Кристина Росси – Любить тебя - проклятие (страница 1)
Кристина Росси
Любить тебя – проклятие
Глава 1. Командировка
– Кристина, поздравляю. Ты летишь в Париж на конференцию.
Фраза повисла в воздухе между ними. Обычная рабочая новость. Ни пафоса, ни паузы.
Но внутри Кристины будто кто-то резко распахнул давно запертую дверь. Она моргнула.
– Куда? – переспросила, хотя прекрасно услышала.
– В Париж, – начальник улыбнулся. – Панельная дискуссия, встречи, вечерний приём. Неделя. Ты справишься. Ты у нас самая надёжная.
Надёжная. Слово прозвучало почти иронично.
– Да, конечно, – ответила она спокойно.
Слишком спокойно. Париж. Слово, которое для большинства означало отпуск, фотографии и романтику. Для неё – слишком личное.
Начальник продолжал говорить – даты, билеты, программа. Она кивала, но слышала не его. В её голове уже шёл другой разговор. Старый. Незавершённый.
Париж. Город, где она однажды была не «надёжной». Город, где она была уязвимой.
Вечером офис в Амстердаме постепенно пустел. Стеклянные стены отражали огни соседних зданий, дождь тихо стучал по окнам. Велосипеды проезжали по мокрому асфальту. Город жил размеренно, как всегда.
Она открыла письмо:
Amsterdam – Paris.
Всего час с небольшим в воздухе. Иногда достаточно часа, чтобы вернуться туда, где ты однажды потеряла равновесие.
Телефон завибрировал – сообщение от подруги.
«Правда летишь в город любви? »
Кристина усмехнулась.
– В город ошибок, – тихо сказала она.
Ответила:
«Командировка. Неделя. »
«Ты же всегда хотела! »
«Когда-то. »
Она не стала объяснять.
Некоторые истории слишком сложно пересказывать в формате сообщений.
Дома её встретила тишина. Не семейная. Не общая. Её собственная.
Квартира в Амстердаме была аккуратной, почти стерильной. Светлые стены, минималистичная кухня, большой стол, за которым редко кто-то сидел напротив неё. Всё было организовано так, как она любила – чисто, спокойно, без лишнего.
В зеркале в коридоре отражалась женщина тридцати с лишним лет – собранная, красивая, с правильной осанкой. Уверенная. По крайней мере, внешне.
Она давно научилась выглядеть стабильной.
Работа, спорт, встречи с подругами, редкие свидания, которые заканчивались раньше, чем начинались по-настоящему.
Она умела не вовлекаться. Кроме одного случая. Она прошла на кухню, поставила чайник и опёрлась ладонями о стол.
Париж. Интересно, можно ли бояться города? Или боишься ты того, что он из тебя вытаскивает?
Тогда ей было двадцать три. Она прилетела впервые – с ощущением, что жизнь начинается. Карьера только набирала обороты, брак уже трещал, но она верила, что всё можно исправить. Всё можно спасти.
Париж казался наградой. Именно там она встретила Фабиана. Она не помнила точных слов их первого разговора. Но помнила его взгляд. Внимательный. Медленный. Тёплый. Будто он видел её целиком. Не как «девушку за соседним столиком». Не как туристку. Не как случайность. А как выбор.
Тогда ей показалось, что это редкость.
Позже она поймёт: есть люди, которые умеют создавать ощущение избранности. И это ощущение действует почти физически.
Ты становишься зависимой от того, как на тебя смотрят. От того, как тебя слушают. От того, как рядом с ними ты становишься ярче. Но тогда она не анализировала. Тогда она просто жила.
Чайник щёлкнул. Она вздрогнула.
В Амстердаме всё было иначе. Здесь её жизнь была выстроена. Рациональна. Контролируема.
Она давно не позволяла себе чувствовать так, как тогда. Она научилась быть взрослой. Она научилась быть сильной. Но она так и не научилась быть устойчивой рядом с ним.
Чемодан она достала почти машинально. Белая рубашка. Чёрный пиджак. Удобные туфли. Красное платье она держала дольше остальных вещей. Красное – для вечера. Красное – для того, чтобы чувствовать кровь в венах. Она повесила его обратно. Потом снова сняла.
– Я еду по работе, – сказала она вслух.
И всё же положила платье в чемодан. Не для него. Для себя.
Хотя внутри знала – если он появится, именно в этом платье она почувствует себя той самой.
Ночью ей снился аэропорт. Схипхол был пустым и бесконечным. Она шла по коридору, и чем дальше шла, тем меньше людей вокруг.
У стойки регистрации девушка смотрела на неё слишком внимательно.
– Вы уверены, что хотите туда? – спросила она.
– Это всего лишь город.
– Нет, – ответила девушка. – Это место, где вы теряете себя.
Кристина проснулась с ощущением, будто бежала. Квартира была тихой. Никто не дышал рядом. Никто не касался её плеча. Одиночество вдруг стало ощутимым – не как отсутствие человека, а как отсутствие опоры. Она легла обратно. Сердце билось слишком быстро.
Утром такси везло её в аэропорт сквозь влажный амстердамский рассвет. Город выглядел спокойным, устойчивым, уверенным. Она смотрела в окно и думала: Я взрослая. Я всё контролирую. Я не та, что была десять лет назад. Но тело не всегда верит разуму.
В аэропорту пахло кофе и духами. Люди обнимались, фотографировались, смеялись. Она открыла заметки в телефоне:
Париж. Попытка номер два.
На этот раз – без иллюзий. На этот раз – я никого не спасаю. На этот раз – я спасаю себя. Она перечитала последнюю строчку. И вдруг поняла – она не знает, как именно это делается.
Громкоговоритель объявил посадку. Она встала. Самолёт ждал – равнодушный к её внутренним драмам. Она остановилась перед входом.
Можно ли вернуться туда, где однажды всё началось, и остаться прежней? Можно ли пройти по тому же маршруту и не повторить старых ошибок?
Она не знала. Но шагнула внутрь. Париж снова открывал перед ней двери.
И она ещё не понимала, что некоторые двери ведут не в город. А в зависимость, которая давно ждёт, чтобы её снова впустили.
Глава 2. Первая встреча
Париж тогда был тёплым и немного влажным после короткого дождя.
Асфальт блестел, воздух пах хлебом и бензином, а вечер медленно опускался на город, не торопясь.
Кристине было двадцать три.
Она прилетела утром – с ощущением, что жизнь вот-вот развернётся по-настоящему. Первый серьёзный проект, первая конференция за границей, первый раз, когда она не чья-то помощница, а полноценный участник.
Днём она держалась уверенно. Говорила спокойно. Отвечала по делу. Делала пометки. В её английском слышался акцент – и она знала это, но сегодня он казался не слабостью, а частью её индивидуальности.