Кристина Паллюи – Тайны Парижской оперы. Дело № 2 (страница 8)

– Я уже не помню, что это значит, – признался он, почесав в затылке.

Агата достала из сумочки книжку про сыщиков, открыла на странице о шифрах: в одном из них – латинские буквы, точки и тире.

– Ничего, сейчас разберёмся, – успокоила она Макса.

Раздосадованный Арчибальд сидел под окном супругов Руссель: костюмерша, рассердившись на мужа, куда-то ушла и больше не появлялась. Макс и Агата подбежали к юноше.

– В сарае по водосточной трубе кто-то выстукивает сигнал SOS: три коротких удара, три длинных и опять три коротких. Ты ведь понимаешь, что это значит! Кто-то зовёт: «На помощь!» – вполголоса сообщил Макс.

– Кроме того, я знаю, что Маргарита ещё сегодня утром находилась в этом квартале, – добавила Агата. – Всё сходится! А у тебя, Арчи, есть что-нибудь новое?

Прежде чем он успел ответить, входная дверь дома костюмерши распахнулась. Мимо них прошёл кучер с тарелкой какой-то еды, яблоком и стаканом воды. Он отпер сарай, вошёл и захлопнул за собой дверь.

– Сообщим в полицию? – предложила Агата.

– Нет, подождём ещё немного, – прошипел Арчибальд.

Человек с большими ушами вышел спустя несколько минут, запер сарай на ключ и вернулся в дом.

– Пойду посмотрю, где лежит ключ, ладно? – шепнула Агата.

Не дожидаясь ответа ребят, она подошла к дому четы Руссель и постучала в дверь. Ей открыл сам кучер. Изобразив милую робкую девочку, широко улыбаясь, Агата произнесла:

– Добрый день, месье! Мой младший брат потерял мячик. Может, он залетел в ваше открытое окно? Посмотрите, пожалуйста.

Мужчина впустил Агату и несколько секунд они вместе искали мяч.

– Его тут нет, – буркнул он и надел шляпу, жестом приглашая девочку на выход.

Кучер вышел следом, увидел мальчиков и велел им идти играть где-нибудь в другом месте, затем направился в конюшню.

Ребята встретили Агату с недовольными лицами.

– Браво! Нас засекли! – фыркнул Арчибальд.

– И что ж нам теперь делать? – заныл Макс, расстроенный не меньше Арчибальда.

– Теперь мы знаем, что ключ от сарая лежит на столе, окно всё ещё открыто, а злобный кучер отправился заниматься своими лошадьми! – с торжествующим видом ответила Агата.

Арчибальд, на секунду задумавшись, улыбнулся.

– Твоя очередь, Голди! – произнес он, воздев руки к небу.

Дрессированная птичка улетела выполнять задание и вскоре вернулась, держа в клюве ключ.

– Вы готовы? Идём спасать Маргариту! – негромким голосом сказал Арчибальд, и сердце у него заколотилось.

Не прошло и двух минут, как они обнаружили в полутёмном сарае похищенную танцовщицу: женщина была связана и примотана верёвками к креслу, но продолжала стучать.

– Уфф! Мы вас нашли! – тихо проговорил Арчибальд. – Сейчас я вас развяжу, но вы не должны шуметь.

Кляп во рту помешал балерине ответить. Она сердито закивала, показывая, что согласна. Но едва её руки и рот освободились, как она взорвалась от ярости.

– Нельзя ли побыстрее? Это кошмар! Какой недотёпа отправил детей меня спасать?

Её пылкую речь прервал шум, донёсшийся со двора.

– Ну вот, теперь из-за вас сюда ворвётся кучер! – прошипела она.

Арчибальд сурово велел ей замолчать, и несносная женщина притихла. Заглянув одним глазком в замочную скважину, Макс вполголоса сообщил:

– Кучер вывел свой фиакр из конюшни… Он уезжает… Уехал. Вот здо́рово!

Агата попросила Маргариту рассказать, что случилось накануне. Танцовщица показала два маленьких пятнышка крови на своём костюме.

– На сцене я укололась булавкой, которая была воткнута в юбку, – заговорила она немного мягче. – Мне сразу же захотелось спать. Когда я очнулась, то чувствовала себя как во сне.

Она рассказала всё, что помнила о вчерашнем вечере: в гримёрной мадам Руссель достала из чемодана накидку и закутала в неё Маргариту. Вскоре кучер вывел её из здания Оперы и отвёз сюда.

– У гримёрки меня никто не ждал, – удивлённо продолжала она, – и я делала всё, что мне говорили, сама не знаю почему.

– Костюмерша разогнала всех ваших поклонников, мы это сами видели. Мы также думаем, что она нарочно приколола отравленную булавку к вашему костюму, – объяснил Арчибальд.

– Для того чтобы её племянница Розабелла заняла ваше место, – добавил Макс.

Агата стала их торопить:

– Нужно поскорее уходить. Мадемуазель Берже, надевайте вашу накидку!

Макс выбрался первым и заглянул в открытое окно дома.

– Всё хорошо, костюмерши пока нет, – шёпотом сообщил он, повернувшись к ребятам.

В тот день изумлённые прохожие наблюдали странную картину: трое детей и птичка сопровождали блестящую, непрестанно ругающуюся балерину, бегущую по тротуару в одних носках. Арчибальд остановил таксомотор.

– В гранд-отель, пожалуйста. По пути подвезём эту даму в участок: ей есть что рассказать полицейским!

Спустя время мисс Жанна, увидев входящих в апартаменты детей, тихонько вскрикнула.

– Где вы побывали, мисс Агата? У вас измятое платье и совершенно растрёпанная причёска! – воскликнула гувернантка дрожащим голосом. – А вы, месье Арчибальд? Неужели вам не стыдно щеголять в испачканных рубашке и брюках?

Макс вступился за друзей:

– Мисс Жанна, дело в том, что мы какое-то время проторчали в грязном сарае одного кучера. Я тоже немного порвал одежду, когда запрыгивал на повозку, чтобы спасти танцовщицу, запертую в ящике. Но оказалось, что в этом ящике одни только лампочки, а балерина привязана к стулу довольно далеко от трёхсотметровой башни.

Миссис Кристи, только что вошедшая в комнату, застыла с удивлением на лице:

– Я думала, вы осматриваете здание Гранд-опера.

И тут же обратилась к детям:

– Агата и Арчибальд, я вас внимательно слушаю. Полагаю, вы сумеете всё это как-то объяснить.

На следующий день Клара попросила принести им в номер свежие газеты. Огромные заголовки сообщали, что Маргарита Берже найдена живой и невредимой благодаря трём юным сыщикам, не пожелавшим назвать своих имён. Полиция сняла все подозрения с Розабеллы Модести.

– Супругов Руссель скоро будут судить. Они нашли скверный способ помочь своей племяннице, – заметила мисс Жанна, убирая «Эко де Пари».

– Вы правы, но я рада за Розабеллу. В этом году Опера присвоит ей звание «л’этуаль».

Агата услышала стук в дверь – посыльный принёс конверт на серебряном подносе.

– Арчи, Макс! Нам письмо из Парижской оперы с приглашением на бал! – воскликнула она, открывая конверт.

Клара улыбнулась, и по выражению её лица было видно, что она гордится своими детьми.

– Маргарита не такая уж и плохая – это она сообщила ваши имена директору театра, чтобы отблагодарить.

Агата украдкой покосилась на брата и сказала:

– Мама, мы не могли бы взять Жюли на бал? Она нам очень помогла, к тому же я уверена, что она ещё ни разу не была на таком мероприятии.

Клара похвалила дочь за отличную идею и взяла перьевую ручку.

– Сейчас же напишу её отцу. Если он согласится, мы возьмём с собой Жюли.

Арчибальд, внезапно покраснев, спрятался за газетой, которую читал. Сердце у него учащённо забилось, он сделал глубокий вдох и произнёс:

– Мама, необязательно вызывать посыльного, я могу сам отнести письмо.