Крытя – Немного чудовище, немного человек. Два озера. Книга 2 (страница 6)
– Ничего. Мало ли что у него на уме. Нужно следить за ним, постараться разговорить. Не мог же он забыть, что спас меня в озере?
Глава 5. Лекарство
Незаметно подкралось время обеда. В комнату Софьи постучали. Слуги внесли на подносах много разных вкусностей. Следом зашёл Борис Иванович.
– Как? Ты ещё здесь? – с удивлением произнёс он, заметив, что Петя всё ещё в комнате его любимой дочурки.
– Да… Мы разговорились и совсем забыли о времени… – оправдывалась Софья. – Не злись, мы очень соскучились друг по другу, вот брат и не захотел оставить меня одну.
Отец ласково погладил дочь по голове и поцеловал в лоб.
– Кушай, всё сегодня такое вкусное. Я попросил приготовить твои любимые блюда.
– Брат, присоединяйся, – пригласила Соня, и Петя уселся на край её кровати, но вовремя опомнился и пересел на стул. Здесь же её отец!
Отец недовольно хмыкнул, но не поспешил удалиться. Он тоже очень соскучился по дочери и теперь смотрел на неё глазами, полными любви. Ему очень хотелось, чтобы с ней всегда было всё хорошо. Поэтому все его мысли устремились к тому блестящему лекарю за стеной – сможет ли он вылечить его дочь?
Только Соня потянулась к тарелке с вкусной мягкой булочкой, как в дверь настойчиво постучали.
– Войдите! – скомандовал хозяин.
На пороге с подносом в руках появился молодой лекарь. Он подошёл к столу и аккуратно поставил свою ношу.
– Вам сейчас нужно принимать внутрь обволакивающие средства, а не есть всё подряд, – при этом он выхватил аппетитную булочку из рук девушки и протянул ей миску с овсяным отваром.
Софья обиженным взглядом уставилась на отца, но тот лишь подтвердил:
– Делай, как врач говорит! – и повернулся к Павлу: – Простите, это я виноват. На радостях совсем забыл, что вы наказывали.
Под строгим наблюдением отца, брата и лекаря ей всё же пришлось съесть невкусное, отчего лицо девушки поморщилось, в глазах застыла неприязнь.
– Не болит ли у вас желудок? – приняв из её рук миску, учтиво спросил лекарь.
Софья отрицательно помотала головой.
– Позже я принесу лекарство.
С этими словами он тихо вышел из комнаты, прихватив с собой поднос. А слуги по его указанию унесли всю оставшуюся и красиво разложенную еду. В комнате воцарилась напряжённая атмосфера.
Петя стоял у стола, теребя носком ботинка краешек ковра. Борис Иванович уставился в окно, закинув руки за спину. Петя вдруг спросил:
– Как ты можешь доверять этому странному человеку, этому якобы лекарю? Откуда он вообще взялся, где учился, ты хоть что-нибудь знаешь о нём?
Борис Иванович обернулся и грозно посмотрел в его сторону:
– Олег Арсеньевич рассказал мне о нём. Вполне достойный лекарь! Хоть он и кажется тебе странным, но он помог моей девочке! А я это ценю. Надеюсь, он исцелит её. А ты бы лучше молчал. Что ты сделал для сестры, пока она была без сознания? Плакал, увещевал в отчаянии?
– Но, отец, я ведь ездил за врачом! – напомнил Петя.
– За это спасибо.
– Я думаю, этот человек очень опасен! Знаешь, когда я сегодня к нему зашёл поприветствовать, он…
В дверь снова постучали.
– Войдите! – сквозь зубы скомандовал хозяин усадьбы.
Молодой лекарь всё с тем же подносом подошёл к кровати больной.
– Нужно принять лекарство, время пришло. – И он налил в чашку зеленоватую жидкость.
Павел Александрович подошёл к Софье. Софья под молчаливыми взглядами отца и брата приняла лекарство из его рук и поспешила сразу всё выпить. Но лекарь не спешил уйти. Напротив, он пододвинул стул к её кровати и сел, намереваясь осмотреть больную.
Лекарь взял руку девушки и нащупал пульс. Затем поднёс свою правую руку ко лбу больной и спустился ниже, к её нежной щеке. Пётр напрягся и вдруг выкрикнул, сам того не ожидая:
– Что делает этот наглец? – и даже покраснел, его лицо сделалось совсем как алый закат над морем на картине за его спиной.
Отец попытался утихомирить пасынка, но тот продолжал спорить.
– По-моему, здесь слишком много лишних людей.
Он вытолкнул пасынка за дверь, а также решил выйти вместе с ним, чтобы дать тому несколько наставлений.
Когда Софья с Павлом остались наедине, он спросил у неё:
– Как вы себя чувствуете?
– Хорошо.
– Может, вас что-нибудь беспокоит?
– Меня беспокоит то, что вы делаете вид, что не встречали меня раньше.
Павел и бровью не повёл, его невозмутимому спокойствию можно было позавидовать.
– Простите, не понимаю, о чём вы? Где мы могли с вами встретиться?
– Там, в озере, – Софья ткнула пальцем, указывая куда-то вдаль, – вы спасли меня от чудовища, но теперь почему-то не сознаётесь в этом.
– Я никак не мог быть там. – Он встал и налил ещё одну чашку настоя. – Выпейте ещё. Вам нужно больше пить. – И он протянул чашку больной.
Софья скрестила на груди руки.
– Вы уходите от темы разговора.
– У барышни, по всей вероятности, разыгралось воображение? У молодых леди часто наблюдается богатая фантазия. На вас так подействовал яд. Лучше выпейте это, вам нужно поддерживать свой организм, пока я готовлю противоядие.
Соня отвела взгляд к окну.
– Если будете упорствовать, мне придётся применить силу.
Соня вздрогнула.
– Вы мне угрожаете?
– Я бы не посмел. Но если больной вредит себе, мне просто необходимо это исправить, иначе все мои старания окажутся впустую.
Павел снова уселся на стул и пододвинулся ещё ближе. Нагнувшись к самому её лицу, он пристально посмотрел на неё. В его глазах блеснула загадочная искорка.
– Что… Что вы собираетесь делать? – заикаясь, произнесла Соня и непроизвольно загородилась руками.
– Мне нужно осмотреть ваш язык.
– Зачем это? – По коже побежали мурашки.
– Больной, откройте рот.
Она и сама не знала, почему послушалась, но как только приоткрыла рот, лекарь тут же воспользовался случаем, поднёс чашку прямо к её губам и заставил выпить всё до дна.
Соня ещё долго отфыркивалась и вытиралась рукавом, потому и не заметила, как лекарь, едва заметно улыбаясь, уже стоял у двери.
– Хватит притворяться! – крикнула ему вслед Соня. – Ты меня знаешь, и я тебя тоже. Это уже не смешно!
Брошенные ему в спину слова остались без ответа. Лекарь вышел из комнаты, оставив девушку наедине со своими беспорядочными мыслями и неумелыми догадками.
* * *
Примерно через час в комнату к лекарю постучали. На пороге показался хозяин усадьбы: