Кристофер Рафти – Джаггер (страница 8)

Хорошо, что сейчас он хотя бы одет.

Она подумала о том, чтобы пойти к трейлеру и проверить Дженис. Убедиться, что она снова не отключилась от алкоголя. Сейчас самое подходящее время, чтобы получить арендную плату за участок.

Эми вздохнула.

Она не могла так поступить. По непонятной для нее самой причине, постучав в дверь Дженис, она будет чувствовать себя безжалостной сукой.

- Пошли, - сказала она Джаггеру. - Пойдем домой, а то Натан увидит нас и захочет поиграть.

Они прошли остаток пути до дома, не останавливаясь. Приятные впечатления оставили ее, и теперь она чувствовала себя уставшей и подавленной. Даже Джаггер выглядел подавленным.

В траве возле дороги порхали птицы, гнездились на земле, но пес не обращал на них внимания. Эми услышала, как в лесу, который окружал территорию "Орлиного Гнездa", что-то копошится, но Джаггер даже не взглянул в ту сторону, откуда доносились звуки.

Возможно, его донимала жара.

Сегодня был обычный летний день в штате Северная Каролина, но сейчас было гораздо жарче, чем когда она выходила из дома. Когда они дошли до дома Эми, роса на траве уже высохла. Она не знала, как долго они отсутствовали, но полагала, что не более сорока минут.

Обогнув дом, она взглянула на свой "Джип", припаркованный под навесом.

Рядом с ним место было пустым.

Где Тереза?

Эми не видела ее на дороге, так что она, должно быть, поехала в другую сторону, в направлении, которое Эми сегодня утром избегала.

Я возможно увидела бы ее, если бы пошла дальше.

Она некоторое время смотрела на пустое место, затем подошла к забору. Она открыла калитку, присела на корточки рядом с Джаггером и отстегнула поводок.

Он трусцой вбежал во двор, его ошейник позвякивал, как мелочь в кармане. Он поднялся по ступенькам одним большим прыжком и достиг двери гораздо раньше, чем Эми оказалась на террасе.

Она повернула ручку. Дверь была не заперта.

Слава Богу. А то я бы осталась снаружи.

Эми не оставляла запасной ключ вне дома, так что ей пришлось бы сидеть на террасе до возвращения Терезы.

Где она, черт возьми?

Эми открыла дверь и не остановила Джаггера, когда он бросился внутрь. Прохладный воздух из кондиционера приятно обдувал ее разгоряченную кожу. Он высушил пот, от которого ее майка прилипла к спине. Протянув руку за спину, она отдернула майку от кожи и обмахивалась рукой как веером, пока шла на кухню.

Джаггер направился к своей еде и воде.

Под столешницей, где стояло мусорное ведро, находились рядом друг с другом контейнеры с автоматической подачей еды и воды. Это были металлические контейнеры с закрывающимися крышками, так как Джаггер часто опрокидывал старый пластиковый контейнер, пытаясь выгрести из него остатки еды.

Вафельница стояла на столешнице, открытая и не подключенная к сети. Две приготовленные вафли лежали на тарелке рядом с ней. Они представляли собой большие золотистые круги. Квадратный рисунок был немного темнее, что придавало ему сходство со съедобной доской для игры в шашки.

Вафли приготовлены. Получается, она не поехала в супермаркет, потому что у меня что-то закончилось из продуктов.

Куда она поехала?

Эми обнаружила ответ на свой вопрос в записке, которую магнитом прицепили к холодильнику.

Мне нужно уехать - Тереза.

- Ну, это ничего не объясняет, - сказала Эми.

Джаггер, попивая воду из автопоилки, остановился, приподняв голову. Его пасть была мокрой. Струйки воды стекали по его щекам, и когда капали на пол, издавали тихие пощелкивающие звуки. Он облизал языком свою морду, а затем снова опустил морду к воде.

Эми прикоснулась рукой к вафле. На ощупь вафля оказалась прохладной и жирноватой, как мокрая губка. Она взяла одну из них, положила на другую тарелку и открыла микроволновку.

Вращающаяся тарелка внутри микроволновки была заляпана брызгами пережаренного мяса. Она поместила тарелку с вафлей в микроволновку и закрыла дверцу, а затем нажала несколько раз на сенсор.

Пока вафля грелась, она принесла сироп из маленькой кладовки, напоминающей шкаф. Затем она достала из холодильника апельсиновый сок, попутно прихватив блюдце с маслом. Она поставила все на маленький круглый столик. Когда она доставала из ящика для посуды чистый стакан, микроволновая печь подала звуковой сигнал. Усевшись за стол, она ножом отрезала квадратик масла. Затем намазала его на подогретую вафлю. После того, как масло растопилось, она обмакнула вафлю в сироп, наблюдая, как квадратные углубления заполняются густой коричневой массой. Даже на тарелке около вафли появилась липкая лужица.

Вкусно.

Джаггер медленно подошел к ней, совершил круг, затем лег у ее ног. Он положил голову на свои вытянутые передние лапы и уснул еще до того, как она откусила второй кусочек.

Глава 5

Дженис стояла у окна в своей гостиной и наблюдала за Эми. Прислонившись спиной к стене, она откинула голову назад, чтобы никто не мог увидеть ее с улицы. Молодая женщина вместе со своей огромной собакой стояла на дороге, частично скрытая деревьями. Она следила за тем, как играется Натан. Дженис предположила, что она думает о том, какой ужасной жизнью живет Натан.

У него в жизни все отлично!

Несмотря на то, что Эми Снайдер никогда не совершала ничего предосудительного, Дженис терпеть ее не могла. Причин для неприязни у нее не было. Неприязнь просто существовала, как чувство, которое человек испытывает, но не может объяснить, почему. А ведь они могли бы подружиться, поскольку были почти одного возраста. Эми может быть на пару лет моложе, но не намного.

Мужчины во всем мире наверняка обращали бы на них внимание, так так они обе были привлекательными. Дженис готова была поспорить, что при других обстоятельствах они могли бы наслаждаться прогулками и у них могли бы возникнуть дружеские отношения.

Но Эми оставалась для Дженис, как и прежде, арендодателем. А Дженис никогда не относилась с почтением к тем, кто имел над ней какую-либо власть. Несмотря на то, что трейлер принадлежал ей, участок на котором он стоял, септик и колодец в земле принадлежали Эми. А все остальное принадлежало Дженис.

Сейчас, присев на диван и закурив сигарету, Дженис почувствовала беспокойство. Увидев Эми на улице, Дженис забеспокоилась. Oна была уверена, что та приходила за платой за участок. Но по какой-то причине она передумала.

Должно быть, поняла, что у меня нет денег.

Дженис пообещала Эми, что принесет деньги сегодня утром. Ей задерживали выплату пособия по безработице, поэтому те деньги, которые у нее были, пришлось потратить на оплату коммунальных услуг. С продуктами питания помогали расплатиться продовольственные карточки. По крайней мере, деньги на счет поступали вовремя. Нет ничего страшнее, чем быть должником из-за денег, которые не поступают на счет, как должны поступать.

Эми, наверное, думает также.

Через открытое окно в комнату доносился смех Натана.

Поскольку кондиционер снаружи сломался, ей приходилось охлаждать трейлер только дуновением ветерка с улицы, которого никогда не было достаточно, и вентиляторами в потолке. Если деньги на ее счет когда-нибудь поступят, она купит несколько дешевых вентиляторов на окна. Они вряд ли сильно помогут, но лучше иметь их, чем ничего.

Дженис приподнялась, наклонилась и стряхнула пепел с сигареты в пустую банку из-под пива которая с вчерашнего вечера оставалась на кофейном столике. Она еще не дошла до такого состояния, чтобы пить по утрам, но опасалась, что скоро начнет.

Она поднялась с дивана, пересекла комнату и остановилась у того самого окна, через которое наблюдала за Эми. Она выглянула в окно. Кустарник разросся, и развесистые ветки доставали до окна.

Натан стоял у входной двери и пытался вертеть своей пластмассовой бейсбольной битой, как посохом.

Она действительно заботилась о нем. Любила ли она его или нет, она не могла сказать. Да, она была его матерью. Она вынашивала его все девять месяцев и родила его. Она кормила его грудью в младенчестве и плакала, когда он произнес свое первое слово.

Дада!

Многие обвиняли ее в том, что она не заботится о Натане, но она никогда не давала им повода так думать. Порой она допускала, что они могут быть правы. Она хотела любить его, как должна любить мать.

Но она попросту не могла.

Когда Дженис узнала, что забеременела, она хотела сделать аборт. Она даже записалась на прием к врачу. Эрик отговорил ее от аборта. Он оказывал такое сильное влияние на Дженис. Он был тем, кто соблазнил ее, из-за него она была вынуждена уйти из дома, который раньше делила с Трентом, мужем, с которым прожила семь лет.

Я сама раздвинула ноги. Нельзя сваливать всю вину на него. Но она в основном сваливала всю вину на него. И перекладывала, постоянно. Как правило, ночами, когда она плакала на диване и пила пиво, пока не отключалась.

Как прошлой ночью.

Эрик разрушил ее жизнь, а Натан был постоянным напоминанием о том, как сильно она его ненавидела. Эрик убедил ее переехать с ним в трейлер. Не самая лучшая жизнь, но в течение некоторого времени она не была невыносимой.

Правда, когда до рождения Натана оставалось всего восемь недель, Эрик покончил с собой. Oн принял дюжину таблеток снотворного и запил их водкой. Коктейль вечного сна, как она любила повторять. В течение многих ночей она не раз поддавалась искушению приготовить себе такой коктейль.