Кристина Стрельникова – Мадам Пэн и ее крыс (страница 33)

Похоже, директриса уже свыклась со своим хвостом, и он ей нисколько не мешал. Новая прическа удачно прикрывала уши. Директриса удивленно остановилась перед заколдованным отрядом. Она требовательно спросила громким, хорошо натренированным на собраниях директорским голосом:

– Здравствуйте, дети! У вас что, сегодня культурное мероприятие?

Магнамурс, немного сбившийся с мелодии, собрался проскользнуть мимо, но директриса схватила его под локоть:

– Извините, а вы откуда? Вы сотрудничаете с нашей школой? Я вас не помню!

Магнамурс даже споткнулся от неожиданности и остановился. Борьба со школьной администрацией пока не входила в его планы. Он ее не предусмот-рел. Дети послушно стояли за его спиной. Музыка прервалась.

Школьники широко распахнули глаза и уставились на директрису. Они словно только что проснулись, но никак не могли сосредоточиться и не понимали, что происходит. Будто их родители разбудили рано утром и говорят, что пора в школу, а они твердо уверены, что сегодня воскресенье и – никакой школы!

Директриса удивленно оглядела детей:

– А поздороваться вы не хотите? Вы какие-то рассеянные сегодня. Это музыка на вас так действует, да?

Не получив ответа, директриса присмотрелась и воскликнула:

– Аркадий Аплеевич! Вы уже выздоровели? А почему вы не в школе-то? Занятия никто не отменял.

Учитель физкультуры молчал, переминаясь с ноги на ногу.

– Я вас спрашиваю… Кстати, с выздоровлением! У вас что, какое-то физкультурное мероприятие? Почему вы не обозначили его в плане по воспитательной работе? Я его не утверждала!

– Нет, не утверждали, – выдавил из себя физрук, ослабив хватку и разжав пальцы, держащие Марию.

Маша сразу отскочила в сторону, потирая запястье.

– Ну и что это за странная инициатива? – продолжала допытываться директриса. – Во время, предназначенное для учебы, мы отвечаем за детей головой! Головой, слышите? Вы что, хотите, чтобы головы полетели? То есть чтобы я вас уволила? А я уволю!

Когда у директрисы появлялась аудитория, то она могла разойтись не на шутку. И сейчас она вдохновилась тем, что две странные, но, по всей видимости, умные пожилые женщины, а также дети, а также случайные прохожие прислушиваются к ней.

Физкультурник, вместо того чтобы рассмеяться ей в лицо или сказать что-то колкое, опустил голову. У тайного советника была явная проблема – страх перед начальством.

Магнамурс удивленно смотрел на своего напарника и советника, черствого, коварного и жестокого. Но помощник злодея и двух слов не мог связать в ответ директрисе.

Дети тем временем пришли в себя и стали напряженно вспоминать, как они здесь оказались.

Тут директриса заметила крысенка, болтающегося в воздухе. Она отмахнулась от него, как от мухи, чтобы не мешал разговаривать. Крысенок шлепнулся на землю, тоже очнулся и огляделся. Милена ловко подхватила его и посадила на плечо.

– Так что у вас сегодня за мероприятие, Аркадий Аплеевич? Строевой шаг под музыку?

Физрук открыл рот, силясь что-то придумать, но сразу же захлопнул его и только заскрипел зубами.

Тут директриса заметила краем глаза, что Магнамурс тайком поднес к губам флейту и выдул первые звуки. Дети снова замерли и покачнулись.

Директриса тяжелым военным шагом подошла к Магнамурсу, выхватила флейту и погрозила повелителю пальцем.

– Директора музыкой не перебьешь! – заявила она.

Затем эта строгая женщина вернулась к своему подчиненному – физруку.

– Знаете, что я вам скажу, Аркадий Аплеевич? – помахала она флейтой у него перед носом. – Эта дудка не имеет никакого отношения к спорту! Музыка – это не спорт! А спорт – это не музыка!

– Золотые слова! – жизнерадостно подхватила Барбарис и подмигнула мадам Пэн.

– Я восхищаюсь этой женщиной! – сказала мадам Пэн, утирая слезы от смеха.

– Да! – продолжала директриса. – И на все есть план! Да! Подписанный и утвержденный у директора школы, у меня, между прочим!

Она еще немного помахала «дудкой», повертела в руках и вручила Пете, который механически взял ее.

– Передайте инструмент музыканту, – велела директриса.

Магнамурс раскрыл рот, физкультурник подался вперед, чтобы перехватить музыкальное оружие. В это время Мария подтолкнула впереди стоящих детей и крикнула:

– Бегите!

Дети медленно обернулись, как будто слух возвращался к ним постепенно.

Мадам Пэн и Барбарис тоже тормошили детей, а Людвиг разразился угрожающим лаем. Дети бросились врассыпную. Петька с волшебной флейтой мчался быстрее всех. Милена со своей живой ношей бежала осторожно.

– Ты же говорил, что людишками легко управлять! – с укоризной вскричал Магнамурс и толкнул своего советника в бок. – Ты же хвалился, что они у тебя все в кулаке!

Магнамурс и советник отступили и перешли на другую сторону дороги.

– Ах вот в чем был смысл этой затеи! – понимающе улыбнулась директриса. – Так это спортивная эстафета?

Она одобрительно покачала головой и обратилась к бывшим учительницам, которые радостно смотрели на нее.

– Неужели я буду теперь учить крыс? Да… Как меняется время! Ну что ж, воспитательный процесс – он во все времена…

Мадам Пэн и Барбарис расхохотались и принялись крепко обнимать ее. Это было непросто: женщина была широкоплечей, большегрудой и высоченной.

– Да вы даже не представляете, что вы сейчас сделали! – скакали они вокруг нее, утирая слезы радости. – Вы просто гений!

– Ну ладно, ладно. Что вы! Это же обязанность руководства – держать все под контролем! – с честной улыбкой проговорила директриса.

Мадам Пэн и Барбарис побежали домой, слегка подпрыгивая, а Людвиг носился вокруг них, виляя хвостом.

– Да, да, понимаю, – проговорила директриса, глядя им вслед. – Объятия очень полезны в психологическом плане. К тому же стабилизируют кровяное давление!

Она посмотрела на чистое небо, глубоко вдохнула весенний воздух широкой грудью и произнесла:

– Ах, хорошо!

Глава 31

Заступник зверей и прекрасно-ужасная аллея

Но далеко не все было так хорошо, как это казалось директору гимназии. Мартин, выскочивший из подземного хода наружу, заметался в одном из дворов. Он с тревогой посматривал на небо. Небо хмурилось и не предвещало ничего хорошего. Оно казалось каменным и словно собиралось рухнуть и придавить весь город. Мартин уже привык к тяжеловесному петербургскому небу, которое то сгущало краски, то вдруг расчищалось от мрачных туч и внезапно отбеливалось невидимыми малярами. А бывало, под вечер небо расцвечивалось розовым и бирюзовым.

Мартин побежал, глядя себе под ноги, и не сразу заметил, что всю землю, насколько хватает его крысиного взора, покрывает гигантская тень.

«Ну и тучища!» – подумал Мартин и вздрогнул.

Небо угрожающе мрачнело и словно пыталось проглотить крысеныша. Мартин снова задрал голову. Рассматривая небо, он заметил, что огромная туча над ним живая и состоит из маленьких трепещущих крыльев. Это птичьи стаи перекрыли небесный свет. Мартин заметил, что тысячи птиц стремятся почему-то в одну сторону. Его это очень удивило. Птичьи облака соединялись, уплотнялись, образовывали фигуры и молчаливыми великанами неслись в определенное место. Затем Мартин почувствовал, что его кто-то толк-нул.

– Извините, – пропыхтел на бегу пожилой пес, страдающий одышкой.

– Ну что встал, разиня? – послышался капризный кошачий голос.

– С дороги, с дороги! – крикнул шустрый хорь.

Мартина толкнули еще раз и еще, и ему пришлось отбежать к самому поребрику.

Оказалось, что и звери – толпой или поодиночке – спешат в том же направлении, что и птицы.

Мартину стало еще беспокойнее. Придерживая лапами рюкзак с заветным камнем, он стал метаться от одного зверя к другому:

– Извините… простите… что случи… а что… а?

Но никто ему не отвечал. Все очень спешили. Но куда?

Наконец он увидел в толпе знакомую библиотечную мышь. С решительным видом она поспешно шагала со своими коллегами, прижимаясь поближе к домам.

Мартин кинулся наперерез толпе к своей знакомой:

– Добрый вечер. Скажите, что случилось? Куда все бегут?

– Добрый вечер, юноша! – поздоровалась мышь, встав на задние лапы.