18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Кристина Римшайте – Беглянка не хочет замуж. А придётся... (страница 16)

18

— Что?! Этого не может быть! Да как ты смогла?! — истерично взвизгнула она, показав своё истинное лицо.

— Я не собираюсь отвечать на глупые неуместные вопросы, — холодно произнесла я, переведя взгляд на отца. — Как и выполнять ваши требования. Всё, что от вас нужно — это ознакомиться с условиями возвращения печати и дать клятву.

— Ты… — процедил виконт, резко хватая лежащий на столе документ. Пробежался по содержанию лихорадочным взглядом и едва не задохнулся от нахлынувшей злости. Могла его понять, но… — Что это за бред?! Да как ты посмела требовать подобное?!

— Господин Уолиш, следите за языком, пожалуйста, — сухо осадил канцлер. — Мне не составило труда разобраться с графом Нортом, но вы уверены, что вас не коснётся та же участь? — склонил голову к плечу. Взгляд серых глаз стал пронзительным, словно лезвие меча.

“Вот почему его все боятся…”

Адриан Рэнно умел быть жёстким. Он не прогибался ни перед кем и шёл на любые ухищрения, чтобы загнать неугодного или мешающего человека в угол.

— Так это сделали вы… — ошеломлённо выдохнула мачеха, прижав сложенный веер к алым губам. — Но как вы…

— Я не мог допустить, чтобы моя невеста была продана такому человеку, — саркастично ухмыльнулся канцлер. — Теперь дело за малым. Окончательно разорвать ваши семейные узы. Вы ведь не думали, что у вас получится заявить на Шайну? — поинтересовался обманчиво-спокойно.

Виконт шумно сглотнул.

— Возможно, я поспешил, желая получить выгоду для нашей семьи, но разве это не слишком? — непонимающе уставился на меня.

— Поспешил? Слишком? — деревянным голосом переспросила я. — Давайте не будем устраивать драму, виконт. Вы перешли черту в тот момент, когда решили сломить мою волю и принудить выйти замуж за старого извращенца. Вам нет никаких оправданий. Подписывайте, — произнесла непреклонно, не желая и минуты находиться с этими людьми в одном помещении.

Даже дышать с ними одним воздухом — противно.

— Но как я могу… — сокрушённо выдохнул он, грузно опускаясь в кресло.

— Дорогой, что она хочет? — обеспокоенно спросила мачеха, тронув виконта за плечо.

Тот поднял на неё опустошённый взгляд.

— Чтобы я развёлся с тобой и вычеркнул Цессию из родовой книги, — вымолвил упавшим голосом, — тогда Шайна вернёт печать. Я не могу это принять…

— О, в вас осталась человечность, — протянула язвительно, ощущая горечь во рту. Меня он так не защищал… — Можете не давать клятву, но в таком случае род Уолиш перестанет существовать.

По правде, я могла просто взять управление на себя, изгнав отца с мачехой, если он не согласится с моими условиями. Моей целью было лишь причинить им ту же боль, что они причинили мне.

— Стать простолюдинами? — ошеломлённо выдохнула Лилиан. В её глазах читался откровенный ужас.

— Можете оставаться в поместье, но ни вы, ни Цессия не будете носить фамилию Уолиш, только тогда виконтство продолжит своё существование. Решайте, милорд. Вам ведь нужна печать?

— Я могу подать на тебя в суд, — едва сдерживаясь, процедил он. — То, что ты делаешь — незаконно.

… я запрокинула голову, рассмеявшись.

— А то, что делали вы — законно? Хотите утопить наш род в позоре, который никогда не смыть, если правда всплывёт наружу? Прекращайте, у вас нет права угрожать мне. Или уходите со своей семьёй, а я стану главой, или подписывайте соглашение и оставайтесь главой сами. Но эта женщина и её дочь не будут частью рода Уолиш, — припечатала я непоколебимо, не собираясь идти на уступки.

— Ты пожалеешь об этом… — глухо выдохнул виконт, беря ручку. — Такое чудовище не могло…

— Виконт! — резко оборвал канцлер. Серые глаза хищно сузились. — Я уже предупреждал вас следить за словами. Я не потерплю оскорбления в адрес моей невесты.

— Лорд Рэнно, — разочарованно произнёс отец, принимая мои условия, — вы ещё хлебнёте с этой девицей горя. Она доставит вам одни лишь неприятности.

— Ещё одно слово… — угрожающе предупредил Адриан, подобравшись будто перед прыжком. — Мне не составит труда стереть ваш род из истории Иштара, не совершайте опрометчивых поступков.

— Осталось принести клятву, — подвела я итог.

— Нет, я не верю… — побледневшими губами прошелестела бывшая виконтесса.

— Как же так… — всхлипнула Цессия, закрывая лицо ладонями.

Не сказать, что я получила удовлетворение, но стало чуточку легче. Я бы больше сожалела, если бы оставила всё как есть.

“Неужели всё кончено?”

Виконт поклялся исполнить условия соглашения, а я вернула ему печать и простилась с этими людьми, надеясь, что навсегда.

— Давайте поужинаем, — внезапно предложил Андрэ. — Вы, должно быть, устали, но рядом отличный ресторан: там подают вкусную утку.

— О! И клубничный тарт, — оживился канцлер, беря меня за руку. — Знаю, что ты любишь десерты. Тебе понравится.

Я улыбнулась, медленно поднимаясь с софы.

“Нет, всё только начинается. Впереди у меня ещё длинный путь к своей цели…”

Трапеза прошла в лёгкой, непринуждённой атмосфере. Никто из братьев Рэнно не бросал на меня сочувствующих взглядов и даже вскользь не затрагивал то, что недавно произошло.

Прощаясь с главой гильдии, я выразила ему искреннюю признательность.

— Вы предоставили место и защиту, без вас мне бы пришлось сложнее.

Мой почти муж недоумённо вскинул брови.

— А меня не хочешь поблагодарить? Это я с ним договорился.

— Разве вы, господин канцлер, принимаете благодарность на словах? — удивилась притворно. — Если бы знала раньше… — протянула притворно.

Андрэ усмехнулся в кулак и виновато улыбнулся.

— В качестве платы приму приглашение на вашу свадьбу, — произнёс иронично. — Это будет запоминающееся событие, не хочу его пропустить.

Он ведь знает, что брак фиктивный, и всё равно дразнит. Похоже, “язвительность” в крови у всех Рэнно.

— Что ж, тогда будем рады видеть вас на торжестве, — учтиво отозвалась, исполнив книксен. — Всего доброго.

— Берегите моего непутёвого братца, — усмехнулся он, махнув рукой.

— Идём, — произнёс Адриан, укладывая мою ладонь себе на локоть.

Я кивнула и с ощущением пустоты внутри покинула гильдию. В карете прислонилась к боковой стенке головой и сомкнула веки, позволяя апатии затянуть меня в свои безнадёжные объятия.

Хотела бы и дальше притворяться сильной, но встреча с семьёй оставила на душе куда большую рану, чем я предполагала. Разочарование. Боль. Бессилие. Жалость…

… я ничего не могла поделать с этими чувствами, поэтому обратила их в равнодушие.

— Ты хорошо справилась, — просочился в разум тихий голос Адриана. — Не перестаю удивляться твоей силе воли, твоей непоколебимости и решительности. Из тебя выйдет непревзойдённый чиновник. Госслужащий, которому не будет равных.

— Знаешь о моей мечте поступить в Бирнскую Академию права? — спросила, медленно открывая глаза.

— Ты уже пыталась поступить, но отказалась из-за семьи; теперь, когда тебя ничего больше не сдерживает, нетрудно догадаться, что ты попытаешься вновь. К тому же отец рассказал, что застал тебя в библиотеке за учёбой, значит, готовишься.

— Как и думала, — отозвалась с улыбкой, — от представителей Рэнно ничего не скроешь. Вы удивительны.

— Благодарю за комплимент, но ты должна знать, что я более выдающийся, чем мой брат, — высокопарно заявил он, заставляя меня улыбаться. — Я добился больших успехов в более юном возрасте, и я великий канцлер — хранитель императорской печати, а он всего лишь глава гильдии.

— Ты так хвалишься? — не сдержала смешок. — К чему эта бравада? Я и не собиралась вас сравнивать, — покачала головой, отворачиваясь к окну. — Спасибо, — прошептала, прекрасно зная, почему канцлер повёл себя так по-мальчишески…

Он хотел отвлечь меня от грустных мыслей, вытащить из бездны, в которую я неизбежно погружалась…

… и у него это получилось.

В холле особняка встречал дворецкий.

— Господин, вам письмо от леди Мии Браум, — произнёс, держа поднос с конвертом на нём.

— И чего она хочет? — лениво поинтересовался мой жених, снимая сюртук. Я стягивала с руки перчатку.

— Просит о встрече, пишет, что соскучилась по своему дорогому другу, что вы давно не виделись… — запинаясь, доложил дворецкий, явно находя ситуацию щекотливой.

— Отправь ей ответ вместе с приглашением на свадьбу. Напиши, что у меня нет времени, что я занят подготовкой к предстоящему торжеству, — равнодушно произнёс он, бросая сюртук на поднос с письмом.