Кристина Юраш – Хозяйка сада (страница 2)
– У меня к вам два предложения, – дрогнула чуть заметная улыбка на губах невежливого господина. Меня она уже настораживала. От этого человека можно ожидать всего, чего угодно!
У няни был музыкальный слух, поэтому она стонала и кряхтела во всех тональностях.
Где-то визжал истеричный женский голос соседки, требуя вернуть ей ее платье. Кажется, сегодня ночью она все-таки зарежет пьяного мужа.
Господин, который так и не представился, смотрел на меня с любопытством. Иногда он поворачивал голову на бок, словно пытаясь увидеть меня с другой стороны. Мне ужасно не нравился его взгляд, но я ничего не могла поделать.
Я чувствовала себя товаром в магазине.
– Я бы хотел связать с вами жизнь, – наконец произнес господин, подложив руку под подбородок.
Мне показалось, или он делает мне предложение? Я даже имени его не знаю!
– Предложение первое. Вы станете моей женой. Молчаливой красавицей, которая выходит в свет в скромных платьях и ведет себя так, словно только что вернулась из храма всех богов, где молилась за всех жаждущих, страждущих и обездоленных, – послышался голос, пока я не верила своим ушам.
Глазами няни можно было освещать улицу, вместо фонарей. Кажется, мне нехорошо… Мир на мгновение покачнулся перед глазами, поэтому я уцепилась за стол рукой, чтобы позорно не упасть.
– Предложение второе. Любовница. Дерзкая красавица, обласканная бриллиантами и роскошными нарядами, сорящая деньгами, ведущая себя так, словно богиня, сошедшая с небес в мои объятия, – насмешливо продолжил господин, пока я изо всех сил держалась за стол рукой.
«Убивают!», – кричал хриплый и пьяный мужской голос снизу. Где-то орали дети.
– Выбор за вами, – сквозь барабанную дробь собственного сердца услышала я.
Нет, ну это – наглость! Предлагать такое благородной даме? Да за кого он меня держит?
При мысли о том, что мне придется с этим…. Я мучительно покраснела! Никогда! Ни за что! Лучше утопиться в Вельде, чем …
Няня что-то подсказывала, делая страшные глаза. Ее губы шевелились, но я не могла понять, что она мне беззвучно кричит.
– Итак, – схватила я перчатки, чтобы снова бросить их на стол. – У меня к вам есть два предложения! Орден почетного рогоносца или утешительная награда «Банкрот года!». Выбор за вами! Но я бы на вашем месте выбрала дверь!
– Ааааааа! – впервые за весь вечер няня простонала по-настоящему.
– А вы еще та шпилька. Как интересно! – заметил господин, ничуть не обижаясь. На его губах блуждала загадочная улыбка. – Хорошо. Выкладываю все карты. Есть вещи, которые не купишь за деньги. Но я очень хочу попробовать. Увы, моя деловая репутация слегка пострадала. После того, что я о вас слышал, вашей репутации тоже, увы, наступил конец. В свете вы больше никогда не появитесь. Разве что сидящей на коленях у какого-нибудь престарелого барона за игорным столом. Не перебивайте! Когда я говорю, нужно слушать молча. Запомните это раз и навсегда.
Я подавилась словом, которое подсмотрела в бумажке и мучительно проглотила его, как ком в горле. От гнева я дышала так, что чуть не порвала платье на груди.
– Я подумал, почему бы не сделать благородный поступок и не жениться на нищей красавице – аристократке, которой срочно нужно замуж. И тут подвернулись вы! – произнес гость, склонив голову на бок. – За вами, как дорогие духи тянется шлейф сплетен и скандалов. Смерть отца, банкротство, гнусные сплетни про таинственного любовника с которым вас застукали, разрыв помолвки, а теперь еще и ночлежка для нищих! Такое вам не простят никогда! Так, что вы выбираете?
Няня привстала, что-то беззвучно крича мне. Стоило господину отследить мой взгляд и повернуться в ее сторону, как няня упала умирающим лебедем, кашляя…
А она права! Долго мы здесь не протянем! Однажды нас просто вышвырнут на улицу. Я обвела взглядом убогую комнатушку ночлежки, где вместо рисунка на обоях чернел мушиный горошек, где с крыши звонко капало в тазик для стирки, где единственным источником тепла были воспоминания о камине.
– Я вас не тороплю с ответом. У вас есть минута, – тут же подался вперед незнакомец, рассматривая меня как товар.
Я обернулась слишком резко. Заколка звякнула об пол, прическа распалась, а волосы распустились, прикрывая плечи.
– Я бы встал на одно колено, но здесь пол грязный. Поэтому довольствуйтесь тем, что я и так всегда у ваших ног, – послышался насмешливый голос. Гость с улыбкой отклонился на высокую спинку.
Он еще может шутить на эту тему? Я с ужасом смотрела на уродливый шрам и магическое кресло.
– Жена, – вспыхнула я, слыша, как няня заходится в истеричном кашле. Но мы будем спать в разных спальнях!
– Я другого и не ожидал. Просто проверка. На счет разных спален. Смотрите, не пожалейте потом о своем решении, – заметил с усмешкой жених, осматривая комнату.
Я? Да никогда! Он себя видел?
– Мадемуазель, подпишите контракт, – послышался равнодушный голос поверенного. Он достал из кожаного портфеля бумаги, щелкнув золотой застежкой. Я с хрустом сломала заколку, дрожащей рукой беря бумагу.
Мне протянули перо. Холеная рука указывала мне место, где я должна была оставить свою роспись. Поверенный поставил палец так, чтобы я не видела имени жениха. Случайно или нарочно? Но выбора не было.
Выдохнув, я поставила красивый вензель.
Только после того, как я вернула перо в чернильницу, палец поверенного сполз с росписи моего мужа.
Я посмотрела на размашистую роспись и выронила контракт из трясущихся рук. Я узнаю эту букву «В», похожую на змею из тысячи!
Сколько часов я смотрела на документы из отцовского стола, ненавидя эту змею! Я никогда не видела этого человека, но знала, что он – змея!
– Венциан Аддерли? – выдохнула я, глядя в глаза бывшему компаньону отца. Тому самому, из-за которого я очутилась здесь!
– А как вы догадались? – на губах бывшего компаньона отца блуждала улыбка. – Вот поэтому я и собираюсь жениться на вас, чтобы отбелить свое имя. Разыскать несчастную дочку лучшего друга, которую лишил будущего, жениться на ней и появляться вместе на каждом приеме. Это закроет многие рты. Если не все. А если вы еще будете делать вид, что любите меня, то цены вам не будет!
– Вот вам, а не моя любовь! – закричала я, хватая со стола расческу и замахиваясь на жениха. – Это тебе за моего отца!
Я с силой гнева швырнула в него расческу. Она должна была угодить ему в голову, но ее молниеносно схватила твердая рука.
– О, мы уже на «ты»? Это так мило! – послышался смех.
– Убирайтесь отсюда! – сглотнула я, хватая со стола пустую шкатулку и бросая в него. Шкатулка тоже была отбита рукой.
– Вон, – процедила я, трясясь от гнева и слез. – Живите на мои деньги и дальше!
Волосы растрепались, лицо мое покраснело от слез и гнева. В зеркале отражалась злобная фурия, готова выцарапать глаза любому.
– Вам не кажется, что этот скандал будет хорошо смотреться у меня дома? Вам так не кажется? – негромко с улыбкой обратился к своему молчаливому поверенному бывший компаньон отца, так и не сводя с меня взгляда. – Я бы даже попросил его завернуть.
Поверенный изо всех сил постарался не улыбнуться. Эти слова и эта улыбка вызвали у меня новый прилив ненависти.
В ярости, я бы еще что-нибудь бросила, но больше ничего не было. Мои руки нервно водили по столику, пытаясь найти, чем можно запустить в эти бесстыжие глаза.
– Вон отсюда, дедуин! – взвизгнула я, теряя над собой остатки контроля.
Поверенный открыл дверь, а я шарила руками, в надежде найти то, чем можно запустить в «жениха» напоследок. Он разрушил мою жизнь! Он украл у меня все! Из-за него я оказалась здесь!
И тут в миллиметре от красивого профиля негодяя просвистела миска с кашей. Если бы он не подался назад, то она бы угодила точно в цель. И сломала ему прямой тонкий нос. Зато липкая и пресная каша заляпала роскошный костюм и ручку трона.
Нянина рука снова нырнула под одеяло. Нянюшка снова умирала, закатывая глаза и охая на все лады.
– Ложечка за папу!
Я злорадно рассмеялась, забыв про хорошие манеры. Так ему и надо!
Дверь гневно закрылась, как бы говоря, что разговор окончен. Я… я подписала договор, и теперь жена этого негодяя!
Няня осторожно встала, дрожащей ногой в шерстяном чулке ища старенькие, стоптанные туфли.
– Ну не плачьте, мисс Жанетт, – утешала меня няня, пока я икала ругательствами. – Папу уже не вернешь…
– Он… Да как он… посмел… – вздрагивала я, обнимая няню. – После такого, как он посмел… вообще…
Золотой гребень в моих руках сверкнул маленьким изумрудом. Няня присела на скрипучий стул, вздыхая и качая головой.
– Может, продадим гребень? – предложила я, оценивающе глядя на камень. Интересно, сколько он сейчас стоит?
– Положьте и не трожьте! – вскочила со стула старенькая няня, легонько шлепая меня по рукам. – Вот по рукам вас буду бить, мисс! По рукам! Как в детстве! Я вас что? Пальцами расчесывать буду?
– Тогда вот эту брошь! Никто не заметит, если на мне не будет брошки! – схватилась я за ворот, пытаясь снять золотую брошь. Да как же она снимается?
– И это положьте! Ишь, че удумали! – возмутилась няня, подлетая ко мне.– А в чем вы будете выходить в свет? Дама без единого украшения, считай, голая! А про вас и так много чего теперь говорят, после того, как вашего отца обанкротил его компаньон! А потом пошли слухи, что…