Кристина Воронова – Источник неприятностей (СИ) (страница 64)
После очередного глотка она готова была умолять его со слезами на глазах, чтобы он уволил её, лишил магии, даже убил, лишь бы придумал хоть какой-то способ избежать лишения магии непонятно за что.
Ей было отчаянно жалко всех: его, себя, Нику, ребят, к которым успела привязаться. Всех тех магов, которые работали на фирму и зависели от неё.
Алла слишком хорошо помнила, что произошло потом, когда все надрались до положения риз. При этом, пили все так, чтобы потом всё вспомнить, но ничего не чувствовать. Ни страдания, ни горечи потери, ни рвущей сердце на части боли.
Невидимый бармен так удачно смешивал спиртное, что память оставалась почти ясной, словно кристалл, сверкающий на солнце. Но при этом сердце у каждого замораживалось, будто переставало чувствовать. Оставалась только неживая весёлость, переходящая в отупение.
Мрия добыла для всех эльфийской водки, которая моментально всех развеселила. Парни, корча рожи, стреляя глазами, будто подростки, рассказывали жуткие пошлости. Так как все хотели расслабиться и забыть о надвигающемся ужасе, никто не закричал: "Гусары, молчать!". Напротив, даже девушки ржали как сумасшедшие.
Мрия же пожирала глазами именинника, а затем со смешками отбивалась от Мартина с воплями, что он к ней гнусно пристаёт.
– Да ты что! – тут же рассмеялся Мартин и тут же продемонстрировал с пошлой ухмылкой и пьяным блеском в глазах, что можно сделать с красивой девушкой прилюдно, чтобы это не перешло в нечто более откровенное, чем приставания.
Затем Афина с Мрией притащили пьяную Сову, и, кое-как устроившись втроём на метле рыжей бестии, открыли портал прямо в зале и рухнули в него, жутким образом сочетая громкий хохот третьесортных злодеев из кино и вой испуганной девушки, увидевшей мышь у себя на кровати.
Не успели остальные за них перепугаться, как девушки вернулись, притащив жуткого робота, отдалённо похожего на человека. Вооружённый бластером, робот попытался перебить невидимых врагов и только чудом ни в кого не попал. Впрочем, гости и не собирались изображать из себя неподвижные мишени. В результате кто-то кинул роботу "ответочку", превратив его в робота-пылесоса.
Раззадорившись сражением, множество гостей – из тех, кто ещё не сбежал – вооружились тортами и устроили битву в стиле старой американской комедии.
Поединок закончился тем, что кто-то открыл клетку, и оттуда вылетел феникс. Зорро тот час же погнался за Аней, пытаясь её сожрать, но та успела телепортироваться в неведомые дали.
Леопольд тут же очутился рядом с Асмодеем и, положив руку ему на плечо, торжественно заявил, что наколдует ему ещё одну птицу на следующее торжество.
Например, на свадьбу, чтобы дать шанс невесте сбежать.
– Спасибо, мужик! Ты – настоящий друг, – ответил Асмодей прочувствованно. Затем, не сдержавшись, обнял его и принялся рыдать, заливая слезами.
Алла с Никой искренне переживали, что кто-нибудь кого-нибудь в этом чисто мужском объятии попросту раздавит. Учитывая, что Асмодей до сих пор был в рыцарских доспехах, а Леопольд отличался невероятной, нечеловеческой силой.
Пригорюнившись, они все решили, что пора уже добавить алкоголя в кровь.
Тут уже отличился Мартин, притащив какой-то на вид древний каменный сосуд, заткнутый пробкой. Асмодей, увидев эту штуку, в первый момент отшатнулся и прошептал: "О, боги, только не ещё одна джинния!"
Но в сосуде оказалось очень сладкое, почти приторное вино, которое не отличалось ничем особенным, кроме того, что его явно приволокли из другого мира.
Алла с Никой переглянулись, а затем, синхронно пожав плечами, налили себе из амфоры.
Они уселись рядом, соприкасаясь плечами, опираясь спиной о гладкую и тёплую спинку дивана, наблюдая, как дурачится и веселится их небольшая компания, которая неожиданно стала им удивительно близкой, словно они уже лет сто были знакомы.
– О, смотри, смотри! – Алла тыкнула пальцем. – Мрия только что обозвала Мартина сволочью и бабником и дала ему по морде!
– Теперь рыдает, – меланхолично заметила Ника, отпивая из бокала. – Ох, да она его лапает! Ну, нифига же себе! Я думала, что эта эльфийка помешана на Асмодее. Но я всё равно успела первой, ха-ха!
– Что?!
– Что?
Следующим, что вспомнила Алла, было пришествие Леопольда в том углу, где она внезапно очутилась.
Мужчина неожиданно опустился перед ней на одно колено и внимательно и даже торжественно уставился снизу вверх.
Алла ощутила, как её пробрала дрожь, как сердце забилось сильнее, как в пьяную голову пришла неадекватная мысль, что Леопольд вот прямо сейчас попросит её руки…
Но тут вдруг любимый мужчина внезапно принялся бить себя кулаком грудь и кричать: – Только не надо меня спасать!
Фыркнув, Алла отвернулась, сложив руки на груди и придя к выводу, что он её с кем-то перепутал по-пьяни.
Когда он ушёл, перестав её пугать, Алла отметила, что Ника с Асмодеем стоят в уголке и ржут с мрачными выражениями лиц. У неё аж мороз прошёл по коже, когда она увидела странные выражения их физиономий, обращённых друг к дружке.
Аллу охватил нездоровый азарт, когда она попыталась представить, что эти могущественные маги и ведьмы способны устроить, допившись до ручки. Когда их "крыши" улетят, не обещая скоро вернуться.
Затем Асмодей заставил выпить всех, кто остался, антипохмельное зелье, не пощадив даже своего шефа. А потом вместе с Зорро впихнул в каждого по фаршированной рыбке, котлетке по-киевски и по огромной пироженке, которая начала моментально увеличиваться в желудке в троекратном размере.
Только после этого ужаса Асмодей позволил всем напиваться дальше.
Алла не помнила, кто из оставшихся притащил жуткий артефакт, останавливающий время, из-за которого в квартире Асмодея они провели, как ей показалось, целую неделю, а не сутки.
Но им всем действительно было весело. И в результате, допившись до невменяемого состояния, кто-то из присутствующих предложил устроить тёмную мессу. Ну, или что-то вроде этого.
Она тогда с изумлением узнала, что светлых магов на фирме не так и много. И, как оказалось, среди присутствующих из светлых были: Ника, Мрия, Мартин, Сова и, как ни странно, Зорро.
На вопрос Ники, которая обиделась, что она не такая уж жуткая ведьма, которой себя представляла, Леопольд снисходительно пояснил, что тёмные и светлые маги практически ничем не отличаются, кроме воздействий некоторых заклинаний на реальность.
И что злыми и жестокими могут быть как тёмные, так и светлые маги.
А для созидания тёмная магия тоже вполне себе подходит. Только при создании чего-либо тёмный маг что-то да уничтожает, а светлый маг, если собирается что-нибудь уничтожить, начинает плодить сущности. И тогда появляются побочные элементы, которые могут быть всем, чем угодно. И отдел Магических Отходов, как пояснил шеф, был создан для хранения этих самых побочных продуктов колдовства светлых магов. А потом уже туда начали складировать то, что никому не нужно, но выбросить жалко. Или слишком опасно для любого из миров, чтобы просто выбросить на мусорку.
Тогда же Зорро вскользь с ухмылкой добавил, что тёмная магия в некотором смысле более экологическая, чем светлая.
На этой интересной ноте они таки провели мессу, только в процессе забыли, что делают и для чего. В результате очутились в каком-то другом мире, где пришлось то ли начинать, то ли предотвращать Конец Света.
Они познакомились с затурканным до такой степени Предвестником окончания времён, что тот с радостью позволил им натворить любых дел и даже уничтожить мир, если захочется. И с радостью сложил с себя полномочия и побежал либо кого-то "мочить", либо устраивать оргию.
Во время сражений с жуткими существами, отдалённо напоминающими демонов, Леопольд отличился тем, что уничтожал существ сотнями, создавая разрушительные торнадо. Асмодей радостно швырял молнии, корча такие жуткие рожи, что местные мужчины массово падали в обмороки, а женщины не менее массово укладывались в штабеля.
Мрия швырялась во врагов выворачивающими мозги заклинаниями, в результате чего те каялись и пытались заживо сделать из неё святую. В смысле, убить, а потом поклоняться её мощам, что девушка сурово пресекала.
Сова устраивала борьбу в небесах с птице-демонами, превращая их в атрибуты для квиддича.
Ника же никак не могла определиться, и то кидалась на врагов со свеже наколдованными колющее-режущими предметами, которыми совершенно не умела пользоваться, то швырялась файерболами, вопя, что это круто!
Асмодей постоянно следил за ней, чтобы разъярённая и воодушевлённая фурия не отрезала себе одну из конечностей или хотя бы палец, а также не спалила к чертям собачьим кого-то из своих. И себя заодно.
В завершении битвы Леопольд создал маленькие ураганчики и принялся ими жонглировать.
"Вот и всё, что осталось от моего хвалёного могущества", – произнёс он в тот момент, пытаясь улыбнуться.
"Неправда!" – твёрдо ответила она тогда, так как не могла его не поддержать.
"А вот и нет!"
"А вот и да!"
И всё закончилось очередной грандиозной шутливой дракой с использованием подручных предметов. Жуткие создания, пришедшие из местного ада, чтобы устроить апокалипсис, как полагала Алла, жутко удивились, когда их начали использовать как мячики для пинг-понга, воланы для игры в бадминтон и так далее, и тому подобное.