Ксения Болотина – Беременна по контракту (страница 30)

Очнулся лежа на спине. Моя малышка распласталась на мне как лягушка. Маленькая, хрупкая, невесомая, с улыбкой удовлетворенной девушки. И это с ней сделал я!

Провел ладонью по ее спине и немного сжал попку. Яна зашевелилась, слегка вильнув бедрами и недовольно простонала, когда от ее неосторожного движения из нее выскользнул мой слегка обмякший член.

– Ты как, маленькая? – повторно огладил рукой ее округлую, чуть вздернутую к верху попку. – Больно?

В ответ получил не разборчивый не то рык, не то хрип. Кажется кто – то перестарался с криками и сорвал горло.

Пришлось снимать малышку с себя, укладывать на кровать и топать до кухни.

Едва приподнял Яну и поднес к пересохшим губам стакан воды, она вцепилась в него мертвой хваткой и стала жадно пить. После чего вручила мне пустой стакан и вновь повалилась на кровать с мечтательной улыбкой.

– Ты чудовище, – уже вполне понятно просипела и раскинула руки в стороны, ничуть не стесняясь своей наготы. Судя по тому как она меня назвала, ей было сейчас явно не до стеснения. Наверняка больно. Я никогда не отличался маленьким размером, а она внутри была такой узкой.

– Прости, – покаялся, поглаживая ее лодыжки. – Я старался быть нежным, но под конец сорвался.

И да, это только моя вина. Не важно, что малышка просила больше, сильнее и глубже. Я – то должен был понимать, какими последствиями грозит столь бурный секс в первый раз.

– Это был комплимент, – пьяно хихикнула Яна, глядя одним глазом на мое виноватое выражение лица. – И было совсем не больно. Скорее немного странно из – за растяжения. Ты уверен, что я была девственницей? – открыла она уже оба глаза, посмотрев на меня почти влюбленным взглядом. – Лично я в этом уже сомневаюсь.

После ее слов, на секунду засомневался и я, но тут же вспомнил как явственно чувствовал преграду. Для верности опустил взгляд вниз. Яна приподнявшись на локтях, сделала то же самое.

На моем члене, который все никак не желал успокаиваться, виднелись не большие, розоватые разводы.

– Определенно была, – хмыкнул и нагнувшись, мягко поцеловал свою девочку. – Я же обещал сделать твой первый раз незабываемым. И у меня это отлично получилось.

– Думаешь? – лукаво посмотрела она на меня из под ресниц.

– Уверен! Готов спорить на что угодно. Все наши соседи могут выступить свидетелями. Слишком уж громко ты кричала «Да! Сильнее! Не останавливайся!»

– Боже, – округлила она свои темные глаза и мило покраснев, спрятала лицо под подушкой. – Скажи, что ты сейчас пошутил, – взмолилась, придерживая подушку у себя на лице, двумя руками.

– Не-ет, – протянул, самодовольно улыбаясь. – Теперь все они знают, что ты принадлежишь мне.

– А я принадлежу? – донеслось приглушенно из под подушки и я понял, что моя девочка решила меня подразнить.

Кажется, кто – то явно напрашивается на продолжение.

Подхватил визжащую, смеющуюся и брыкающуюся малышку на руки и потащил в душ.

– Куда… – только и успела спросить, прежде чем я запихнул ее в прозрачную кабинку.

– Сюда, – улыбнулся, заходя следом. – Буду доказывать тебе, что ты теперь только моя.

ГЛАВА 14

ЯНА

Прошло уже две недели моей почти семейной жизни. За это время я успела узнать Антона с совсем другой стороны. Нет, он не изменился полностью, не стал белым и пушистым.

На работе и с чужими людьми он по-прежнему был резок, очень требователен и добивался своей цели любым, порой не всегда честным способом.

Исключением была только я. Причем, для него было не важно, на работе мы или дома. Меня это жутко смущало и смущает до сих пор.

На мое предложение скрывать наши отношения, Антон ответил категоричным отказом.

– Я хочу, что бы они все знали, кому ты принадлежишь.

Это был единственный верный для него ответ.

Меня же так и подмывало спросить, принадлежит ли и он мне. Но я не решалась, боялась его ответа, что наши отношения всего лишь контракт, который мы подписали несколько дней назад. Сразу же после того, как Антон принес мне ключи и документы на квартиру.

А все мой не осторожный язык. Забирая оставшиеся вещи из квартиры, в которой я жила последние месяцы. Вздыхала и сетовала, что привыкла к ней и действительно чувствовала себя, здесь словно дома.

Антон тогда промолчал о покупке. Просто обнял и сказал, что все будет хорошо, что скоро я обрету свой дом. Я думала, что он имеет в виду свою квартиру. А на следующий день, Антон вручил мне две связки ключей и тонкую папку с документами.

Сделал он это с раннего утра, едва мы сели в его красную красавицу. Стоит ли говорить о том, что весь день я думала совсем не о работе, за что, не однократно получила выговор от обычно спокойного и милого Антона.

Моей пятой ошибки он уже не стерпел. Я как раз ксерила документы в маленькой, темной комнатке, больше похожей на чулан.

Антон ворвался в крошечное помещение словно ураган. Глаза горят огнем, ноздри гневно раздуваются, не то дышит, не то шипит сквозь зубы.

Грохот захлопнувшейся двери, щелчок замка.

– Ну, все! – шипит, срывая с себя галстук. – Сама напросилась.

Раньше я бы испугалась и его действий и напора и того, что должно произойти в офисе. В офисе полным людей! Разгар рабочего дня!

Но вопреки всем доводам разума, вместо страха я испытывала возбуждение и раздумывала над тем, будет ли выглядеть слишком развратно, если я задеру юбку и сама усядусь на стол с широко разведенными ногами.

Пока я раздумывала, закусив губу, Антон претворял в действия мои мысли.

Треск разорвавшейся ткани. Порванные трусики на самом деле не очень – то и возбуждают. Скорее заставляют поморщиться. Вопреки представлениям, это не слишком приятно, а зачастую и немного больно.

Но Антон будет не Антоном, если начнет действовать медленно и аккуратно. Он пробовал, нам не понравилось обоим. Ему сдерживаться, мне понимать, что я не могу дать ему то, в чем он действительно нуждается.

– Пять раз, – немного зло впивается мне в губы и тут же нежно проходится по ним языком. – Пять ошибок, – вклинивается мне между широко разведенных бедер. – Едва не стоили мне клиента. Что ты можешь сказать в свое оправдание?

Шепчет мне на ухо, слегка прикусывая мочку.

В таком состоянии я могу сказать только одно и это совсем не оправдание.

– Не останавливайся, – стону, обхватывая ногами его бедра.

Но он останавливается и смотрит на меня потрясенным взглядом. Я бы тоже на его месте так смотрела, еще и пальцем у виска покрутила.

Я то ему все две недели доказывала, что секс на рабочем месте это как минимум не профессионально и как максимум я к этому была просто не готова и думала, что вряд ли когда буду.

Судьба внесла коррективы. Сегодня, весь день думала о наших отношениях, пока получалось безрадостно. Антон старался, Антон давал, Антон дарил подарки, Антон делал все, что бы я чувствовала себя хорошо и комфортно. А я вся такая в сомнениях.

По итогу, решила начать ему раскрываться и идти на встречу его желаниям.

– Уверенна? – спрашивает с лукавым прищуром, не прекращая своих ласк.

– Что если кто – то придет? – все же задаю волнующий меня вопрос, но понимаю, мне плевать, пусть хоть весь офис стоит по другую сторону двери и прислушивается.

– Плевать, – вторит он моим мыслям и с тихим стоном погружает свои пальцы глубоко в меня.

На этот раз уже я вторю его стону.

– Влажная, – счастливо скалится и не отпуская моего взгляда начинает медленно двигать пальцами. – Моя скромница, на деле оказалась той еще развратницей.

Слышу в его голосе рычащие нотки и спешу успокоить.

– Только с тобо-ой! – срываюсь на стон от особенно резкого и глубокого проникновения его длинных пальцев.

– Моя девочка, – жадно целует и стягивает меня со стола. – Мы же не хотим, что бы нас услышали, – шепчет и укладывает меня на тот же стол грудью.

Спешно задирает мне юбку и оглаживает ладонями высоко задранную попку. Звук расстегиваемой молнии. Сжимаю бедра и стону от того, насколько я стала чувствительной.

– Нас определенно услышат, – довольно протягивает Антон и я в отрицании мотаю головой.

Ему определенно нравится эта мысль, но я пока что не готова к таким открытым экспериментам.

– Моя скромница, – зажимает мне ладонью рот и без какого либо предупреждения врывается в меня своим членом.

Ору в голос от необычайно острых ощущений и его ладонь частично заглушает звук. Он замирает на несколько секунд, давая мне время привыкнуть. Мы столько раз были близки, но для меня он все равно ощущается слишком большим.

– Моя малышка. Моя. Только моя.