Кристина Зайцева – Брат моего парня (страница 21)
— Привет.
После этого берет свободный стул и усаживается в двух метрах от меня. Вытянув вперед длинные ноги и забросив за голову руки, принимается молча на меня смотреть, будто пришел в кино.
Переведя глаза на монитор, пытаюсь работать, но за мной пристально и расслабленно наблюдают два голубых глаза, и это, твою мать, нервирует!
Возможно, я вбиваю в таблицы абсолютную белиберду, но меня почти не мучает совесть.
— Что с твоей машиной? — слышу и поднимаю глаза.
Черт, черт, черт!
Он такой привлекательный, что мне хочется его съесть.
Я напоминаю себе о том, что парням не нужны проблемы девушек. Этому и подавно! Но он интересуется моей машиной, потому что в тот день, когда Васька застряла у черта на куличках, я обмолвилась о том, что моя машина сломалась.
Он запомнил.
Почему бы и нет, он же не идиот.
На меня обрушивается слепая потребность высказаться, черт возьми.
— У нее что-то стучит, — снова смотрю в свой монитор.
— Где стучит? — уточняет Денис.
— Где-то справа…
Он молчит, а я не могу себя заткнуть.
— Еще, у нее шины проколоты, — впиваюсь глазами в экран. — Даже не знаю, чем можно проколоть шины? Вдруг я тоже захочу кому-нибудь их проколоть?
Я закипаю. От собственного бессилия и злости.
Воздух вырывается из носа, и я с вызовом смотрю на сидящего напротив парня.
Он чуть хмурит брови, глядя на меня задумчиво.
— Шины можно проколоть разными способами, — говорит медленно. — Например, охотничьим ножом. Можно и канцелярским, но придется повозиться. Как давно проколоты твои? — интересуется, будто между делом.
— Дай-ка подумать, — изображаю задумчивость. — А знаешь, плевать когда. Я просто хотела узнать, чего еще могу ожидать от твоих дружков? Может, мне камень прилетит в окно? Или на коврик подкинут дохлую крысу?
От всего этого у меня щиплет в глазах.
Он выпрямляется и упирается локтями в разведенные колени.
— Я не психоаналитик, но думаю, с крысой никто заморачиваться не будет, — отвечает хрипловато.
— О, — фальшиво улыбаюсь. — Это успокаивает. Я крыс ненавижу.
Он смотрит мне в глаза, а сейчас для меня это слишком, поэтому отворачиваюсь и смотрю в темное окно.
Помолчав, он спрашивает:
— Ты знаешь, кто это сделал?
— Нет, — выплевываю.
— Что-то еще произошло?
Произошло много чего. Моя семья развалилась, и меня преследуют гребаные хейтеры, но если я начну говорить об этом, боюсь просто расплакаться.
— Ничего не произошло, — отвечаю тихо. — Я закончила.
В тишине я слышу его дыхание. Чувствую его взгляд на своем лице.
— Тогда пошли, — говорит Денис.
— Куда? — смотрю на него.
— Тут недалеко есть “Макдональдс”, — отвечает, вставая.
Поднимаю глаза вверх вслед за ним.
Прикусив губу, молчу.
Протянув руку, забирает с подоконника парку и надевает ее, просовывая руки в рукава, а когда встаю я, он исподлобья проходится взглядом по моему телу.
По груди, бедрам.
На мне джинсы с высокой талией, и его взгляд цепляется за пуговицу чуть выше моего пупка.
От этих взглядом мое тело под одеждой горит.
Я тоже хочу смотреть на его тело, а еще больше — до него дотронуться и почувствовать.
Пряча глаза, я надеваю собственную куртку и снимаю со спинки стула сумку.
В полной тишине мы выходим из кабинета. Стараюсь не отставать и поспевать за широкими шагами парня, который пропускает меня вперед, когда попадаем на склад. Как ни странно, внизу на складе настоящее столпотворение. Кажется, здесь грузят товар.
На улице я быстро натягиваю на голову шапку и смотрю на черный джип, который пищит и моргает габаритами, когда ее хозяин отключает сигнализацию.
Возможно, мне стоит отсюда бежать, вместо того, чтобы садиться в его машину, но моя логика сдохла в тот момент, когда он объявился на пороге бухгалтерии, и, забравшись в эту многотонную тачку, я обреченно наблюдаю за тем, как Денис Фролов занимает водительское место.
Глава 21
— Ключи от машины у тебя с собой? — спрашивает он, отъезжая с парковки.
Его голос действует на меня убийственно.
По коже искрами расходятся мурашки. Пытаюсь уверить себя в том, что это от контраста температур, ведь салон машины прогрет автозапуском, а на улице жуткий холод.
— А что? — кошусь с подозрением.
— Дай их мне, — говорит Денис.
— Зачем тебе ключи от моей машины? — хмурю брови, глядя на его профиль.
Выехав на перекресток, он молчит и осматривается по сторонам, прежде чем тронуться и только после этого сообщает:
— Вызову для нее эвакуатор и отправлю в сервис.
Я теряю дар речи, пялясь на него, как на инопланетянина. Это чертовски смахивает на заботу. Заботу обо мне! Но я тут же гоню от себя эту мысль, потому что она слишком опасная. От нее у меня сосет под ложечкой, и если все это только мои фантазии, я не хочу разочаровываться, поэтому выпаливаю:
— И зачем тебе это делать?
Задумчиво глядя вперед, сообщает:
— Хочу компенсировать ущерб.
Пытаю его своими глазами, не понимая: то ли я злюсь, то ли это пекло в груди — приступы гребаной эйфории.
— Ты… — прокашливаюсь. — Ты что, всем так помогаешь? Спасаешь котят на улицах? Переводишь бабушек через дорогу? Просто хочу понять, насколько ты добрый. Ты чинишь машины всем знакомым? Или только некоторым…
Послав мне взгляд, от которого хочется скукожиться, обрывает и проговаривает:
— Я чиню машины тем, кто задает дохрена вопросов.