Кристофер Мур – История Канады (страница 149)
В том же 2012 г. Харпер объявил о намерении Канады присоединиться к Транстихоокеанскому партнерству (ТТП). В октябре 2013 г. между канадским премьером и председателем Еврокомиссии Ж.М. Баррозу была достигнута принципиальная договоренность о подписании Всеобъемлющего торгово-экономического соглашения (Comprehensive Economic and Trade Agreement — CETA) между Канадой и Европейским союзом. Переговоры были завершены в августе 2014 г., но процесс ратификации затянулся; отдельные положения СЕТА вступили в силу только в 2018 г.
Особое место в политической повестке консерваторов занимала Арктика. В 2009 г. правительство приняло документ с выразительным названием «Северная стратегия Канады: наш Север, наше наследие, наше будущее». В 2010 г. последовало программное заявление об арктической внешней политике Канады. Основными целями в регионе провозглашались обеспечение канадского суверенитета, содействие экономическому и социальному развитию, защита окружающей среды и совершенствование системы управления. Одной из причин, подтолкнувших канадское правительство к активизации своих усилий на арктическом направлении под лозунгом «использовать или потерять», была российская подводная экспедиция к Северному полюсу, состоявшаяся в 2007 г., и связанный с ней вопрос о возможном расширении границ континентального шельфа России в Арктике.
Во внутренней политике консерватизм Харпера проявлялся прежде всего в его стремлении уменьшить расходы на экономические и социальные программы и снизить налоги на прибыли. В 2012–2015 гг. были заморожены или сокращались ассигнования по многим экономическим статьям федерального бюджета. Правительство также принимало меры по сокращению бюрократической нагрузки на бизнес, что в первую очередь отвечало интересам крупных компаний ресурсодобывающих отраслей. В то же время Канада относительно благополучно вышла из рецессии 2008–2009 гг., и по сравнению с другими ведущими странами вплоть до середины 2010-х гг. ее экономика в целом показывала неплохие темпы роста (хотя этот рост был весьма неравномерным).
Правительство Харпера первоначально объявило одной из своих главных целей борьбу с бюджетным дефицитом, однако затем было вынуждено отказаться от нее, в том числе из-за падения мировых цен на энергоносители. Соответственно, в первой половине 2010-х гг. государственный долг стабильно рос.
Консерваторы урезали расходы на ряд гуманитарных и культурных программ, но в то же время продолжали развивать и совершенствовать систему социальной защиты населения, выделяли средства на обеспечение внутренней безопасности и продолжали активно принимать иммигрантов из разных уголков планеты. Именно при Харпере начала работу Комиссия правды и примирения, расследовавшая злоупотребления, допускавшиеся канадскими властями по отношению к представителям «первых наций» (прежде всего связанные с насильственным помещением индейских детей в школы-интернаты, где они часто подвергались насилию). Именно Харпер первым принес официальные извинения канадцам — представителям этнических групп, ранее подвергавшихся дискриминации. Однако не все его извинения были приняты.
Конечно, стиль поведения премьер-министра, его закрытость и жесткость импонировали не всем. Как метко выразился известный канадский журналист Терри Милевски, Харперу не хватало изящества и умения нравиться людям[571]. Он честно признал это, когда произносил речь, посвященную памяти скончавшегося в апреле 2014 г. министра финансов Джима Флаэрти — одного из наиболее ярких членов консервативного кабинета. «Джим, как бы яростно он ни бывал настроен, был также искренне любим и уважаем своими противниками… В этом есть что-то такое, чему я завидую. Я даже своих друзей не могу заставить полюбить меня»[572].
Смерть Флаэрти стала чувствительной потерей для правительства Харпера. Были и другие неприятные и настораживающие моменты: получившая огласку история с близким к премьеру сенатором Майклом Даффи, которого обвинили в попытке незаконно получить компенсацию за проживание в столице и расходы которого были возмещены руководителем аппарата премьер-министра Найджелом Райтом; отставка нескольких ключевых министров; заявления ряда консервативных депутатов о том, что они больше не будут участвовать в выборах и т. д.
Не все было гладко и в провинциальной политике. В первой половине 2012 г. внимание страны было привлечено к событиям в Квебеке, где развернулась мощная студенческая забастовка (ее иногда называют «кленовая весна»), спровоцированная решением правительства Жана Шаре повысить плату за обучение в вузах. Противостояние студентов и провинциальных властей продолжалось до лета и оказало самое непосредственное влияние на исход выборов в Национальную ассамблею Квебека, состоявшихся в сентябре 2012 г. Либералы-федералисты потерпели поражение, и к власти в Прекрасной провинции в третий раз пришла Квебекская партия — ее лидер Полин Маруа стала первой женщиной-премьером Квебека. Впрочем, это отнюдь не означало, что вопрос о суверенитете вновь оказался на повестке дня, просто пекистам удалось на короткое время мобилизовать протестный электорат. Уже в 2014 г. к власти в Квебеке вернулись либералы во главе с Филиппом Куйяром, а в 2018 г. провинциальные выборы выиграла Коалиция за будущее Квебека — новая политическая партия, сочетающая правопопулистские, националистические и автономистские лозунги. Ее лидер Франсуа Лего стал тридцать вторым премьер-министром Прекрасной провинции.
В мае 2015 г. избиратели Альберты — провинции, которая четыре с половиной десятилетия подряд была оплотом консерваторов (и где начинал свою политическую карьеру Харпер), отдали свои голоса левоцентристской НДП. Ее лидер Рейчел Нотли стала второй женщиной-премьером Альберты.
Что касается остальных провинций, то к середине 2015 г. консерваторы находились у власти только в одной — Ньюфаундленд и Лабрадор. Тем временем традиционные противники консерваторов — либералы — постепенно оправлялись от шока, вызванного их провалом 2011 г. В 2013 г. у Либеральной партии появился новый лидер Джастин (Жюстен) Трюдо, старший сын Пьера Эллиота Трюдо. Молодой амбициозный политик, обладавший к тому же очень звучной и популярной в стране фамилией, быстро привлек к себе внимание значительной части общества, затмив «правильного», но не слишком выразительного Харпера.
Очередные выборы, состоявшиеся 19 октября 2015 г., принесли успех либералам. Они получили большинство (184 места) в палате общин, взяв убедительный реванш за поражение четырехлетней давности. Консерваторы с 99 местами перешли в оппозицию; Харпер заявил о своем уходе с поста их лидера. НДП, которую после смерти Лейтона возглавил Томас Малкэр, заняла третье место. Квебекский блок смог провести в парламент всего четырех депутатов, Партия «зеленых» — одного, своего лидера Элизабет Мэй.
Джастин Трюдо: «прогрессивные перемены»?
В своей предвыборной платформе 2015 г. либералы обещали канадцам «прогрессивные перемены». Среди них фигурировала поддержка среднего класса (в частности, за счет снижения налогов), увеличение социальных выплат, обширная программа модернизации производственной и социальной инфраструктуры. Однако, как и в случае с вышеупомянутой «консервативной революцией» Харпера, которая явно не была ни однозначно консервативной, ни тем более революцией, политика правительства Трюдо не всегда состояла из одних перемен и не всегда была прогрессивной.
В 2015–2016 гг. канадская экономика столкнулась со значительными трудностями. Существенно замедлился рост ВВП. Правительству пришлось принимать бюджеты со значительным дефицитом. В 2017 г. ситуация несколько выправилась, но в целом говорить о каком-либо кардинальном улучшении не приходится. Положение среднего класса, о поддержке которого много говорил Дж. Трюдо, остается неустойчивым. Любопытно, что премьер-министр определяет средний класс исходя из субъективных критериев, а не из количественных показателей. Серьезной проблемой для многих канадцев, в том числе из среднего класса, являются банковские долги.
Будучи не в состоянии радикально изменить ситуацию в экономике, Джастин Трюдо сделал ставку на яркие внутри- и внешнеполитические акции, которые были призваны подтвердить его репутацию «прогрессивного» политика. Так, подчеркнуто большое значение стало придаваться обеспечению гендерного равенства и защите прав женщин как в Канаде, так и за ее пределами. После выборов 2015 г. Трюдо специально сформировал правительство таким образом, чтобы в нем было поровну женщин и мужчин (и вообще так, чтобы его состав был максимально разнообразным с этнической, расовой, религиозной и иных точек зрения). В 2018 г. были внесены изменения в английский текст государственного гимна страны, чтобы сделать его «гендерно нейтральным» — «все твои сыны» были заменены на «все мы» (вместо «True patriot love in all
«Продвижение гендерного равенства и расширение прав и возможностей женщин и девочек» во всем мире официально было объявлено одним из приоритетов канадской внешней политики. В частности, правительство объявило о своем намерении увеличить расходы на международную помощь в области охраны здоровья женщин.