Ксана М. – Моё пламя (страница 41)
Через три часа, довольные и с кучей покупок, мы входили в квартиру.
Дарен донес сумки до коридора, а затем заявил, что ему нужно ненадолго уйти, строго наказав малышке Адель следить, чтобы я чего не натворила ― обалдеть ― а та, в свою очередь, взяла с него обещание вернуться как можно скорее.
— Поле твоего ухода мы написали Санте письмо, ― рассказала малышка, прикрепляя на окно самоклеящиеся звезды. ― Тигруля сказал, что ещё не поздно, и он обязательно прочитает его.
— Ты решила написать Санте? ― спросила, вешая рождественские носки над камином.
Она кивнула.
— У меня появилось желание. Очень важное.
— Расскажешь?
— Нет, ― изумленно завертела головой Ади, разводя руками, ― оно же тогда не сбудется!
— Да, точно, ― кивнула, ― извини, я совсем забыла… не упади со стула!
— Не волнуйся, ― успокоила, продолжая маневрировать на одной ноге, ― у меня исключительное чувство равновесия. Так говорит миссис Хеллфайр.
— Ну, раз миссис Хеллфайр так говорит… ― улыбнулась, но на всякий случай подошла ближе, чтобы при необходимости успеть поймать свою маленькую акробатку.
Почти тут же раздался звонок.
— Я открою!
Адель спрыгнула со стула и понеслась к двери. Буквально через несколько секунд послышался шорох, а ещё через несколько я увидела огромную зеленую…
— О, мой Бог, ты принес ёлку!
— Ещё немного, и я, в самом деле, начну считать себя таковым, ― усмехнулся Дарен, выглядывая из―за дерева.
Улыбнулась и сложила руки на груди.
— А разве когда―то было иначе?
— Хочешь сказать, ― он поставил ёлку, ― это моё привычное состояние?
— Ты действительно спрашиваешь об этом?
Дарен улыбнулся шире. Адель крепко обняла его за ноги.
— Ты ведь останешься сегодня с нами? Пожалуйста.
— Если наша общая знакомая не будет против, ― прошептал Дарен, опускаясь перед девочкой на корточки. ― Как думаешь, она позволит?
— Конечно, да, ― тоже прошептала Адель, а затем обвила его шею руками. ― Би скучала по тебе так же сильно, как и я. ― она поцеловала своего Тигрулю в нос и, улыбнувшись, весело заявила. ― Я принесу коробку, и мы начнем украшать ёлку!
Когда она скрылась за дверью, Дарен осторожно поднялся.
— Ты хотела бы вернуться в Нью―Йорк? ― вдруг спросил он.
— Не знаю, ― тихо ответила, ― это город, в котором я родилась, но я не уверена, что это город, в котором я хотела бы жить. Но я знаю, что там твой дом. И если ты захочешь, чтобы мы вернулись…
Дарен опустил глаза и, подойдя ближе, взял мои руки в свои.
— Я всегда пытался осмыслить, где мой дом. Мне хотелось узнать, что люди называют домом. ― он вновь посмотрел на меня. ― Кусок бетона или деревяшки, которые они приобрели? Место, в котором спят, едят и просто живут? Как понять, что есть твой дом? Я никогда не знал ответа ни на один вопрос.
— А теперь?
— А теперь, знаю. ― ответил, касаясь ладонью моей щеки. ― Мой дом рядом с тобой. Где бы он ни был: здесь, в Нью―Йорке или на Аляске. Мой дом там, где ты. Я хочу каждое утро видеть твои глаза и слышать веселый смех Адель. Мне хочется побывать на свадьбе Тайлера и Мэнди. Я хочу быть с тобой в самые счастливые и самые грустные моменты, которых, если бы я мог, никогда бы не было, но это жизнь… и, всё, что я могу пообещать тебе ― всегда держать твою руку. Что бы ни случилось. И как бы тяжело ни приходилось. Ты заставила меня многое понять. Помогла осознать, что дом ― это то место, из которого не хочется уходить и в которое хочется возвращаться. Что в доме тебе тепло, независимо от погоды за окном и огня в камине. И главное, дома тебя всегда ждут люди, которые тебя любят. Мой дом всегда был полон лишь наполовину. Но когда в мою жизнь вошла ты… не забыв прихватить с собой ещё трех очаровательных фей, ― весело уточнил он, и я тихо рассмеялась, сквозь уже почти до конца выступившие слезы, ― я узнал, что значит, быть счастливым. И приходить домой. ― он нежно стер слезу, еще не успевшую скатиться вниз, а затем придвинулся ближе. ― Я люблю тебя.
Я быстро закивала.
— Я тоже тебя люблю.
Дарен притянул меня к себе, заставляя ощутить исходивший от одежды запах хвои. Я закрыла глаза и почувствовала, как меня обняла ещё одна пара крохотных рук.
— Меня забыли! ― заголосила Адель.
— Эй, ― возмутился Дарен, поднимая девочку на руки, ― разве я мог забыть свою принцессу? Что я говорил тебе, а? Помнишь, что обещал, когда мы писали Санте письмо?
— Да, ― кивнула она, ― что мы всегда будем вместе, и ничто на свете никогда не сможет нас разлучить.
— А знаешь, чем обещания в Рождество отличаются от всех прочих?
— Чем? ― тихо спросила она.
— Их не нарушают, ― ответил он и, когда Адель, обняв его за шею, положила голову ему на плечо, посмотрел мне в глаза и крепко сжал мою ладонь. ― Никогда.
14. Дарен и Эбигейл
Вошел в свою квартиру рано утром.
Эбби должна была отвезти малышку на последнюю репетицию перед её дебютным выступлением, а затем поехать по рабочим делам, чтобы закончить организацию рождественской вечеринки. Она обещала, что управится со всем быстро и вернется домой к обеду, чтобы начать готовить праздничный ужин.
Заказывать еду из РиоДор она наотрез отказалась. Уверила, что всё успеет сама, потому что, цитирую:
Я не спорил, хотя зная, как эта девчонка помешана на работе, был почти уверен, что другого выбора у нас не будет. Либо мы закажем еду, либо останемся голодными.
Бесшумно пройдя коридор и гостиную, поднялся на второй этаж. В кабинете в конце коридора уже стоял Пол.
— Есть новости?
Он кивнул, а затем положил на стол файл.
— Имя Оливер Ньюман о чем―нибудь тебе говорит?
— Финансовый брокер, работающий в компании «Эра». Был арестован пять месяцев назад по подозрению в отмывании денег.
— Так вот подозрения подтвердились. Ньюман, конечно, не главная, но очень значимая фигура. Деньги проходили по восьми счетам, на которых в общей сложности лежало около 70 миллионов. Все они были заморожены, а расследование кончилось только пару дней назад. Об этом ещё не объявляли в новостях, потому что есть основания полагать, что за всем этим стоит швейцарская организованная преступная группировка. Лишняя шумиха полиции не нужна, хотя не уверен, что какой―нибудь пронырливый журналист не сумеет докопаться до истины.
— Те, кто напали на мою компанию, были людьми Ньюмана?
— Да. Но я не понимаю, как связать эти события между собой.
— Я тоже, ― нахмурившись, ответил.
И это было правдой.
Мы встречались лишь однажды ― на приеме в Нью―Йорке. Перекинулись парой фраз, как того требовали приличия, а затем разошлись, каждый по своим делам. Тогда я не заметил в поведении Оливера ничего подозрительного. Он был обыкновенным бизнесменом ― да, не очень честным ― но не внушающим каких―либо опасений. Оливер был скорее пешкой, но причем здесь преступная группировка из Швейцарии? И зачем им понадобилось нападать на «Даймонд Констракшн»?
Взяв трубку, набрал знакомый номер.
— Ты уже здесь? Зайди ко мне в кабинет. Это срочно.
Буквально через несколько минут на пороге показался высокий и крепкий мужчина в черном костюме и с наушником в ухе. Человек, которому я мог доверить самое дорогое в жизни ― свою семью.
— Пол, ― кивнул мужчина, и, пожав ему руку, тот кивнул в ответ.
— Рад видеть тебя, Кейден. Как жена?
— Родила девочек близняшек, ― он не сдержал улыбки, а затем покачал головой, ― извините, что так долго отсутствовал.
— Ты был со своей семьей, ― оправдывая его, ответил, ― я был бы рад дать тебе больше времени, если бы ты не понадобился
— Что―то случилось? ― лицо Кейдена стало серьезным. ― Твоя сестра в порядке?
Я лишь коротко кивнул.