Кристина Пизанская – Книга о Граде женском (страница 42)
CI. После рассказа дамы Праведность о женском постоянстве Кристина спрашивает, почему все многочисленные достойные женщины не возражали книгам и мужчинам, о них злословящим. Ответ дамы Праведность
Дама Праведность рассказала мне все это и много других историй. Некоторые я, для краткости, опустила, как, например, историю о Леэне, гречанке, которая не хотела оговаривать двух мужчин, ее знакомых, и даже под пытками, в присутствии судьи отрезала себе язык, чтобы судья не надеялся вырвать у нее это обвинение[302]. Рассказала она и о многих других женщинах, достаточно отважных и стойких, чтобы предпочесть смерть от яда предательству правды и истины. После этого я сказала ей: «Моя госпожа, вы хорошо показали мне великое постоянство и смелость женщин, и все другие их добродетели, они настолько велики, что с ними не сравнится ни один мужчина. Но меня удивляет, почему столько выдающихся женщин, мудрых и образованных, обладающих прекрасным стилем, способных писать прекрасные книги, так долго страдали и не возражали ничего против ужасных, клеветнических слов разных мужчин?»
Она ответила: «Дражайшая подруга, этот вопрос легко разрешить. Судя по тому, что я тебе рассказала, очевидно, что все эти добродетельные женщины занимались разными делами, отличными друг от друга, а не одним и тем же. Дело возведения Града поручено тебе, а не им, поскольку их дела в великой степени прославили их среди людей, обладающих здравым умом и хорошим рассудком, и не было нужды в том, чтобы они еще и писали книги о самих себе. Что касается того, что их обвинители и злословы долго не получали отпор, могу сказать тебе, что всему свое время, ведь и Господь долго терпел существование ересей, восстающих по всему миру против Его святого закона, прежде чем с таким трудом искоренить их. Некоторые и до сих пор остались бы непобежденными, если бы их не оспорили. Так происходит и с многими другими вещами, которые долго мешают людям, прежде чем те их оспорят и отринут».
Тогда я, Кристина, еще сказала ей: «Моя госпожа, вы хорошо говорите, но я уверена, что злые языки будут шептаться об этой книге, и говорить, что даже если некоторые женщины добродетельны, это не относится ни к ним всем, ни даже к большинству».
Она ответила мне: «Считать, что большинство женщин недобродетельны — неправда. Это доказывается моим рассказом о каждодневном опыте их благочестия и других милосердных поступков. Но они совсем не совершают ужасающие злодеяния, которые происходят постоянно. Что же удивительного, если не каждая женщина добра? Во всем большом городе Ниневия не нашлось ни одного праведника, когда пророк Иона пришел туда по воле Господа нашего, чтобы разрушить его, если он не обратится в веру[303]. Тем более, не было праведных людей в Содоме. Это было ясно видно, когда небесный огонь сжег его после ухода Лота[304]. Заметь, что даже в окружении Иисуса Христа, где было всего двенадцать мужчин, один оказался предателем. А мужчины еще осмеливаются говорить, что все женщины должны быть идеальными, а тех, кто такими не являются, следует забивать камнями. Я прошу их обратить взгляд на самих себя, и тот единственный, кто окажется безгрешен, пусть первым бросит в меня камень! Ведь каким должно быть их поведение? Я уверена, что если они сами будут вести себя идеально, женщины будут подражать им!»
CII. Кристина спрашивает у дамы Праведность, правдивы ли слова мужчин, будто немногие женщины верны в любви. Ответ дамы Праведность
Продолжая беседу, я, Кристина, спросила так: «Моя госпожа, теперь оставим эти вопросы и продолжим, немного выходя за рамки нашего разговора. Весьма охотно я бы задала вам некоторые вопросы, если бы была уверена, что они не доставят вам неудовольствия, потому что предмет, о котором я бы хотела поговорить, хотя и основывается на законах природы, все же в некоторой степени далек от умеренности, свойственной Разуму».
Она мне ответила: «Моя подруга, спрашивай, о чем тебе угодно, ведь ученик, который задает вопросы учителю, не должен терпеть укора, о чем бы ни спрашивал».
«Госпожа, в мире существует естественное влечение мужчин к женщинам и женщин к мужчинам, этот закон установлен не людьми, но природной склонностью, вследствие которой они испытывают друг к другу страсть и не знают, отчего она в них зарождается. Что касается той любви, которая знакома всем и называется влюбленностью, мужчины часто говорят, что женщины, несмотря на все свои обещания, очень непостоянны, любят недостаточно сильно, притворяются и лгут, и все это происходит из легкомыслия их характера. Среди авторов, обвиняющих женщин — Овидий, который в книге
Она ответила: «Дорогая подруга, что касается их слов о том, что женщины обманщицы, не знаю, что тебе сказать, так как ты сама их достаточно опровергла, как в отношении Овидия, так и других, в твоем „Послании богу любви“[306], а также в „Сочинении о розе“[307]. Говоря то, что они делают это во имя всеобщего блага, они лгут, что я покажу тебе: всеобщим благом в стране, городе или обществе людей могут быть польза или благо, затрагивающие всех, как мужчин, так и женщин. Но то, что задумано для пользы одних, а не других, должно называться благом частным или личным, но не общественным и не всеобщим. Еще в меньшей степени это касается блага, отнятого у одних и отданного другим, и его справедливее назвать даже не личным или частным благом, а предметом, насильственно отобранным у одних на пользу других. Ведь эти авторы совершенно не обращаются к женщинам, чтобы предостеречь их от мужских козней. При том, с уверенностью могу сказать, что очень часто мужчины, притворяясь, коварно обманывают женщин. Нет никакого сомнения, что женщины также принадлежат к народу Божьему и они такие же человеческие существа, как и мужчины, того же роду и племени, поэтому также нуждаются в моральном наставлении. Из этого я заключаю, что если авторы, предупреждающие мужчин остерегаться женщин, делают так для всеобщего блага, то есть блага двух сторон, они должны также обращаться к женщинам и предостерегать их от козней мужчин. Но давай оставим этот вопрос и перейдем к следующему — что женское сердце не способно на сильную любовь. То, что женщины более постоянны в любви, чем о них говорят, я могу доказать тебе на примерах, приведя свидетельства о тех женщинах, которые любили до самой смерти. В первую очередь, я расскажу тебе о Дидоне, царице Карфагена, о чьих великих добродетелях мы уже упоминали выше, хотя ты и сама о ней говорила в своих произведениях».
CIII. О Дидоне, царице Карфагена и постоянстве женской любви
— Как уже было сказано раньше, Дидона, царица Карфагена, славно правила в своем городе, пребывала в мире и радости, когда волею случая туда приплыл Эней, бежавший из Трои после ее падения, вождь троянцев[308]. Пройдя через морские бури, утратив корабли, потеряв много товарищей и припасы, он прибыл в порт Карфагена. Эней устал бродить по морю, нуждался в отдыхе, в крове, в деньгах. Страшась, что их встретят враждебно, если они сойдут на берег без разрешения, он послал к царице людей, просить позволения войти в порт. Благородная женщина, честная и отважная, которая знала, что троянцы были самым уважаемым в то время народом, а вождь Эней происходил из царского рода Трои, не только позволила им войти в порт, но сама лично в сопровождении благородной свиты вельмож, женщин и девушек вышла встречать его на берег. Дидона приняла Энея и его спутников с большими почестями и проводила в город, где устроила в его честь и для его удовольствия большие празднества. Зачем же я тебе об этом рассказываю? Эней так приятно проводил там время и отдыхал, что мало вспоминал пережитые им злоключения. Они часто виделись с царицей, и Амур, который ловко умеет подчинять себе сердца, сделал так, что они полюбили друг друга. Но, как показали дальнейшие обстоятельства, намного сильнее была любовь Дидоны к Энею, чем его любовь к ней. Ведь несмотря на его клятву, что никакую другую женщину не возьмет и будет всегда принадлежать ей, он отправился дальше, после того как с ее помощью восстановил силы, получил от нее ласку и дары, а также отремонтированные и готовые к плаванью корабли, нагруженные богатствами и сокровищами. Она не пожалела ни сил, ни затрат на того, кому отдала свое сердце. Он же отплыл, не попрощавшись, тайно, ночью, подло и без ее ведома. Так он заплатил за ее прием, и отъезд его был таким большим горем для несчастной Дидоны, что она хотела отказаться от всяких радостей и от самой жизни. Действительно, после больших жалоб и страданий, она приказала разжечь огромный костер и бросилась в него. Другие же говорят, что она убила себя мечом Энея. Так, достойным сожаления оказался конец благородной царицы Дидоны, которая пользовалась такой славой, что превосходила в известности всех женщин своего времени.