Кристина Воронова – Источник неприятностей (СИ) (страница 88)
Алла скрежетала зубами, осознавая, что почти ничем не может ей помочь. А ведь она сама была свежей, счастливой и работоспособной. Как же – только-только со свидания. Лучшего в её жизни!
Ну, разве что с небольшими проблемами с магией. Но ведь это такие пустяки!
Однако, присмотревшись, Алла едва не присвистнула, уважительно покачав головой. Как оказалось, у Ники была защита. Мощная. Мощнейшая. Состоящая из нескольких слоёв, все из которых она даже не смогла просканировать.
Но Аллу беспокоило то, что защита не пропускала ничего наружу, а не только защищала от внешних угроз.
Первый слой из криво соединённых, но опасных магических ругательств и пожеланий врагам от всей души явно ставила сама Ника.
Потом шла защита Зорро, затем защитный слой Асмодея, а потом и Эркюля. Ну, а потом расстарался сам Леопольд. Его защита была простая, но крепкая, как зачарованная кольчуга.
Алла достала телефон и отправила две СМС.
Одну – Эркюлю.
"Привет, отправляемся с Никой в квартиру Асмодея – отбирать у его девушки кольцо. Ты ведь уже догадался, что оно там, правда? И хотела уточнить: почему моей подруге до сих пор так хреново? Что ты с ней сделал, хилер доморощенный? И на всякий случай опиши синдромы превращения в вампира. Отбой!"
Поттер ответил почти мгновенно.
"Привет, ничего такого страшного я с ней не делал. Я ей просто жизнь спасал, а потом всё как-то само собой завертелось. Насчёт синдромов: острый холод и ломота по всему телу, затем – сильный жар, температура выше сорока, эйфория, а затем – почти необоримое сексуальное желание. Вроде бы всё. А вообще, я Нику не кусал, даже игриво, так что не надо мне тут неоправданных подозрений!".
– Ты ощущаешь ломоту суставов, температуру выше сорока, эйфорию и желание срочно заняться сексом? – деловито поинтересовалась Алла у подруги.
– Да нет, – резко пожала та плечами. – Хочу только лечь и сдохнуть. А что?
– Да так, ничего.
Второе СМС полетело к Асмодею.
"Что же ты, изверг, девушку вылечить не смог? Или обезболивающие таблетки – это всё, на что ты способен?"
Ответ пришёл незамедлительно: "А я и не лекарь, это её к Мире надо было отправить. Хотя та бьётся в истерике, ревёт и скоро составит компанию Таис. Так что сейчас её лучше не трогать".
Алле внезапно показалось, что офис выпроводил их с облегчением, разве что не вышвырнул из ближайшего окна. Даже лифт словно бы ехал быстрее обычного.
– Ну что, вызываем такси – и вперёд?
– Угу. Сейчас отдышусь немножко, и поехали.
– Артур таки нашёл эту проклятую Метку, – сердито воскликнула Ника, содрогаясь, как будто на неё вылили ведро ледяной воды. – И она уже в руках Леопольда. Правда, он откроет её через три часа, на совещании. Знаешь, как я догадалась? Мы лишились магии – я чувствую себя беспомощным младенцем! Не важно, что шеф ещё не открыл конверт – наше наказание, которое мы себе избрали, уже началось.
– Хорошо, что недолгое, – буркнула Алла. Она перевела взгляд на бледное лицо подруги. – Ты как, живая? Наверное, тебе уже лучше: ты с такой энергией орёшь.
– Живая, но беспомощная. Теперь я понимаю, что чувствуют те, кому вручают эту дрянь!
– Мне тоже плохо. Но не волнуйся, скоро это пройдёт. Может, лучше пойдёшь и полежишь, а я сама пойду к Вике? Я, конечно, тоже без магии, но у меня хоть живот не болит, тьфу-тьфу!
– Нет, если я сейчас лягу, то мне останется только умереть! – мрачно заявила Ника. – Кстати, Алла, ты девушек умеешь бить?
Та честно задумалась:
– Нет. Обычно, если это было необходимо, я находила парня, которого натравливала на очередную соперницу.
– А жаль. Без магии нам придётся попросту поработать руками, набить Вике морду, связать простынями и всё в том же духе.
Они вышли из лифта и прошли через безлюдный, пыльный, какой-то одинокий вестибюль с умирающим в кадке кактусом, и оказались на улице.
В лицо полетели снежинки с каплями дождя, снежный покров почти растаял. Алла взяла Нику под руку – чтобы не было одиноко падать на мокром льду.
– Алла, будь другом, купи мне что-нибудь от живота! – взмолились Ника, умоляюще уставившись на подругу.
Алла кивнула, взглядом нашла ближайший знак аптеки, и вскоре вернулась с радостной улыбкой героя, совершившего подвиг, упаковкой "активированного угля" и бутылочкой минеральной воды без газа.
Ника сожрала сразу всю пачку, а тут заботливо, как скорая помощь, прибыло такси, которое Алла успела вызвать через приложение.
Вика сама отперла им дверь – надежда в её усталых глазах погасла, а потом тут же загорелась снова, хоть и с меньшей интенсивностью:
– Вы из фирмы, в которой работает Асмодей? Он просил что-то мне передать? А почему сам не пришёл? Струсил, подлец? – с презрением произнесла девушка.
– Да, Асмодей просил тебя выметаться из его дома и вернуть кольцо, – грозно произнесла Ника, сдвинув брови.
Ей было так хреново, что тратить время на тактичность не хотелось. Хотя куратор и не давал им таких категорических указаний, но его поведение говорило о том, что он вовсе не против распрощаться с Викой как можно быстрее.
Девушка молча протянула ладонь, стараясь выглядеть как можно более грозно и опасно.
Вика тяжко вздохнула, но кольцо вернула, сняв со среднего пальца левой руки. Ника быстренько нацепила его на указательный палец, а руку с кольцом спрятала в карман.
– Я знала, что он меня бросит, – устало произнесла Вика. – Это давно витало в воздухе. Судьба.
Она горько искривила губы.
– Последние дни мы почти не общались. Я была дурой, устраивала истерики из-за его работы.
Вика виновато улыбнулась. В облегающем сером костюме она походила на невзрачную узницу концлагеря: худую, как швабра, унылую, как дождь, истощенную, словно диабетик. – Я знаю, он нашёл себе другую. Кого-то из вас, – девушка огорошила их неожиданной проницательностью. – Я проспала весь его день рождения, но иногда я просыпалась и видела странные вещи, странных типов. Ко мне зашла очень красивая синеглазая блондинка с удивительной формой носа – и сказала, что Асмодей мне изменил.
Алла обеспокоено покосилась на подругу.
– И назвала ваши имена. Когда я спросила, с кем именно из вас мне изменил любимый, то она расхохоталась и сказала: "Угадай!" Может, вы мне сами скажите? – Вика умоляюще глянула в глаза сначала Алле, а потом Нике.
– Я убью эту суку Марию! – внезапно вырвалось у Аллы. – Паскудит везде, куда только дотянется!
Ника покивала, но довольно вяло – таблетки ей почти не помогли.
– Вам плохо? – с явно притворным участием обратилась к ней Вика. – Я сейчас принесу что-нибудь попить.
Она сбегала на кухню и заботливо притащила коньяк в глубокой белой чашке. – Асмодей принимал его от всего. Наверное он… волшебный!
Алла взяла чашку и задумчиво отпила глоток.
– Здрасте, это же для меня! – Ника вырвала чашку у подруги, отпила, скривилась. – Нет, пей сама эту дрянь! А лучше выплесни – такая гадость! Коньяк я ненавижу даже больше чем водку! У тебя вода есть, обычная, без добавок и ГМО? Из-под крана? – поинтересовалась она, держась за стенку и пытаясь не упасть. И радуясь, что уже точно бывшая девушка её первого мужчины не решила устроить драку и дорого продать свою жизнь.
Алла внезапно подумала, что Вика – очень неприятная бледная особь, которая словно бы сбежала из психиатрической клиники. Она брезгливо скривилась, подумав, что никогда не поймёт Асмодея, который с этой уродиной не только общался, но ещё и спал.
Алла внезапно подумала, что могла бы представить эту девицу в роли побирушки или, в лучшем случае, поломойки.
Она внимательно оглядела девушку, пытаясь найти в ней хоть что-то привлекательное: треугольное плоское лицо, нос как у воскресшего Волдеморта или у персонажей аниме – казалось, что его почти и нет. Глаза были бледно-голубыми, водянистыми. Серые, припорошенные ранней сединой волосы, затянуты в низкий хвост. Нос – кнопка, губы – полоски.
На миг ей представилось, что перед ней высохшая мумия какой-то служанки дочери фараона. И взгляд у неё был неприятный, осуждающий и старческий. При взгляде на неё у Аллы образовалось нехорошее предчувствие.
А ещё ей очень не понравились её слишком худые руки, безвольные и бледные, словно две снулых рыбины.
В прихожей не летали феечки, никак не проявлялось волшебство, будто даже сам дом не переносил незваную гостью.
Именно гостью, а не жилицу или, тем более, хозяйку.
А ещё Алла почувствовала, что Вика подрастеряла все свои магические способности, пытаясь использовать настолько могущественный артефакт, как кольцо Мерлина.
"Интересно, Вика отдала Нике то самое кольцо? Или же обманула?" – внезапно подумалось ей. Алла не могла поверить, что безумная девица так просто рассталась со своей "прелестью".
"Кольцо то самое, можешь не сомневаться", – прогудел в её голове мужской голос. И сразу затих. Алла так и не поняла, чей он был. И понадеялась, что шефа.
Внезапно Алла ощутила, что они должны спешить. Бежать, теряя обувь и, сломя голову, ломиться сквозь кусты и прочие препятствия.
Но вместо этого они почему-то всё ещё были в гостях у Асмодея, помогали Вике собирать вещи, а также пили коньяк. Точнее, коньяк пила она, а Нике достался стакан воды из-под крана. Которой она запивала таблетки.
Девушка Асмодея (точнее, уже бывшая девушка) тем временем рассказывала о кольце то, что знала. То есть, почти ничего. Купила – надела – равнодушный приятель, явно тяготившийся её компанией и раздумывающий, как побыстрее свалить, внезапно стал парнем.