Кристина Зорина – Девушка друга. Мой ночной кошмар (страница 6)
Соня уходит в ту же секунду. Вернее, она пытается уйти, потому что ее, блин, только что смешал с грязью Артем Казанцев. Тот самый, да. По нему примерно половина ее знакомых девчонок прется и столько же парней. Он же крутооооой. Он же, как там, блин его. Атакующий защитник! Как по нему не переться!
Она разворачивается и смешивается с толпой, но все на нее смотрят.
Эти взгляды – липкие, сальные. Наглые взгляды, смеющиеся и злые. Оскалы, глаза, ухмылки, позы.
Ей все это становится так ненавистно.
Она разбита. Ее день – дерьмо! Она хочет просто провалиться сквозь землю, но ей добавляют…
Стакан пива – полный до краев – выплескивается ей прямо на кофту. Соня поднимает взгляд. Она понятия не имеет, кто этот парень – просто какой-то придурок, которому следует тоже врезать, да посильнее.
– Извини, – улыбается он. – Я случайно.
Он. Не. Случайно.
Соня протискивается мимо него, с силой толкнув плечом.
Выход найти не так просто – слишком много людей, музыки и сигаретного дыма.
А еще у нее в голове гудит от ненависти к себе и от осознания собственной тупости.
Не должна была.
Дура, нахрена ты туда поперлась? Тупая! Совсем уже мозгов нет!
Она выходит на воздух, здесь никого нет, только несколько девчонок, хихикая, курят в сторонке. Они на нее не смотрят, и Соня им благодарна.
Она достает телефон, набирает Марка, но он не в сети. Слишком поздно для звонка. Марк спит.
Марк спит, а они не виделись больше месяца.
Ее душа рвется в лоскуты от боли.
Глава 6
Головная боль – не проблема, если она помогает заглушить голоса грызущих изнутри монстров. Артем просыпается за час до будильника и отжимается без счета, пока руки не немеют, а тело не начинает умолять о пощаде.
Дедушка заглядывает в комнату, не потрудившись постучать.
– Завтрак, – говорит он сухо и выходит.
Он знает – Артем ненавидит завтракать. Потому что это единственное время в сутках, когда они остаются только вдвоем. Самое. Неловкое. Время.
Иногда ему удается смыться к Толмачевым, но делать это постоянно – только злить деда.
Старший Казанцев – человек дисциплины, строгости и большого ума. Младший же не соответствует ни одному параметру. Странно, что они вообще родственники.
Тема стучит в комнату мамы.
– Я не хочу завтракать, дорогой, – говорит она.
А это – лучшее время в сутках. Он слышит ее голос, так приятно. Хоть он и сухой, как тетрадные листы, и хриплый от сигарет.
Дед накладывает ему омлет в большую тарелку, и Тема съедает все. Тарелка блестит, и он ждет, когда дед уедет, чтобы пойти в туалет и выблевать все до крошки.
Он ненавидит завтракать. Так ненавидит…
***
Дан сигналит, когда Артем выходит из подъезда. Сигналит и машет ему, показывая, что он его видит.
Выглядит потрясающе. Нет, серьезно. Как будто и не пил вчера.
Тема плюхается на пассажирское сидение и откидывает зеркало, рассматривая свое лицо.
– Спасибо, хоть синяка нет, – говорит он.
Дан протягивает ему бутылку ледяной колы, и Артем стонет, прикладывая ее ко лбу.
– Ты стал таким нежным…
Тема смотрит на него, пока они выезжают с парковки. Дан как будто всегда улыбается – такое вот у него строение губ. Вечно на позитиве, вот бы ему, Теме, такую жизнь.
Он так улыбается, словно вчерашняя хрень, приключившаяся с Темой на вечеринке – самое смешное событие на свете.
– Она тебе понравилась, – констатирует Артем.
Дан бегло оглядывает его.
– Кто?
– Та девчонка. Новенькая. Она понравилась тебе.
– Что? Я ее едва видел.
– Да ты весь светишься. И до этого… С чего бы тебе о ней расспрашивать?
– Ладно, – Дан выглядит сбитым с толку. Тема чувствует, как сжимаются кулаки. Надо срочно что-то с этим делать.
С этим – это с раздражением, которое вспыхивает внутри него, как подожженная спичка.
Он повторяет мысленно: «Нет, не сейчас, только не сейчас…»
Но уже поздно. В голове такой звон, что он не может сам себя контролировать.
– Высади меня за поворотом, – просит он.
Дан издает смешок. Свой, традиционный. Смешок, который означает – че за херня началась?
Он не будет с Артемом спорить. Он привык к его закидонам. Тема – он дикий, он психануть может ни с чего, а потом так же быстро остынет. И прощения попросит, и вроде как даже попытается как-то все это объяснить.
Дан считает, что у Артема проблемы с гневом.
Артем считает, что Дан его недооценивает, ведь у него проблемы буквально со всеми чувствами сразу, а не только с гневом.
– У нас тренировка через час, – говорит Дан, просто чтобы предупредить.
– Я знаю. Забегу в универ, расписание сфоткаю и приду.
Это ложь.
Самая лживая ложь на свете.
До начала занятий ровно неделя, расписание скинули в общем чате три дня назад. Артем об этом знает. Дан об этом знает.
Но они оба останавливаются на этом варианте его лжи.
Машина притормаживает за углом, и Тема слушает шуршание шин, когда Дан набирает скорость, оставляя его на обочине.
***
Сегодня нет тренировки по расписанию, но Соне нужно отработать прогулы, так что она выползает из автобуса и медленно плетется до клуба, надеясь, что он успеет сгореть до того, как она войдет в эту дверь.
Она собирается постоять подумать у входа. А потом развернуться и уйти.
Что ей делать там, где ее ненавидит каждая собака?
Она проревела половину ночи и пообещала себе, что никогда в жизни она больше не пойдет ни на какую вечеринку «метеоров».