Ксен Крас – Звериное начало. Том II (страница 90)

Он ударил перевертыша под колени чем-то, напоминающим короткую палку, а когда она не упала, схватил ее за одну ногу и дернул. Женщина, не ожидая, рухнула вместе с напавшим, толпа взбеленилась и поспешила в противоположную сторону, как раз через лежащих людей. Кто-то совсем девичьим голосом объявил, что распродает остатки хлеба в три раза дешевле, если брать по две буханки. Рэйара не сообразила, что пора бы вставать, тщетно пытаясь дотянуться до обидчика. Приятели бросившегося под ноги, ловко маневрируя среди народа, добрались до кудрявого, помогли тому подняться и также легко куда-то убежали.

Рэ же никак не могла совладать с толпой, ее снова и снова сбивали с ног. В какой-то момент ей пришлось свернуться и закрыть лицо руками. Чьи-то тяжелые сапоги прошлись прямо по ней. Слепое стадо, гонимое жаждой наживы, пугало ее пару минут к ряду, а после ужас начал перерастать в ярость. Мужчину, который поставил ногу в опасной близости от лица, спасли от укуса лишь подоспевшая к перевертышу женщина в возрасте и ее сын лет двенадцати. Выглядели они оба довольно прилично, хоть на одеждах и виднелись заплатки, а юбку некогда переживали, спереди она была короче на две ладони.

– Ах, бедняжка! Не стой столбом, помоги ее поднять! – дама пихнула сына в бок. Тот с интересом смотрел на лежащую на земле Рэ, приоткрыв рот и не торопился помогать ей подниматься даже после тычка родительницы.

– Ма-а-а, ты видела? У нее что-то не так было с руками и глазами! Совсем желтые стали, – мальчишка не боялся, хотя после рассказов про перевертышей должен был в панике звать стражу после увиденного. Полукровка покраснела.

– Руки желтые? Вот же выдумщик! Не стой, говорю, а помогай! – в четыре руки добрые горожане помогли Рэйаре вернуть вертикальное положение.

– Неа, ма, глаза. А руки ееные шерстью поросли, как у этих, у тех… Про кого рассказывают все время.

– Глупости не говори! Опять историй старика Быатаха наслушался? Больше не пущу тебя, мерещится после всякое! – погрозила женщина отпрыску пальцем, Рэ испугано переводила взгляд с ребенка на толпу, – Лучше будешь в Храм ходить. Там истории не про зверолюдов, а про богов. Это полезнее и поучительнее.

– Не хочу в Храм. Там скучно, никто из моих друзей не ходит, я что, должен не как все быть?

– Как все быть не нужно. Вредно это, и нечего на других смотреть… А, потом поговорим. Про глупости свои забудь, нет в городе зверолюдов, делать им больше нечего как сюда ходить, как же…– пока Рэйара переводила дыхание, взрослая дама приводила в порядок одежду пострадавшей.

– Но Йиан говорит, что слышал вой. Да, – уверено кивнул ребенок, – Тюрьма, говорит, воет иногда, если мимо проходить в какие-то там часы. По ночам надо. Это потому, что там зверолюды сидят, их туда посадили, под замок, чтобы всякие пытательные штуки пробовать! А у тетеньки глаза желтые были, я точно видел. Может она тоже оттуда?

– Ух, точно не пойдешь больше никуда. Дома будешь, у юбки моей. Вот же ж послали Боги балбеса! За каждым дураком повторять готов, – проворчала женщина и отряхнула спину Рэйары, пока отпрыск злился и обиженно гундел, – Вот так, хорошо. Почти ничего не испачкала, да? Цела, вижу, повезло тебе. Не ходи против движения, небезопасно это, такую и затоптать могут. В первый раз здесь что ли? Вот отсюда толпа идет и вон туда, до самого порта. Через часа два прибудут рыбаки с самой свежей рыбой, ты аккуратнее будь, там самая давилка начнется. Запросто насмерть затопчут! Одного-двух мы всякий раз не досчитываемся, особенно женщин, вроде тебя, невысоких. А, и детей любопытных. Если рыба не нужна, не ходи туда, а если нужна – лучше или семьей идти, всех разом не затоптают, либо мужа или сына покрепче брать. И выстоять помогут и поднять поднимут, если чего.

– А что там выло и где? – не упустила возможности узнать побольше Рэ. Она ничего еще не слышала, но, может, проблема в том, что она всего ничего успела провести во Вратах?

– Да не обращай внимания на него, – махнула добросердечная женщина и поправила Рэ безрукавку, – Трындит сам не знает что. Никто и нигде не выл, неужто не заметил бы никто больше? Байки эти дети постоянно друг другу пересказывают. Не стали б наши Бароны никого этакого держать в городе, и их помощники бы тоже не стали. Зверолюды эти все ж знают, что это за твари! Тоже мне, мужчина будущий, взбаламутил женщину! Напугал и рад, да? Иди лучше, к Доргу, а то все зерно раскупят и будем тогда только репу есть.

Помощница вместе с мальчишкой пожелала Рэйаре всего хорошего и удалилась по своим делам. Идти следом за ними перевертыш не рискнула, тем более что мальчишка постоянно крутился, чтобы посмотреть на спасенную. Его рот не закрывался, из-за чего придавал ребенку глуповатый вид, однако, несмотря на это, женщине сделалось не по себе. В этот раз что-то заметил подросток, который, судя по всему, в принципе склонен искать нечто волнительное и опасное, и потому не заслужил особого доверия, но в следующий раз вместо него может увидеть то, чего видеть не должен, кто-то более серьезный. Тот, чье слово значит куда больше, и чьи предупреждения могут восприняться горожанами как необходимые. Братья не зря неустанно повторяли, что нужно быть осторожнее.

Почти сразу, отделившись от толпы, Рэйара нашла, как добраться до складов. Дождь почти не шел ночью, солнце осушило большую часть города, ветра выдули с деревяных настилов всю влагу, но в низинке, тем более между близко расположенными друг относительно друга строениями осталась такая же непролазная грязь. Наверное, только в самые жаркие дни она достаточно высыхала. Сейчас же покрытая сверху бледной корочкой, она обманывала прохожих – казалась им крепкой, принявшей более твердый вид, но стоит только наступить, как нога незамедлительно уйдет вниз. Подобное обманчивое ощущение появлялось, когда наступали первые морозы и небольшие речушки покрывались сверху льдом. Рэ попадалась в эту ловушку, после вожак сначала сушил ее, затем лечил с помощью Ала, а после ругался и долгое время не пускал бегать за пределами лагеря, тем более близко к воде без сопровождения кого-то из семьи.

Передвигаться по деревянным тропкам было приятнее, чем ночью по лужам. Рэ некоторое время ходила от одного помещения до другого, принюхивалась, прислушивалась, пока, наконец, не наткнулась на то, что заставило ее остановиться. Женский голос, тихий, похожий на шепот, звучал откуда-то со стороны жилых домов. Рэ замерла и осмотрелась, она никого не видела, но это не значило, что не видели ее. Медленно ступая, она продолжала озираться. Стоило поскорее отыскать убежище, на случай если говорят враги.

– …Ты не понимаешь, насколько это важно. Они забрали это, – донеслось до Рэ благодаря чуткому слуху. Она пожалела, что не надела плащ, можно было бы закрыться капюшоном и в прямом смысле навострить уши, никто бы и не заметил. Так же она то и дело пропускала какие-то слова из-за шума моря, криков птиц, пойманных в ловушки и других посторонних звуков, – …Обнаружила след и знаю где держат. Мы можем вернуться вечером. В одном из… Но шавки Беспалого охраняют это. Они никуда не уйдут.

– Они будут мешать все время! Разберемся с Лезвием, убьем ее и дело с концом, – этот голос показался Рэ знакомым, но она никак не могла понять, где слышала его. Не раз и не два. С каждым новым произносимым словом складывалось впечатление, что эти нотки перевертыш где-то слышала, – Я устала терпеть.

– Пока нельзя. Лезвие должно получить у… и вот тогда мы сможем… И с ней разобраться. Пока нам нужно терпеть. Терпеть и ждать. Заберем то, что можем, а остальное после.

– Слишком рискованно. Надо забрать все или не трогать ничего.

– А если мы ошибаемся? Заберем одну часть и проверим. Если оно то, что надо, то дело того стоит. Мы должны проверить. Если ошибемся…

– Без этого мы не сможем! Почти все готово, осталось только это. Мы ждем уже годы. Я уже не могу…

– Годы. После этих лет десять дней ничего не значат. И двадцать, и тридцать. Нельзя торопиться. Нам надо…

Радостные посвистывания мужчин совсем недалеко заглушили следующие слова. Рэ поморщилась, вспоминая, что совсем недалеко должен располагаться лучший бордель всего Нижнего города и Загородья. В Средоточье про него тоже ходило немало слухов, Таэль пару раз заявлял, что обязательно его посетит, как только появится немного свободного времени. Он же вещал, что даже некоторые богачи из Верхнего города посещают интересное заведение, но обычно оно служило для развлечения богатых мореплавателей, торговцев и уважаемых гостей города. Охрана там обеспечивалась лучше, чем во всем Нижнем городе и ничем не уступала патрулю стен, на работу отбирались лучшие из лучших, а более свежих продуктов, чем те, из которых готовят во время появления знати с других континентов, не сыскать даже в Средоточье.

– …Тогда охрану наймут, и мы можем упустить свой шанс. Поможет ли нам Баронесса? – снова поинтересовался знакомый голос.

– Должна. Они поможет, она тоже зависит от этого. Ладно, я поняла. Нужно ждать ночь, сейчас слишком много людей бродит вокруг. Я останусь в Нижнем до утра.

– Не сбрасывай со счетов меня! В прошлый раз ты тоже справлялась одна и тогда… Я не позволю, – ощутимая толика злости прослеживались в голосе. Последние слова женщина произнесла почти истерично, обиженно, и Рэ узнала голос. Она слышала те же самые нотки, когда беседовала с Нииа-Броу-Эдгэ – женщиной из Ордена Посоха. Именно она в свое время убедила полукровку не трогать ее и сестер, именно она влияла на чувства перевертыша и просила помощи, утверждая, что желает лишь добиться понимания и уважения, получить то, что имеют мужчины с рождения. Это Нииа-Броу-Эдгэ могла быть повинна в смерти Жужа! А поскольку говорила она с другой женщиной, то, скорее всего, они обе относились к Ордену или являлись союзницами.