Кристина Юраш – Отвергнутая невеста. (не)нужная жена (страница 5)

Я не без гордости продемонстрировала ей платье.

— Ишь ты! Ну тут кривовато, тут не симметрично, но в целом… сойдет за третий сорт в темноте если один глаз закрыть, а другой прищурить, — согласилась бабка, разглядывая меня. — Ты откуда такая взялась рукодельница?

— Долгая история, — улыбнулась я, глядя на получившееся платье. — Как-нибудь расскажу!

— Потрепала тебя жизня, ой потрепала… — выдохнула старуха. — Небось, аристократы, а дома жрать нечего! Да?

Я смотрю, что когда где-то в небесной канцелярии орали: “Кому остатки вредности еще? Кому добавки?”, бабка заорала: “Мне!”. И гребла двумя руками.

Решив посмотреть, что за платье такое- растакое мне прислали, я увидела голубой атлас. Платье было очень дорогим. И очень пафосным! Словно я не на ужин, а на бал собралась.

— А это платье откуда? — спросила я, пока старуха рассматривала подъюбник.

— Как откуда? Хозяин дал. Надеть велел! — пожала плечами бабка.

— Оно, случайно, не леди Кэтрин? — спросила я с подозрением собаки — подозреваки.

— А я почем знаю? У нее этих платьев столько, хоть завались! — проворчала старуха. — Может, и оттуда! Ладно, пойду! А то еще леди Кэтрин завивать! Там прическа, шо дворец! Уже три часа делаем! Тебе на голове ничего сделать не надо?

— Нет, спасибо, — улыбнулась я, решив, что обойдусь без вычурной прически. Хотя… У меня появилась идея, которую я решила попробовать. Найдя в коробке проволоку для корсетов, я согнула ее и сплела, сделав ободок. Нет, а что? Если мы сейчас его обошьем тканью, а потом добавим туда цветов из лент и кружев…

Я принялась за работу. Ободок был готов через десять минут. Я надела его на голову, убирая волосы. Получилось очень нарядно.

Пока я мерила ободок в дверь постучали.

— Кто там? — спросила я, обернувшись на платья.

— Ужин через пять минут, — произнес голос старухи. — Да, я узнала. Это не — платье леди Кэтрин.

Я смотрела на два платья, не зная, какой надеть. Каждое платье по своему было красивым. Покупное выглядело дорого, но у швеи явно не хватило вкуса и времени. А вот мое хоть и не выглядело дорого, казалось во много раз милее. Может, потому что его шила я?

Визуал и выбор

Итак, то ни одного, то сразу два! Какое надеть?

1. То, которое украшала сама. 2. То, которое купил муж.

Глава 8

Мой взгляд скользил от одного платья к другому. Если будущий муж настаивает на платье, то вдруг он решит, что мне больше платья не нужны, и перестанет их мне дарить? А с другой стороны, платье пусть и выглядит дорого, но свое, вдовье — дорожное намного милее. К тому же по размеру! И сейчас оно выглядит мило и нарядно.

Я вспомнила слова служанки про леди Кэтрин и ее трехчасовые приготовления, и посмотрела на платье, подаренное мужем. Под это платье нужны туфли, украшения, но у меня нет даже захудалого браслета или подвески. А появиться без украшений в роскошном платье — моветон. Зато к моему платью у меня есть ободок.

После долгих раздумий, я направилась к своему платью и надела его. Быстро соорудив на голове прическу — греческий хвост, я украсила прическу ободком.

— Вы идете? — послышался ворчливый стук.

— Да, уже иду! — спешно ответила я, пытаясь поправить волосы.

Платье сидело на мне так мило. Темная ткань оттеняла бледность кожи, фасон подчеркивал силуэт.

Я направилась к двери, видя, как служанка уже караулит меня.

— Столовая там, — произнесла она, ведя меня по коридорам. — Зря вы надели это платье… Оно, конечно, красивое, но… Леди Кэтрин там уже блистает, аки сопля под носом!

От такого сравнения я прыснула.

Ворчливая бабка нравилась мне все больше и больше.

— А много слуг в доме? — спросила я полушепотом.

— Нет, — заметила старуха. — Немного.

— А почему так? — спросила я.

— Не все выдерживают дурной характер вашего будущего мужа! — усмехнулась бабка.

Если днем поместье казалось довольно светлым, то ночью оно приобретало какой-то зловещий вид. Запах старости проникал в каждый уголок поместья, будто его стены впитали в себя множество страшных историй. В окна бледный свет луны, создавая мрачные тени на полу. Потемневшие портреты на стенах смотрели на нас в каком-то зловещем ожидании.

— А как вас зовут? — спросила я, видя, что мы целенаправленно идем к какой-то двери, откуда виднеется свет.

— Громко. Я глуховата, — произнесла старуха.

Она толкнула массивную дверь, а я очутилась в уютной столовой. Огромный камин дарил комнате теплый свет. Роскошный накрытый дубовый стол персон на двенадцать казался слишком большим для столь немногочисленной семьи. При виде меня мой будущий супруг повернул голову в мою сторону и усмехнулся.

Все уже сидели за столом. В воздухе витал яркий запах фруктово — цветочных духов, а леди Кэтрин выглядела так, словно пришла на бал. Огромное бирюзовое платье занимало сразу два стула. Пышное и украшенное обилием кружев, оно шуршало при каждом ее движении. На шее у леди Кэтрин был массивный гарнитур с изумрудами. Длинные серьги с изумрудом в виде капли почти ложились на ее белые плечи.

Рядом с ней сидел Аскель. При виде меня он едва заметно улыбнулся, но я прошла мимо.

Пламя свечей дрогнуло, когда я проходила мимо них, бросив мимолетный взгляд на своего будущего супруга. Мы с ним сидели напротив Аскеля и Кэтрин. Она мимолетно посмотрела на Аскеля, который почему-то не сводил с меня взгляда.

— Какое чудесное платье, — послышался язвительный голос Кэтрин. — Я видела точно такое, когда в столице проезжала магазин для слуг!

— Спасибо, я польщена. Жаль, что вам пришлось побывать в этом районе. Там, на самом конце улицы находит ломбард. Вы верно ехали туда? — ответила я, положив салфетку на колени.

Муж, который еще не муж, молчал. Но я чувствовала его взгляд. Интересно, злиться он за то, что я не надела его платье, или нет?

— Ну, слава богам, отец дал за меня хорошее приданое, а моя семья никогда не нуждалась в деньгах! — заметила леди Кэтрин с натянутым смехом.

— Зато остро нуждается в воспитании, — заметил будущий муж. — Стоит с протянутой рукой и просит хороших манер.

Я отследила его взгляд, направленный почему-то на Аскеля.

— Кэтрин, дорогая моя, — негромко произнес Аскель, касаясь руки своей супруги. — Давай поговорим о чем-нибудь другом. Столичные новости, столичная мода…

Леди Кэтрин ковыряла еду серебряной вилочкой с красивым гербом в виде дракона.

— Кстати, про столичные слухи! Я слышала, что одну девушку, которую так же лишили наследства, ее старший брат сдал в бордель, — послышался нарочито сочувственный голос леди Кэтрин. — А ваш не пытался вас сдать?

— Я так мало знаю о борделях. Мне говорили, что там проводят время респектабельные джентльмены в компании вульгарных красоток! — удивилась я. — О, божечки — кошечки! Меня что? Действительно привезли в бордель?

— Спасибо, — проскрипел голос бабки. — Польстила! Я вот недавно решила тряхнуть молодостью, так из нее пыль посыпалась. Прямо почувствовала себя развратной вульгарной красоткой. Кому нести второе?

Она взяла мою грязную тарелку, а взамен поставила чистую.

Леди Кэтрин пошла румянцем. Ее вилка заскрежетала по тарелке.

— На твоем месте, дорогой братец, я бы задумался, откуда твоя жена так много знает о борделях! — заметил Розен. — Ты уверен, что ее зовут именно так, как она представилась?

— Вы же сами сказали, что мы обсуждаем столичные новости! — удивилась леди Кэтрин.

— А так же ваше воспитание, — произнес мой муж. — И как такая богатая и влиятельная семья сэкономила на учителях.

— Бэтани, — приказала леди Кэтрин, а старуха направилась к ней. — Будь любезна, принеси мой девичий альбом. Его светлость сомневается в моем воспитании!

Девичий альбом — это что-то вроде родословной, паспорта и свидетельства о рождении. Любая приличная девушка обязана иметь его. Там отмечается ее происхождение, родители, визиты, балы. Там же оставляют протекцию и рекомендацию важные лица. Так же, там пишут заказные стихи заказные поэты, маскируясь под тайных воздыхателей. В нашем мире тоже было что-то похожее. И заказные стихи в альбомы в свое время не дали умереть от голода раньше, чем его настигнет пуля Дантеса нашему Поэтическому Все.

Я вспомнила, как брат бросил мой альбом в камин, перечеркивая все мое прошлое и происхождение. Я помнила, как пламя пожирало страницы, но у меня была уверенность, что мой жених видел этот альбом. И больше он не пригодиться.

Я посмотрела на жениха. Было приятно, что он заступается за меня. Хотя, в этом может и не быть его личной заслуги. Как — никак, я его невеста. Так что побурчать с места это его — обязанность.

— Ее альбом, ваша светлость! — послышался голос старухи, а она принесла огромную книгу, усыпанную драгоценностями.

Книга легла на стол. Розен властно положил на нее руку.

— И все же, что вы думаете, о последней сплетне? — осведомилась леди Кэтрин. — О ней мне написала маменька… Поговаривают, что вы, дорогая моя, отравили своего отца, чтобы завладеть наследством!

— Тогда тем более, в моей компании ешьте осторожней, — заметила я.