Кристофер Сэнсом – Доминион (страница 119)

Дэвиду дали ключ от номера шестнадцать, для него и Наталии. Они двое остановились у двери, тогда как Бен и Фрэнк пошли к следующей. Наталия неуверенно улыбнулась Дэвиду.

– Думаю, нам лучше войти, – сказала она.

Номер был маленьким и неуютным, из окна открывался вид на задние стены соседних домов. В центре его располагалась большая двуспальная кровать с покрывалом неприятного желтого цвета, украшенным вышивкой фитильками. Дэвид поставил чемодан и неловко посмотрел на Наталию. Та натянуто улыбнулась:

– Значит, Сара вышла.

– Да.

– Как ты чувствуешь себя сейчас, когда вот-вот встретишься с ней?

Дэвид сел на кровать:

– Не знаю. Боюсь, наверное. – Он грустно усмехнулся. – Какая ирония, не правда ли: согласно документам, ты теперь моя жена.

– Ты вернешься к ней, ведь так?

– Мы через многое прошли вместе, она столько пережила из-за меня. И нуждается во мне. Но…

Наталия села рядом и устремила на него взгляд зеленых, слегка раскосых глаз.

– В итоге ты вернешься к ней, – сказала она с горечью. – Потому что ты – верный муж.

– Я не знаю. – (Она не ответила.) – Если нам предстоит отправиться в Америку, что будет с тобой?

Наталия посмотрела на него. Солнечные лучи, падавшие из окна, играли на ее роскошных каштановых прядях.

– Мне сказали, до моего приезда в Чартуэлл, что я плыву с вами в Америку. Мне нужен отдых. Наверное, займусь живописью. Я уже давно на подпольной работе. Говорят, есть опасность выгореть.

– Правда?

Сердце Дэвида подпрыгнуло при мысли о том, что Наталия тоже едет.

– Эта миссия была особой, – сказала она. – Знаешь, все эти годы после смерти мужа у меня никого не было. Короткие встречи здесь и там, но ничего серьезного, только работа. Потом я встретила тебя. – Она встала. – Люди вроде меня особенно полезны для Сопротивления. Люди без национальности, личности, семьи. Я была полна ненависти, гнева и потому держалась так долго. – На глаза у нее навернулись слезы. – А теперь я и вправду чувствую усталость. Встреча с тобой помогла это осознать.

– Я тоже много чего понял с тех пор, как встретил тебя.

Наталия улыбнулась:

– Может, ты немного влюблен?

– Да, я влюблен.

– Я так привыкла ждать встреч с тобой вечером в Сохо. Люди вроде тебя, особенно ты сам… вы такие честные. Многие из тех, с кем мне приходилось иметь дело за минувшие семь лет, были другими. Хотели власти и денег. А ты хотел только свободы, хотел положить конец всему этому злу. – Слезы побежали по ее щекам. Она наклонилась и нежно взяла его руку. – Но твоя жена стояла между нами, как и сейчас.

Стук в дверь заставил обоих вздрогнуть. Они переглянулись. Дэвид подошел к двери и открыл. Он боялся, что это Сара, что она увидит Наталию в слезах, но это был Бен. Шотландец окинул их острым взглядом:

– Муж Джейн вернулся. Хочет нас видеть. Мы в соседней комнате. Приходите.

– Через минуту будем.

Бен закрыл дверь. Наталия подошла к маленькой раковине, быстро умылась и утерла лицо.

– Он переживает, да? Боится… осложнений.

Дэвид протянул руку, но она только покачала головой и прошла мимо, легко коснувшись его локтя, прежде чем открыть дверь.

Номер Бена и Фрэнка был в точности таким же, только с двумя односпальными кроватями. У окна стоял полный мужчина в безрукавке, с венцом каштановых волос вокруг плеши. Он не без раздражения посмотрел на Дэвида и Наталию. Фрэнк и Бен сидели бок о бок на одной из кроватей. Напротив них, на другой, была разостлана подробная карта побережья.

– Меня зовут Берт, – представился мужчина. – Надо поторопиться. Не хочу надолго оставлять Джейн одну там, внизу, когда делается что-то вроде этого.

– Все в порядке, приятель, – успокоил его Бен.

– Это как на любой войне: наступает затишье и ничего не происходит, но каждый миг надо быть начеку. Так и здесь. – Берт резко щелкнул пальцами, потом посмотрел на Дэвида. – Где ваша жена?

– Джейн сказала, что она пошла на прогулку.

– Ну ладно. – Бен вздохнул. В его голосе чувствовалось беспокойство. – Мы столько дней ждали, в Лондоне молчали насчет вашего приезда, а вчера все завертелось колесом. Вы отправляетесь сегодня ночью.

– Экипажу американской подводной лодки известно, что мы здесь? – спросила Наталия тихо.

– Да. Янки, кстати, тоже не понимают, в чем причина такой спешки.

– Как вы связываетесь с ними? – поинтересовалась женщина.

– У нас есть рация. Не здесь, в городе. – Берт по очереди оглядел их. – Решено, что вы все после наступления темноты едете в Роттингдин. Субмарина будет ждать в море. Вас подберут в час пополуночи. Прогноз погоды благоприятный, сохраняется холодная и сухая погода, на море штиль. – Он шагнул к разложенной на кровати карте. – Подойдите и посмотрите.

Дэвид с Наталией подошли и встали у изножья. Он бросил на нее взгляд: Наталия снова была сосредоточенной и деловитой.

– Кто-нибудь из вас знаком со здешним побережьем? – спросил Берт. – Нет? Ладно. Видите эти серые области? Это утесы, отвесные обрывы, уходящие в море. Между ними и высшей точкой прилива проходит тропа, ее называют «Дорожка под утесами». Скалы начинаются сразу за Брайтоном, вот здесь, и тянутся до вот этого разрыва, видите? Тут, в трех милях к востоку, располагается деревушка Роттингдин. Здесь есть заливчик, бухта, – Роттингдинский провал. На другой его стороне снова начинаются утесы.

– Что это за место – Роттингдин? – задал вопрос Бен.

– Маленькая старинная рыбацкая деревушка. Летом приезжают туристы, есть и те, кто удаляется туда на покой. Насчет знаменитостей: там жил, например, Редьярд Киплинг. Поздно ночью в понедельник будет очень тихо. Вы спуститесь к бухте, туда, где между утесами есть крохотный пляж, незадолго до полуночи. Вас будет ждать весельная лодка.

– И нас подберут в море, – произнес Дэвид.

Берт кивнул.

– Это шпионская субмарина: американцы частенько шныряют по Проливу, перехватывают сообщения. Но брать наших людей, как правило, не рискуют: вдруг что-то пойдет не так и выйдет дипломатический инцидент. – Он озадаченно посмотрел на Фрэнка. – Но вы, сдается, очень сильно им нужны.

– Да. – Голос Фрэнка звучал уверенно. – Нужен.

– Вам известно, куда именно нас везут? – спросил Бен. – В Америке?

Берт покачал головой:

– Понятия не имею. Куда-то на Восточное побережье, наверное. Для начала.

– Что, если появится патрульный корабль? – допытывался Бен.

– Наши люди станут наблюдать за морем с утесов по обе стороны от Роттингдина. Мы не заметили повышения активности военно-морских сил в Проливе. В любом случае английским властям немцы ничего об этом не сообщали. Море у берегов довольно мелкое, так что подводная лодка всплывет на поверхность и будет ждать вас в миле от берега. Это весьма рискованная операция, поэтому важно, чтобы вы отплыли и прибыли вовремя. Так или иначе, наши дозорные заметят, если в море появятся суда. В этом случае операция будет прервана, и вы вернетесь сюда. – Он перевел дух. – Все понятно?

– Абсолютно, – сказал Бен. Остальные кивнули. Берт поднял карту и сложил ее.

– Отлично. Позднее проведем еще одно совещание: вечером мой связной в городе сообщит дополнительные подробности. Слава богу, Рождество уже совсем близко, и нам не докучают представители торговых фирм – последний съехал сегодня. Тем не менее прошу вас оставаться в отеле. Придерживайтесь легенды. Даже в такое время года заглядывают случайные посетители, и нам ни к чему, чтобы они заметили что-либо необычное. Договорились? А теперь я пойду, помогу Джейн с обедом. – Он смущенно улыбнулся. – Лучше придерживаться рутины, насколько возможно. Обед будет готов через час.

– Вы много раз проделывали это раньше? – поинтересовалась Наталия.

– Мы принимаем людей время от времени. На прошлой неделе вот были несколько евреев. Но такого крупного дела, как сейчас, никогда не было.

Наталия посмотрела на Дэвида и вздохнула.

– Мне не удалось поспать прошлой ночью, – сказала она. – Я не прочь прилечь. Дэвид, может, посидишь в гостиной часок-другой? Заодно встретишь жену, когда она вернется.

– Да, – сказал Бен. – Хорошая идея.

Он говорил весело, но при этом решительно кивнул Дэвиду. Фрэнк, в свою очередь, внимательно смотрел на друга.

– Я покажу вам, где гостиная, – сказал Берт. – Оттуда видно улицу. – Он улыбнулся. – Увидите ее, когда она будет подходить.

Берт проводил Дэвида вниз. У подножия лестницы он повел глазами наверх и сказал тихо:

– Манкастер же был в психушке? Способен он это выдержать? Не случится у него припадка или чего-нибудь похожего? Это дело по какой-то причине очень важно и для нас, и для янки.

– Нет, – сказал Дэвид. – Думаю, он справится.

– Надеюсь.