Кристофер Мур – Вампиры. A Love Story (страница 35)

И типа:

- Спустись и принеси мою одежду. Она на тротуаре валяется. И завари кофе.

Ну, я такая:

«Минуточку. Я только что лишилась невинности. Я уже не целомудренная смертная. Надо бы это дело перекурить. Или хоть вытереться».

Но вслух я говорю:

- Ладно.

А все почему? Ожоги Графини стали исчезать прямо у меня на глазах. Есть чего пугаться. То с бедер прямо мясо свисало, а то - раз! - и ничего нет.

Короче, спускаюсь вниз, а на улице какой-то бродяга уже роется в ее одежде. Трусы нюхает, все такое. Ну, если надо помочь бездомным, я всегда первая.

- Трусняк забирай, - говорю, - только никому не рассказывай.

(Превосходство над простыми смертными уже сказывается. Все должно быть чинно-благородно, даже когда общаешься хрен знает с кем. Noblesse oblige.

Ну, он типа удаляется, прижав кружевное исподнее бессмертной к носу, а я тащусь наверх.

Графиня уже одета и причесана.

- Где же Томми? Ты видела Томми? Ты ведь говорила с копами? Томми куда делся?

Я такая:

- Прошу прощения, графиня, говна пирога, только вам надо успокоиться. Когда я пришла сюда утром, вампира Флада уже не было. И одной бронзовой статуи тоже. Я уж подумала, что вы отошли ко сну в лоне родной земли.

- Ну и шуточки, - цедит графиня и внезапно успокаивается.

- Завари-ка мне кофе - на чашку два куска сахара и пробирку крови. И вызови нам такси.

Ну, я ей:

- Графиня, легче на поворотах. Я теперь одна из вас, так что нечего командовать…

А она мне:

- Я ведь сказала «нам».

Подчиняюсь, завариваю кофе, вызываю такси, и мы едем в универсам «Марина». А почему бы нам не слетать туда в виде летучих мышей? Выше моего понимания.

Доехали- то мы за десять минут. Только собрались выходить, как Графиня велит шоферу ехать дальше.

Говорит:

- Тут Ривера и Кавуто. А они нам ни к чему.

Перед магазином знакомая мне коричневая машина.

- Копы-то? Слабаки мужики.

Она типа удивилась, что козлы мне знакомы, и я ей рассказала, как прикололась над ними и какими лохами они себя показали. По-моему, Графиня довольна, что я теперь в их темной тусовке.

Говорит мне:

- Хренов Клинт - рассказывает им все про Томми.

А мне и не разглядеть, что она там такое видит за стеклом универсама. Наверное, нужно время, чтобы мои чувства обострились. Пятьсот-то лет срок хороший. Асом станешь.

Графиня велит водителю высадить нас у Форт-Мэйсона, откуда хорошо виден фасад универсама. Стоим в тумане, словно порождения ночи (а не так, что ли?), и ждем, пока копы вылезут.

Графиня обнимает меня за плечи, и такая:

- Эбби, извини, что я на тебя набросилась. Мне надо было срочно залечить страшные ожоги, а тут не обойтись без свежей крови. Я собой не владела. Это больше не повторится.

Я ей:

- Не берите в голову. Я рада, что вы меня продвинули. И вообще было круто.

Конечно, круто. Если не считать запаха горелого мяса. И еще кой-чего.

Она тут:

- Спасибо за заботу.

А я:

- Извиняюсь, графиня, а чего мы приперлись в универсам?

Не продукты же мы пришли покупать, в самом деле.

Она такая:

- Эти мужики когда-то работали вместе с Томми, и один из них в курсе, что Томми… э-э-э… порождение ночи. Они могут знать, где он сейчас.

- Представление начинается, - шепчет Графиня, застегивает молнию на своей кожаной куртке и надевает темные очки.

Тут какой-то кудреватый очкарик открывает входную дверь магазина и выпускает полицейских наружу. Они грузятся в свою машину, а кудреватый придурок запирает за ними.

- Постой в сторонке, Эбби. Я скоро вернусь.

И она быстрыми шагами направляется через парковку к универсаму. Рыжие волосы развеваются, вокруг обрывки тумана, огни, - ну точно ангел мести!

Я на всю улицу:

- Ух и ни фига себе!

До магазина метра три. Графиня вырывает из земли железобетонную урну, будто та из картона, и швыряет в стекло. Даже шаг не замедлила! Крошево безосколочного стекла изливается на нее, а она проходит прямо в универсам, словно хозяйка всего и вся. Да ведь так оно и есть!

Я за ней. Оглянуться не успела - а Графиня уже держит кудреватого за горло. Раз - и кудреватый летит спиной вперед прямо на полки с вином. Бутылки падают, разбиваются, красная жидкость заливает пол, брызги летят в разные стороны и долетают до касс.

Я такая:

- Ну ты попал, лох! Щас Графиня даст тебе просраться!

И тут из- за угла вываливает целая кодла. Графиня хватает бутылку вина и, ни секунды не раздумывая, мечет в них. Прямо в лоб предводителю, высоченному такому мужику. Хиппи патлатому.

Высоченный грохается на пол как подстреленный.

- Назад! - рычит Графиня.

Компашка рядком-молчком - и за угол, откуда пришла.

Только хиппи отдыхает на полу и не шевелится.

Графиня - опять кудреватого за глотку. Хоть он и выше ее чуть не на голову, тело его мотается в руках у Графини словно тряпичная кукла. Кудреватый бормочет что-то про Сатану и Иисуса и посылает мою Госпожу подальше.

- Где Томми? - допытывается Графиня.

А тот заладил: «Не знаю» да «Не знаю».

Госпожа хватает его за волосы и тычет мордой в бутылки. У самой голос ледяной:

- Клинт, сейчас я вырву тебе правый глаз. А если и тогда не скажешь, где Томми, вырву левый. Считаю до трех. Раз… Два…

Он такой: