Кристина Солт – Сознание (страница 8)
– Где я?..
Он выбрался на улицу. Вывески на русском, но шрифт какой-то странный, с угловатыми, почти дореволюционными завитками. Машины… Вроде бы знакомые модели, но с небольшими отличиями в дизайне. «Волги» и «Жигули» соседствовали с футуристического вида электрокарами, которых он никогда не видел. Люди одеты странно – смесь моды девяностых с элементами киберпанка: кожаные куртки, грубые ботинки, но у многих в ушах мерцали странные импланты.
На стене висел огромный плазменный экран, транслирующий новости. Диктор с суровым лицом вещал: «…дерзкое ограбление инкассаторского центра в Приморске стало самым крупным в истории края. По предварительным данным, похищено более полумиллиарда рублей. Преступники действовали с армейской точностью. Федеральная Служба Безопасности направляет в город специальную следственную группу…»
Приморск? Алексей знал такой город на Дальнем Востоке, но пейзаж не совпадал. Этот город выглядел как гибрид Владивостока, Калининграда и какого-то постапокалиптического фильма.
Он подошёл к газетному киоску. Дата на свежем выпуске «Приморского Вестника» гласила: 15 октября 2024 года. Та же дата, что и в его мире. Но мир был не тот. Это была какая-то альтернативная реальность, параллельная вселенная, где история пошла немного по другому пути.
Два дня он бродяжничал, ночуя на скамейках и питаясь тем, что удавалось найти. Он был никем, призраком без прошлого в чужом мире. На третий день его, грязного и обессиленного, задержал патруль. Без документов, с бессвязными объяснениями про «квантовый скачок» и «другую Москву», он был предсказуемо принят за сумасшедшего или наркомана. Его бросили в камеру предварительного заключения.
И именно там, слушая обрывки разговоров охранников и других арестантов, он снова услышал про ограбление. Они обсуждали детали: как бандиты взорвали стену хранилища, как положили охрану из крупнокалиберных пулемётов, как ушли без единой зацепки. Ни одного свидетеля, ни одной гильзы, ни одного отпечатка. Полный провал для местной полиции.
В голове Алексея, несмотря на гул и слабость, что-то щёлкнуло. Его профессиональный инстинкт взял верх над отчаянием.
– Они не могли не оставить следов, – пробормотал он себе под нос. – Это невозможно. Микроследы. ДНК. Они всегда есть.
Охранник, проходивший мимо, услышал его. – А ты у нас, я смотрю, эксперт? Сиди тихо, умник. Скоро тебя в дурку отправят.
Но Алексей уже не слушал. В его мозгу начала выстраиваться цепочка. Он должен был выбраться отсюда. И единственный способ это сделать – доказать, что он может быть полезен. Что его знания из другого мира – ключ к раскрытию этого дела.
Глава 2. Майор Соколова
Майор Кира Соколова ненавидела Приморск. Этот город был для неё синонимом провала. Пять лет назад именно здесь во время операции погиб её напарник и жених. Она уехала в столицу, поклявшись никогда не возвращаться. И вот она снова здесь, в том же самом промозглом тумане, смотрит на руины инкассаторского центра.
Кира была лучшим оперативником своего поколения. Резкая, как удар хлыста, с острым, аналитическим умом и стальной волей. Её тёмные волосы были коротко острижены, а в серых глазах плескался холодный огонь. Она не верила в удачу, только в факты, подготовку и точный расчёт.
И сейчас факты были удручающими. Место преступления было вычищено. Преступники использовали направленный взрыв такой силы, что он не только пробил стену, но и уничтожил большинство потенциальных улик высокой температурой. Они работали в полной химзащите, не оставив ни волоска, ни капли пота.
– Пусто, майор, – доложил ей местный капитан, пожилой уставший мужчина по фамилии Рябов. – Как будто призраки работали. Мы просеяли каждый сантиметр. Ничего.
– Призраки не стреляют из «Корда», капитан, – отрезала Кира, указывая на характерные отметины от пуль на уцелевшей стене. – Это были люди. А люди всегда оставляют следы. Просто вы не там ищете.
Она вернулась в местное управление ФСБ, где для её группы выделили несколько кабинетов. Настроение было на нуле. На них давило руководство, пресса сходила с ума, а дело стояло на мёртвой точке.
Именно в этот момент к ней в кабинет заглянул Рябов. – Майор Соколова, тут… э-э… дело странное. У нас в КПЗ сидит один. Задержали за бродяжничество. Несёт какую-то чушь про другие миры, но при этом… – он замялся, – он бормочет про ваше ограбление. Говорит про анализ ДНК, про микрочастицы на взрывчатке, про то, что искать нужно не гильзы, а пыль.
Кира устало потёрла виски. – Капитан, у меня нет времени на городских сумасшедших. – Я бы тоже так подумал, – настойчиво продолжал Рябов. – Но он использует термины, которые я впервые слышу. Говорит про «фенотипирование по ДНК», «построение генеалогического древа по Y-хромосоме». Спрашивает, есть ли у нас доступ к федеральной базе «Геном». Может, он какой-то бывший эксперт, с катушек съехавший?
Это заинтересовало Киру. База «Геном» была относительно новым и секретным проектом. Откуда о ней мог знать обычный бродяга? – Приведите его, – бросила она, не ожидая ничего хорошего.
Через десять минут в её кабинет ввели Алексея. Худой, осунувшийся, с лихорадочным блеском в глазах, но взгляд был на удивление осмысленным и твёрдым.
– Вы майор Соколова? – спросил он без предисловий. Его голос был хриплым, но уверенным. – Я. А вы, как я понимаю, специалист по ограблениям из другого измерения? – в её голосе сквозил сарказм. – Можете смеяться, – спокойно ответил Алексей. – Но я знаю, как найти ваших «призраков». Мне не нужно, чтобы вы верили в мою историю. Мне нужно, чтобы вы поверили в науку.
Он подошёл к доске с фотографиями с места преступления. – Вы искали отпечатки, волосы, слюну. Это прошлый век. Они работали в костюмах химзащиты, но сама ткань этих костюмов собирает микрочастицы. Пыль, пыльца, эпителий – всё, что было на их одежде
Он говорил быстро, страстно, его глаза горели. Кира смотрела на него, и её скепсис начал таять. Этот человек не был похож на сумасшедшего. Он был похож на учёного, одержимого своей идеей. И его идеи, какими бы фантастическими они ни казались, имели под собой зёрна логики.
– Что вам нужно? – спросила она, сама удивляясь своему решению. – Доступ к вашей лаборатории. К самому мощному секвенатору, который у вас есть. Полный доступ ко всем вещдокам. И двадцать четыре часа. Если за это время я ничего не найду, можете отправить меня в любую психушку, какую выберете.
Кира смотрела на него долгую минуту. Это был безумный риск. Если начальство узнает, что она допустила к секретному делу бродягу без документов, её карьера закончится. Но и другого выхода у неё не было.
– Хорошо, – сказала она. – Двадцать четыре часа. Но вы будете работать под моим личным присмотром. И если это всё бред… вам не понравится то, что будет дальше. А пока… отведите его в душ и найдите ему нормальную одежду. И кофе. По-моему, ему очень нужен кофе.
Глава 3. Код в Пыли
Лаборатория ФСБ в Приморске была неплохо оборудована, но по сравнению с тем, к чему привык Алексей, это был каменный век. Он ходил между приборами, качая головой.
– Этот спектрометр врёт на два нанометра. Секвенатор… модель пятилетней давности, придётся писать для него новые алгоритмы обработки. Где у вас хранятся образцы?
Кира молча наблюдала, как этот странный человек преображается. Из забитого бродяги он превратился в хозяина положения, властного и требовательного. Местные эксперты смотрели на него с недоверием, но подчинялись его указаниям.
Алексей потребовал принести ему образцы пыли, собранные с эпицентра взрыва, фрагменты расплавленного металла и соскобы со стен. Он работал без остановки, забыв про еду и сон. Кира сидела в углу лаборатории, пила остывший кофе и не сводила с него глаз. В его движениях была уверенность гения или безумца.
Часы тикали. Прошло десять часов, потом пятнадцать. На мониторах бежали столбцы символов, которые для Киры были просто абракадаброй. Алексей бормотал что-то себе под нос, вносил поправки в код, перезапускал анализ.
– Он просто тянет время, – прошипел ей на ухо один из штатных экспертов. – Это всё шарлатанство.
Но Кира видела сосредоточенность на лице Алексея. Она чувствовала, что он на пороге чего-то важного.
И вот, на двадцать третьем часу, он откинулся на спинку стула. – Есть, – выдохнул он.
Все в лаборатории замерли. – Что есть? – нетерпеливо спросила Кира. – Я выделил три устойчивых генетических профиля. Неполных, повреждённых температурой, но достаточных для работы. Они были в микроскопических частицах кожи, смешанных с сажей и осевших на оплавленных фрагментах стеллажа. Ваш взрыв всё-таки был неидеальным.
Он повернул к ней монитор. – Профиль Альфа, мужской. Высокая вероятность славянского происхождения, светлые волосы, голубые глаза. Предрасположенность к редкой форме аллергии на пыльцу амброзии. Профиль Бета, мужской. Генетические маркеры указывают на кавказское происхождение. Профиль Гамма… тоже мужской. Но самое интересное не это.