Кристина Янг – Несовместимые. Книга 1 (страница 36)
— Мне тоже не по душе вся эта «грязь» в Нью-Йорке, — улыбнулась я, чтобы развеять его удивление.
— Поверхностно можно считать, что ты помогаешь мне. Но если углубленно рассматривать это дело, там ты мне не нужна.
Не нужна… Добавка к неприятной фразе «Не дыши».
Я опустила глаза, чтобы он не прочитал мою растерянность и не заметил то, что мне не особо понравились его слова.
— Закончим. И я сделаю все, чтобы добиться своей намеченной цели.
— И я сделаю все, чтобы добиться своей намеченной цели, — со сталью в голосе проговорила я и подняла равнодушные глаза, быстро переключившись.
— Хорошо, — кивнул он и протянул мне свою ладонь.
Я протянула руку с дрожащими и холодными пальцами в ответ, и мы закрепили свой договор еще и рукопожатием.
— Я не буду Эллой. Обещаю.
— Только для них.
Мой взгляд поменялся на скептический. Он уловил мое непонимание.
— Я не хочу, чтобы они видели то, что видел сам лично. Там слишком черствые люди с сущностью ублюдка, они не вынесут твоего света. Тут же осквернят.
— Вы так говорите, будто из меня так и стреляют лучи света, — усмехнулась я.
— Зря смеешься. Твое имя само по себе обозначает «свет», «заря». Но есть и другая трактовка: «другая» или… «богиня».
Мы замерли под гнетом интимного момента. Я даже не заметила, что мы до сих пор пожимаем друг другу руки и напор становится сильнее. Я ощущаю тепло от его руки, даже жар. И этот жар распространяется по всему моему телу. Мои щеки налились румянцем, ведь таких слов мне никогда никто не говорил. А тут совершенно чужой мужчина, который является вариантом решения всех наших семейных проблем. Который еще при этом опасный убийца, способный в одну секунду свернуть мне шею, если что-то пойдет не по его плану, или если я посмею пойти против него. Совершенно недосягаемый, холодный и полный тайн.
Порыв легкого ветра смахнул мои волосы назад и остудил щеки. Будто это отвлекающий маневр, и я тут же опустила глаза, больше не в силах испытывать на себе тяжелый взгляд. Эдвард тут же поспешно отпустил мою руку и откашлялся. Мы оба зашевелились, вырвавшись из оцепенения, будто ожили.
— Я рад, что мы с тобой хотя бы нашли общий язык.
— Поэтому Вы решили уединиться в спокойном месте?
— Да. Я подумал, что нам нужно пообщаться в другой обстановке. В более подходящей.
— А почему именно набережная?
— Много вопросов, Элла, — раздраженно проговорил он. — Я провожу тебя до машины.
Эдвард зашагал вперед, а мне оставалось лишь следовать за ним, снова проглатывая резкую смену его настроения.
Сегодня, пусть даже на каких-то пятнадцать минут, передо мной стоял другой Эдвард. Наш спокойный и безмятежный разговор позволил не думать о том, что передо мной стоит хладнокровный убийца. Но Эдвард не тот убийца, кого боятся все. Он убивает тех, кого необходимо истреблять. Как какой-то супергерой, о котором человечество не подозревает ровно так же, как об этом темном мире. И что еще сильнее меня пугает, я забываю о его возрасте. Будто между нами и не было этой пропасти, поскольку я чувствовала себя комфортно рядом с ним. Я ощущала некую связь, понимание между нами. Но на возраст же смотрят в последнюю очередь.
Эдвард открыл мне дверь заднего сидения. Я в последний раз посмотрела в его глаза, прежде чем сесть в машину. Для него не было необходимости делать тоже самое. Возможно, и к лучшему. Иначе я бы точно снова застыла и наслаждалась их блеском. Да что со мной?
Я резко выдернула себя из нелепого состояния и села в машину.
— Дай мне знать, как она будет дома, — дал приказ Эдвард своему водителю и захлопнул дверь.
Когда мы уже были на достаточном расстоянии от набережной, я вспомнила, что не отдала ему пиджак. Сидя в салоне машины, его аромат, пропитавший этот пиджак, ощущается острее. Шоколад.
Я сжала воротник и осторожно поднесла плотную ткань к носу, жадно вдыхая в себя необыкновенный и приятный запах Эдварда Дэвиса. С каждым вздохом мне казалось, что порции становится все меньше и меньше. Будто весь аромат на пиджаке я втянула в себя и заставила его прижиться в моих клетках.
И почему в моей душе сейчас дыра, совершенно пусто?
Джек довез меня до дома и помог донести пакеты до прихожей.
— Спасибо, Джек, — с улыбкой поблагодарила я его.
— Всегда к Вашим услугам, мисс.
Я закрыла за ним входную дверь и в это же время в прихожей появилась Марта.
— Сколько пакетов, — удивилась она.
— Да, не мало.
Марта вызвалась помочь мне донести все до моей спальни. Она предложила мне поужинать, но я убедила ее, что не голодна. Все, что я сейчас хочу, это помыться и лечь спать.
Стоя под струями горячей воды, от которой исходит плотный пар и заполняет небольшое помещение ванной комнаты, я смывала с себя тяжелый день. Терла мочалкой тело до покраснения, пытаясь снять с кожи его запах. Он до сих пор явно ощущался, будто пиджак все еще на мне.
Зайдя в спальню, мои глаза устремились на постель, на которой лежал его пиджак. Я стремительно подошла к кровати и швырнула тяжелую ткань с навязчивым запахом на пуфик, больше не в силах смотреть.
С раздражением расправила постель и плюхнулась на матрас, до самой шеи укрываясь одеялом. Я уставилась на пейзаж ночного неба за окном и старалась ни о чем не думать, чтобы уснуть.
Когда я только увидела Эдварда Дэвиса, то даже подумать не могла, что так много мыслей будет о нем. Он разломал мои принципы в одночасье. Я презирала этот темный мир, но вошла в него. Да, чтобы помочь отцу, но благодаря Эдварду. Я говорила себе, что не могу довериться людям с одного взгляда, но Эдварду доверилась сразу же и беспрекословно села в его машину, на которой он перевел меня на другую сторону жизни. Я уверяла себя, что не выношу прикосновений мужчин и мне не комфортно стоять с ними рядом, но снова Эдвард Дэвис фигурирует и здесь, и я позволяю его рукам находиться на моем теле, а его присутствию заполнять каждое помещение, в котором я нахожусь. Что это за мужчина и как он на меня влияет я не имею никакого представления.
И все-таки я привязалась, даже не удосужившись проконтролировать это, чтобы предотвратить наступающий кошмар.
И поэтому я ненавижу его еще больше.
Глава 14
Три дня я просидела дома с Мартой. Эдвард позвонил и приказал никуда не выезжать. Самого его не будет в городе несколько дней, и я могу немного выдохнуть без его общества и терроризирующей мозг информации. Мне действительно не помешает посидеть в своей спальне и подумать. Побыть одной. Да, я в последнее время очень много думаю, но чаще всего в голове вихрь из неясных вопросов, в которых я полностью потерялась и почти сошла с ума. Они в куче после огромной бури, которую я смогла угомонить, пока находилась одна в спальне большую часть времени. Я снова распустила себя и этому доказательство мои лихорадочно разбросанные мысли в голове.
Одиночество — прекрасный вариант, чтобы разобрать хлам в душе и в мыслях. Все сложить в имеющие свое место коробочки и наслаждаться порядком внутри себя так же, как порядком в спальне после уборки. Иногда, мы можем найти во время уборки в комнате то, что заставит улыбнуться, поскольку этот предмет был когда-то утерян, а сейчас он принес теплые воспоминания, когда нашелся. Так и во время «уборки» в голове я невзначай находила то, что грело мою душу, и я немного отвлекалась воспоминаниям. Нет, своими яркими и теплыми воспоминаниями я не причиняла себе боль. Наоборот, я получала разрядку. После них, как после отдыха, я снова могла приступить к сортировке кучи мыслей.
Есть у меня в архиве коробочка под названием «Не знаю, что с этим делать». Сегодня двадцать седьмое августа, а я не знаю, что сказать Брук. Она думала, что я приеду уже в этих числах, чтобы первого сентября стать студентками.
— Элла, ты с ума сошла!? — воскликнула с возмущением Брук, от чего в ушах начало звенеть. Но при этом я все равно сильнее прижала мобильник к уху, кусая нижнюю губу. — Мы так боролись за эти места! Мы несколько раз переписывали это гребаное эссе для поступления! Нам два раза отказывали, но мы все равно добились своего! Элла! А как же твое желание стать психологом?
Я с закрытыми глазами слушала, как отчитывает меня Брук за мое необдуманное решение. Точнее, это для нее оно необдуманно. Я еще в клинике, когда за мной приехал Эдвард, поняла, что в этом году точно не сяду за университетские парты.
— Что ты молчишь!? Святая Мария, — я услышала, как Брук шумно выдохнула. — Элла, что с тобой происходит? — уже спокойнее спросила она. — Может ты в депрессии? Что происходит? Что в тебе надломилось, что ты отказываешься от всего, о чем мечтала? Мистер Винсент и Деймон в полном порядке. Их состояние стабильно, им ничего не угрожает. Почему ты убиваешь себя плохими мыслями?
Я не знала, что сказать ей. Слезы сами выкатились из глаз и оставили мокрые горячие дорожки на щеках. Я продолжала кусать нижнюю губу до онемения. В горле застрял ком и давил. Я даже дышать свободно не могла.
— Элла, не молчи. Я с ума сойду. Иначе я сейчас же куплю билет в Испанию.
— Нет! — выпалила я будто пушка.
— Нет, Элла, мне надоело. Я чувствую, с тобой что-то не так. Я прилечу на эти оставшиеся дни и приведу тебя в чувство.
— Брук…
— Сажусь за компьютер и захожу на сайт авиакомпании, — как ни в чем не бывало доложила она, почти напевая.