Ксения Болотина – Моя (страница 29)

— Моя, — рычит так громко, что даже мое тело начинает вибрировать.

Прикрываю глаза, полностью растворяясь в своих ощущениях. Нежное касание его рта, мои губы раскрываются от мягкого напора. Стон. Его. Мой. Общий, протяжный.

Чувствую его плоть, зажатую между нашими телами. Инстинктивно двигаю бедрами. Не могу сдержать вскрик восторга и прижимаюсь еще сильнее.

Спина касается прохладной поверхности, выгибаюсь от остроты ощущений, и Снор тут же слизывает капельки воды с подставленной ему груди. Мелкие искорки переходят в полноценный разряд, когда он втягивает мой сосок в свой рот и мягко его прикусывает.

Тихо хныкаю и подаюсь к нему бедрами, но его руки крепко держат, и я не могу сделать даже маленького движения. Разочарованно стону и впиваюсь короткими ноготками в его плечи.

— Снор, — шепчу, захлебываясь стонами, и кричу в голос от его первого движения.

Внушительная плоть скользит по моим влажным складкам, задевая маленький комок моего наслаждения. Пытаюсь сдвинуться так, чтобы он наконец оказался внутри меня, но Снор все еще крепко удерживает мои бедра, продолжая двигаться в своем темпе.

Движение.

Еще.

Еще и еще.

Теряюсь в ощущениях, срываю голос криком.

А он все двигается, наращивая темп и не спуская с меня своих темных глаз с вытянутым в нитку зрачком.

Ощущения становятся слишком острыми, хочется остановиться ив то же время продолжать дальше. Напряжение в теле растет, и уже я сама вытягиваюсь в струну, судорожно хватаю ртом воздух и разлетаюсь на мелкие осколки под низкий, гудящий рык Снора.

Медленно выплываю из неги, окутавшей меня, словно туман. Отстраненно замечаю, что стою на ногах, прижавшись спиной к груди Снора. Впрочем, стою — это громко сказано, скорее, тряпочкой вишу на сильной руке, что поддерживает меня под грудью.

Наблюдаю за тем, как нежными поглаживаниями ладони Снор смывает с моего живота последствия его страсти. Ощущаю чувствительность между ног, но никакого дискомфорта.

— Почему? — спрашиваю и не узнаю свой сиплый, едва слышный голос.

— Я не могу просто войти в твое тело. Как только я это сделаю, мы сольемся мысленно, духовно и телесно. Связь между нами укрепится, и мы станем почти что единым целым. Ты к этому еще не готова.

Мой идеальный мужчина. Только этот гигант мог быть со мной нежным и терпеливым. Только он, наплевав на свои желания, думает обо мне больше, чем я сама. И если прямо сейчас он поклянется никогда не бросать наших детей, я до конца жизни буду его любить, никогда не предам и всегда поддержу.

— Обещай мне, — шепчу, когда он закутывает мое тело в безразмерную простыню.

— Не могу, — Снор отводит глаза и тяжело вздыхает. — Я могу не справиться. Завтра мы прилетим на ЛарИну, и я поклянусь на жертвенном алтаре. Только он поможет сдержать мне свою клятву.

— На жертвенном? — чувствую, как от лица отхлынула вся кровь.

Что за алтарь? И самое главное, какие жертвы на нем приносятся?

— Ничего из того, что крутится сейчас в твоей голове, — улыбается Снор и качает головой. — Вскоре и мы принесем свою жертву. Не переживай, обещаю, тебе понравится, — улыбается и сгребает меня в объятия. — Верь мне.

И я действительно верю. За все проведенное с ним время Снор ни разу меня не подвел и уж тем более не обманывал. Даже законы поменять согласился. Кстати, о законах…

— Снор, а мне охрана полагается? — спрашиваю, поудобнее устраиваясь на кровати.

— Ты сомневаешься в том, что я смогу тебя защитить? — тут же вскидывается и сжимает губы в тонкую полоску.

— Опять начинаешь? — прищуриваюсь и смотрю на растерявшегося мужчину в упор. — Кажется, мы уже выяснили этот вопрос еще на той поганой планетке.

— Тогда почему? — с хмурым видом берет поднос, уставленный едой, и идет в мою сторону.

— Ты же король и не можешь быть постоянно рядом со мной, а мне твоя планета не знакома. Вдруг там хищники водятся какие, да кто вообще знает, что я могу по незнанию натворить! — всплескиваю я руками и тут же, покраснев, ловлю спавшую с меня простынь.

— С тобой будут клоны, — мгновенно расслабляется мой инопланетянин и даже улыбается мне.

— А можно мне еще и Ливара? — быстро выпаливаю, пока не растеряла свою храбрость.

Очень медленно Снор садится на кровать рядом со мной. На его лице безразличие, и я бы даже поверила, если бы он не мял своими пальцами края железного подноса, как бумагу.

— Опять психуешь, не разобравшись? — спрашиваю тихонько и аккуратно разжимаю его пальцы.

— Ты только что стонала в моих объятиях, а сейчас просишь, чтобы рядом с тобой был чужой самец, — все же не выдерживает он и кидает на меня взгляд, полный боли и отчаянья. — Ты только моя! — взрывается окончательно и сжимает меня в объятиях. — Никому тебя не отдам, уничтожу любого, кто будет на тебя претендовать!

— Да твоя, твоя! — тихонько бью его кулачком в плечо и крепко обнимаю. — Ревнивец, — счастливо вздыхаю и трусь своим носом о его щеку. — Пару я хочу найти Ливару, а как я это сделаю, если он будет далеко?

— Пару? Другую самку? — все еще смотрит на меня с недоверием.

— Такое ощущение, что мы говорим о животных, — кривлю я лицо. — Самки, самцы…

— Ты хочешь найти этому мужчине другую женщину или собираешься предложить себя?

— Сдурел? — кручу пальцем у виска. — Сказала же, что я от тебя не откажусь!

— Ты можешь иметь несколько мужей, — признается, иу него даже плечи опускаются.

— Еще раз обо мне так подумаешь, — шиплю рассерженной кошкой. — И я… я… — не могу подобрать слов, зато отчетливо чувствую подступающие к глазам слезы. — Если ты так будешь реагировать на каждую мою просьбу, то законы у твоего народа мы никогда не поменяем! — выкрикиваю и пытаюсь слезть с его колен.

Кто бы мне еще позволил! Сжал в своих ручищах, словно в тисках и что-то бормочет, покрывая поцелуями мое лицо, шею, грудь…

В себя прихожу не сразу. Ловлю своим слегка расфокусированным взглядом его смеющиеся глаза и тут же слышу тихое «прости».

Стоит признаться самой себе, что злиться и обижаться уже совсем не хочется.

— Так не честно, — шепчу и пытаюсь нащупать потерянную простынь.

— Зато так приятно мириться, — нагло улыбается, и только я открываю свой рот, проворно сует в него нечто красное и мягкое, которое тут же взрывается на моем языке бесподобным вкусом.

Стону от удовольствия и уже сама открываю рот, но в этот раз получаю маленький кусочек чего-то золотисто-коричневого. Стоит только начать жевать, и я узнаю вкус.

Он лучше, более насыщенный и без сомнения намного приятнее, чем та бурда, что называют мясом на Земле.

Снор для меня сейчас словно волшебник из моих детских книжек — исполняет все желания, которые я загадывала всю свою жизнь. Безопасность, забота, любовь, вода, ягоды, фрукты и даже хорошо прожаренное мясо. Про воду я вообще промолчу!

— Спасибо тебе за все, — шепчу, и мое горло перехватывает. — Ты самый лучший мужчина на свете!

Кожа Снора слегка темнеет, он явно не знает, как реагировать на комплименты, и в этом мы похожи. Не желая и дальше его смущать, вновь открываю рот, требуя нового вкусного лакомства.

Еще кусочек.

Еще…

Понимаю, что если съем еще хоть один, то точно лопну. С тоской смотрю на железный поднос, на нем еще столько разноцветных вкусностей, которые сейчас исчезают во рту Снора! Тяжело вздыхаю и откидываюсь на подушки.

— Моя жадная звездочка, — смотрит на меня с улыбкой и смешинками в глазах.

— Я не специально, — отвожу глаза и чувствую, как пылают щеки.

Действительно ведь хотелось отобрать у этого гиганта столь вкусную еду и если не съесть, то хотя бы оставить на потом. И мой взгляд, который он поймал, более чем красноречиво об этом говорил.

— Не надо стесняться своих желаний, — устроил рядом с собой и с легкостью уложил меня на свою грудь. — Мы те, кем делает нас жизнь. Тебе хочется постоянно иметь под рукой еду, а ко мне лучше не подходить со спины или когда я сплю.

— Буду иметь в виду, — серьезно кивнула, принимая его предупреждение.

Кому как не мне понять то, что с ним происходит. Порой привычки и инстинкты сильнее нас.

— Тебя это не касается, — прошелся широкой ладонью по моей спине. — В каком бы состоянии я ни был, никогда тебе не наврежу.

Скептически фыркнула. Вот взбесится как-нибудь, зашибет и не заметит. Не специально, конечно, и только если я под руку полезу, а делать этого я не собираюсь. Так что…

— Все мое существо стремится оберегать тебя и заботиться. Скажу больше, даже если у меня будет последняя стадия душевной болезни, я и то тебя не трону. Мне не позволят инстинкты. И сейчас, глядя на твой недоверчивый взгляд, мне хочется доказать, что мои слова правдивы, но лучше, чтобы ты поверила мне на слово.

И что, Снор серьезно решил, что последние слова меня успокоят? Да как бы не так!

Я носом чуяла какой-то секрет, и Снор явно не хотел мне его раскрывать.