Ксана М. – Слепая зона (страница 74)
Я повернулась к Маку.
— Что ты ему дал?
— Скажем так ― Камилла хорошо поработала. И теперь Томпсону сильно не поздоровится.
— Нас ждет суд?
Не знаю, возможно, мой голос дрожал. Или я выдала себя чем―то ещё. Но Мак каким―то образом понял мой страх, поэтому снова сжал мою руку.
— Мы пройдем через это вместе. Обещаю.
Я выдохнула и прикрыла глаза. Кивнула, чувствуя, как его губы касаются моего лба. Вдруг стало так тепло и уютно, что я осознала ― вот он, мой дом. Там, где Мак.
— Игра! ― вспомнила я. ― Ты ведь… она ведь… о, Боги, ты пропустил матч?
— Роб выпустил вместо меня замену. Мы отыгрываем такие моменты. Поэтому всегда готовы к любой перетасовке.
— Но… как же… разве этим ты не подвел свою команду?
— Подвел? ― усмехнулся он. ― Никки, эти парни профессионалы. Они столько раз играли без меня, что этот раз определенно не стал проблемой. К тому же, Техас отлично справляется с ролью капитана. Уверен, у них всё получилось.
— А как же лига? ― тихо спросила я. ― Из―за меня ты ведь упустил свой шанс…
Мак повернулся, и я заметила, как в темноте улицы блеснули его глаза.
— Зачем мне лига, если у меня есть ты?
— Но это ведь совсем другое… ты ведь так мечтал… так хотел…
— Никки, если бы меня взяли, мне пришлось бы уехать.
Я запнулась, понимая, что упустила этот момент из виду.
— В этом нет твоей вины. ― продолжал он. ― Я просто понял, что не хочу бросать свой дом и свою семью.
— Ты сумасшедший, Майкл Маккейн. Но я всё равно тебя люблю.
Он улыбнулся.
— Это была моя фраза, знаешь. И я долго её готовил.
Я рассмеялась сквозь слезы, а затем почувствовала, как его губы накрывают мои.
— Я тоже люблю тебя, Никки Монро.
Мак (эпилог)
Перевернул стейк и добавил на гриль подготовленные Никки овощи.
— Они скоро приедут. Я не выгляжу в этом платье нелепо?
Поднял на жену глаза. Такая же, как и в первый день нашего знакомства. Рыжие волосы красивыми волнами рассыпались по плечам. Глубокие глаза, в которых я каждый день безвозвратно пропадал. И платье… легкое, до колен. Но я смотрел совсем не на него. А на то сокровенное, что было под ним.
Улучив момент, притянул Никки к себе, заставив её взвизгнуть и рассмеяться.
— Мак! У тебя все пальцы в соусе!
Прижался к ней губами, игнорируя её милый протест.
— Ты выглядишь превосходно в чем угодно.
Она рассмеялась веселее.
— Она растет не по дням, а по часам. Я на медведицу стала похожа.
— Если и так, то ты самая красивая медведица, которую я видел.
Никки улыбнулась, обвивая мою шею руками.
— А много медведиц ты видел?
— Ни одной, ― признался. ― Но как только наша дочка родится, мы обязательно сходим в зоопарк. ― обнял Никки за талию, понимая, что до сих пор, даже спустя десять месяцев, никак не привыкну, что она только моя.
— Всё хорошо? ― она всегда чувствовала меня ― моё настроение, мои мысли, мои тревоги и желания. Всего меня. И либо это я был хреновым конспиратором, либо моя жена ― талантливым эмпатом.
— Да. Просто никак не могу перестать оглядываться.
— Всё закончилось. Он больше нас не тронет.
Открыто ― нет. Закон был полностью на нашей стороне.
Роберт Томпсон получил по заслугам ― лишился репутации, заработка, славы.
СМИ ещё долго обсуждали его «грехи», его лицо мелькало на многих популярных телеканалах, на страницах известных журналов и газет. С ним больше не хотели иметь совершенно никаких дел. Имя Роберта Томпсона кануло в небытие. И о нём забыли сразу же после того, как скандал понемногу утих.
Мы с Камиллой очень для этого постарались.
Я боялся лишь за Никки.
Боялся, что он объявится не как её агент, а как её единственный родственник.
Что захочет отомстить.
И хотя Никки оставила ему всё, что имела ― квартиру, машину, деньги ― заявив в суде, что всё это ей не нужно, я всё равно боялся. И теперь помимо жены, ещё и за нашу народившуюся дочь.
— Мак, ― её успокаивающий голос выдернул меня из тревожных мыслей, ― всё будет хорошо. У него не осталось ни друзей, ни связей. Его едва не посадили. Не думаю, что он станет вновь рисковать своей свободой только для того, чтобы отомстить. Ведь он ничего с этого не получит. Не вернет ни репутацию, ни меня.
— Думаешь, он не станет ничего предпринимать?
Никки грустно улыбнулась.
— Он мог бы загубить твою карьеру и мою жизнь, но он не убийца. Угрозы ― его предел.
— Отчаявшиеся люди творят по―настоящему страшные вещи…
— Это не тот случай, ― остановила она меня, ― поверь.
Сделал глубокий вдох и сосредоточился на её глазах.
— Я просто не могу допустить, чтобы с вами что―то случилось.
— Не случится. Ты ведь рядом. ― она приподнялась на носочках и коснулась своими губами моих. ― И я верю, что лучше, чем ты, нас никто не защитит.
— Он в этом самому Джону Клейтону30 фору даст, ― услышал и повернулся.
Никки рассмеялась, а я только сейчас вспомнил, что всё это время моя сестра валялась в гамаке в пяти шагах от нас ― а, значит, всё отчетливо слышала.
— Эй, я что―то пропустил?
— Ага. Одну степень эволюции.
Техас взгромоздил ящик с пивом на стол и нахмурился, а Тейлор, сделав вид, что всё как обычно, вновь уткнулась в книгу.
— Снова поцапались, ― прошептала Никки, и я усмехнулся.
Наблюдать за реакцией друга было одно удовольствие.
Несколько месяцев назад ― не без вмешательства моей участливой жены ― он признался, что любит Лори, и я помню, как прошёл все эти дурацкие психологические стадии ― от злости и отрицания до дружелюбия и принятия. Хотя до последних двух пунктов, как мне казалось каждые минуты три, дошёл не до конца.