Кристина Миляева – За гранью их власти (страница 21)

Умелые и разнузданные ласки заставляли меня балансировать на грани отчаяния и безумия, в особенности когда он отстранился от меня так же резко, как и вообще всё это начал. Сердце забилось ещё чаще, хотя, казалось, уже невозможно сильнее ощущать происходящее. Какими бы методами они ни пользовались, но оба прекрасно осознавали, какое влияние в настоящий момент оказывали на меня. И это сводило с ума. Первая порка ещё даже не обрела своё логическое окончание, а меня уже потряхивало так, словно я в оголённые провода сунулась рукой и не проверила, отключены ли те от сети.

Из-за собственного пульса, который гулом отбивал бешеный ритм в ушах, я даже не услышала, как хвосты флоггера просвистели по воздуху в широком замахе. Но отчётливо ощутила, как они обожгли нежную кожу чуть ниже, совсем рядом с бёдрами. Стон сорвался с губ, и я выгнулась так, что казалось, поясница не выдержит такой нагрузки. Подобными издевательствами над собой я даже в спортивном зале, на йоге и на пилоне не занималась, а тут прошибало так, что кричать хотелось и умолять не останавливаться.

— Чёрт, — выругалась я, прикусывая нижнюю губу и вслед за ударом ощущая тепло, разливающееся внизу живота сладкой истомой. — Семь…

Удары Фила были куда сильнее, чем у Константина, он явно меня не щадил. Или парни решили использовать шаблонное клише и поиграть в доброго и злого полицейского. Стоило отдать им должное, у них это превосходно получалось. А разве не это мне было нужно? Не затем, чтобы втереться к ним в доверие, я пожаловала на порог этого клуба? Едва не довела Женю до чёрного мешка? И выдала секрет Чертей постороннему? Правильно! Я поставила на кон собственную жизнь, чтобы свершить свою месть! И теперь не собиралась отступать, ведь только такими тернистыми путями возможно запасть в душу тех, кто тебе противен.

Задохнувшись в очередном судорожном вздохе, попыталась абстрагироваться, но между ног буквально горело, требуя внимания и ласки. Хотелось ещё сильнее, ярче и до самой порочной глубины прочувствовать все прелести сексуального влечения и желания. Я извивалась в руках Филипа, подставляя ягодицы, располосованные алыми бороздками от хвостов флоггера, а тот, будто бы прочитав мои самые греховные мысли, не заставлял себя долго ждать. Взмах… Свист… Удар… Ещё… И ещё…

— Восемь... Девять… Десять... — стараясь чётко произнести каждое слово, я уже была готова молить о пощаде, когда ощутила резкий холод на своих ягодицах.

Жжение свернулось тугим клубком в районе солнечного сплетения. Я буквально задохнулась от резкой смены контрастов. Обжигающая боль от флоггера и что-то пронзительно ледяное на пылающей коже. Никогда во мне не бурлило столько всего одновременно. Наверное, рухни сейчас небо на землю, я бы этого всё равно не заметила. Костя стоял подле меня, держа в руках пустой стакан из-под выпивки, остатки которого растекались по моей заднице подтаявшими кубиками льда и алкоголя, принося боль и удовлетворение. Острое и резкое, неправильное и яркое, подобно вспышкам фейерверка в ночном небе.

— Боже, — простонала я.

— Бога тут нет, котёнок, — Фил поднёс рукоять флоггера к моему лицу, поднимая подбородок и заставляя взглянуть в зеркало. — Тут только порка и наслаждение, так что ничего личного. Пока ты не произнесёшь стоп-слово, сессия не закончится. Ты же помнишь об этом? Котёнок?

— Да, хозяин, — выдавила я из себя.

Но в настоящее мгновение, кажется, мне было уже всё равно. На бога... На сессию... На стоп-слова. На любые изменения, происходящие за пределами комнаты. Моё тело было натянуто подобно тетиве лука. Прикоснись пальцами и начало бы вибрировать в такт тихим словам, срывающимся с умелых губ. Единственное, что меня волновало — руки, которые буквально творили магию и заставляли душу дрожать и выворачиваться наизнанку. Мне было необходимо дойти до самого конца. Почувствовать всё, чтобы наутро в голове не было сожалений и тревог. А если не один раз, то так даже лучше. Пусть я рассыплюсь на осколки в этом месте, но сотру все грани их власти над моей жизнью. Зачеркну и выкину… Улечу на другой континент… И начну всё с нуля… Одна!

Но это всё будет потом, словно в другой жизни, а пока у меня в голове мелькали сотни вопросов, которые никак не хотели складываться в единую и целостную картинку, мой мир буквально разваливался на части, а виной тому были два человека, которых я ненавидела всеми фибрами души. По крайней мере, свято в это верила и надеялась, что моя воля не пошатнётся. Ибо от горячих прикосновений в груди всё обрывалось и дышать становилось нечем. Мне казалось, что ещё немного и я просто отключусь. Только эти два садиста, каким-то невообразимым образом знали всех тараканов в моей черепной коробке и останавливались за мгновение до того, как грань будет пересечена и я сорвусь в бездну.

— Готова? — прошептали мне на ухо так вкрадчиво, что мне показалось, будто хриплый голос звучал прямо в голове.

Мир завертелся вокруг, когда мои ноги вновь коснулись пола, но я ощутила опору в виде двух пар рук, которые блуждали по моему телу и распространяли горячный жар, сводящий с ума. Одни всё ещё удерживали меня, а другие настойчиво сжимали ягодицы в том месте, где всё ещё пульсировали оставленные следы от флоггера. Даже и думать не нужно: это было продолжение той же игры, в которую я согласилась добровольно поиграть. И сбегать от них было слишком поздно. Точнее, позорно и стыдно. Сама добровольно пошла, а потом, как маленькая начала накручивать сопли на кулак и рыдать, что ой помогите, попа горит, не хочу больше. Чушь! Я должна закончить это дело и распрощаться с этой парочкой навсегда!

Фил сидел на самом краю кровати, глядя на меня снизу вверх. В холодных глазах мужчины читалось неприкрытое, животное желание. Он облизывал меня взглядом и словно сгорал изнутри, ощущая всё то же самое, что и Костя за моей спиной, чьи руки бесцельно блуждали по моей коже. Они хотели обладать мною не меньше, чем другие мужчины в моей жизни, а может быть, даже больше. Это откровенно читалось в каждом вздохе и движении. Я различала простое вожделение и натуральное сумасшествие. Передо мной сейчас было именно второе. Не просто лакомый приз, а что-то такое, что нельзя упускать ни в коем случае. Иначе приключится настоящая катастрофа.

— Одно твоё стоп-слово, и мы остановимся, котёнок, — легко выдохнул тот, который сидел и с жаром окидывал меня. — Как бы нам сильно этого ни хотелось, мы прекратим сессию, как только ты назовёшь его. Не стесняйся и используй оба слова по своему усмотрению. Это первый раз, когда мы вместе и пока не знаем, что и как. Но уверен, нам понравится.

— Да, хозяин, — с придыханием отозвалась я, когда сильные пальцы выкрутили соски.

— Детка, ты заслужила награду, была такой хорошей и послушной, давай продолжим? — Костя поглаживал моё тело и играл с грудью.

— Да, господин, — ещё раз выдохнула я.

Константин сделал шаг назад, и я подалась следом за ним, чувствуя, как руки всё нежнее оглаживают горящую огнём кожу. Я почему-то думала, что весь этот зоопарк с БДСМ будет напоминать издевательство. Но нет, какая-то удушающая нежность сочилась в каждом движении, и боль сливалась в одну большую чашу наслаждения, которая возбуждала и заставляла теряться в этом огненном вихре слов и прикосновений. Губы, совсем невесомо прошлись по шее, не оставляя ни единого следа, хотя я затылком чувствовала, как хотелось впиться ему в мою кожу до красных укусов, которые утром налились бы засосами винного цвета.

Я не открывала глаз, погружаясь в невесомость, где не существовало времени, зато было томительное ожидание, колыхавшееся в теле всякий раз, когда грань отодвигалась всё дальше и дальше. Шальные разряды удовольствия, подобно льдинкам в бокале с виски, стучавшим о толстое стекло, взрывались в теле, толкая вперёд. Вообще, всё вокруг будто в один миг перестало существовать, а меня самой никогда и не было. Секунды летели со скоростью звука, со скоростью света и замирали на бесконечно долгие мгновения в одной точке. И измерить этот ценный ресурс можно было лишь с помощью моих собственных стонов и судорожных вздохов, когда я потиралась задницей о крепкий стояк позади.

Вновь один шаг вперёд, смотреть до сих пор нет необходимости, ведь я каждой клеточкой тела ощущала их присутствие в моём личном пространстве. Тёплые ладони Фила легли на мою талию, а губы опалили своим жаром живот. В том, что это был именно он, не было никакого сомнения. Каждое касание его губ растекалось волнами удовольствия по телу и оседало в желудке тугим клубком из возбуждения, нервозности и протестов. Меня буквально раздирало надвое оттого, что хотелось ещё больше и сбежать… Он целовал, покусывал и зализывал боль, доставленную жадными прикосновениями, принося с собой поток мурашек, заставляя меня дрожать и извиваться в надёжной хватке. Я не имела права голоса, но они обращались со мной так бережно и трепетно, словно я самое драгоценное сокровище в их жизни.

— Доверяй нам и ни о чём не думай, детка, — бархатный голос Кости коснулся моего слуха одновременно с тем, как его рука плавно двинулась вверх по шее, достигая, губи и когда он прошёлся большим пальцем по нижней, оттягивая её, мир будто остановился. — Открой свой прелестный ротик.