортное средство, бросил на нас полный тоски и отчаянья взгляд.
В себя пришла после тихого рыка Снора и усилившихся объятий.
— Он тебя расстроил, — пророкотал над моей головой. — Я скажу ему, чтобы он не попадался тебе на глаза.
Грустная улыбка скользнула по моим губам. Кто бы мог подумать, что этот гигант будет так внимательно отслеживать любые мои эмоции. Но сейчас он явно перегибал со своей заботой.
— Он меня не расстроил, — отрицательно качнула головой. — В нем столько боли и тоски…
— Ливар отличный воин, но, получив в бою увечья, стал непригодным для самок. Он отлично это понимает.
— Это всего лишь шрам на лице, — расстроено вздохнула и в который раз захотела по-тихому придушить всех их самок.
— Для вашей расы его внешность не выглядит отталкивающе? — поднялся Снор, крепче прижимая меня к своей груди.
— Может быть, для кого-то, но не для меня, — пожала я плечами.
— Ты моя! — прорычал Снор.
По нашей связи пришла волна такого бешенства, что на секунду я задохнулась от страха, но быстро взяла себя в руки. Психовать было бесполезно, поэтому я решила действовать иначе.
— Ты снова ставишь под сомнения мои чувства, — расстроено вздохнула и даже смогла выдавить из себя несколько слезинок. — Твое недоверие причиняет мне боль.
Спустя несколько минут, пять извинений и бесконечное число поцелуев Снор сдался и пообещал не только не ревновать, но и не приказывать Ливару скрываться с моих глаз.
Про себя же я решила, что как только стану королевой, так сразу же попытаюсь помочь пепельному блондину найти свою пару, и она уж точно не будет женщиной его расы!
— Что задумала? — спросил Снор, задевая губами мочку моего уха.
От мимолетной ласки по телу прошла приятная волна, и, не задумываясь над своими действиями, подалась к нему ближе, чуть изогнув шею.
— Не дразни меня, — пророкотал серьезным тоном и вопреки своему предупреждению, запечатлел на моей коже несколько влажных поцелуев. — Еще несколько таких провокаций, и я окажусь между твоих ножек так глубоко, как только смогу.