Кристина Миляева – Три желания для золотой рыбки (страница 21)

Аугус может подавиться своими планами. Игра с этого мгновения начинается по моим правилам, и только я буду решать, как именно будет проходить сражение и чем завершится бой. Армия — это хорошо, но деньги, положение в обществе, торговля и все остальные структуры жизни общества были у меня в руках.

Улыбнувшись, я начала мысленно продумывать финальную торжественную речь. В голове уже сформировался примерный текст, когда часы начали отбивать полночь. На середину комнаты я выходила едва дыша. Открывать прием было не так волнительно. Я понимала, что нужно взять себя в руки и сделать этот последний, самый крошечный шаг. Герцогини не сдаются, иначе они не оправдают свое громкое имя и с позором могут катиться на все стороны, как доченька леди Диктории.

— Дамы и господа, — подняла я бокал. — Я готова кланяться каждому из вас за этот чудесный вечер. Благодаря вашей поддержке и добрым пожеланиям я поняла, что не одинока. Не будь вас, наверное, через пять дней в темницах нашли бы мой хладный труп. Теперь же у меня есть силы бороться и жить дальше. Ради вас всех, ради нашего общего дела и множества внуков, которые будут населять эти замечательную страну. Как бы нас ни притесняли и ни старались загнать в угол, мы, словно прекрасная птица феникс, воскреснем и отомстим врагам. Будет наш путь светел и ясен, как первородная звезда на сияющем небосклоне. За нас! За «Белую розу»!

— Благословят вас боги, — раздалось коллективное пожелание.

Вечер завершился, и я могла с чистой совестью поздравить себя с маленькой, но очень важной победой. Теперь не только принц, но и мой брат поймут, где водятся черти и что именно с ними они сделают в бездне. За меня весь высший свет, и ничто больше мне не страшно. Гости медленно расходились, подолгу раскланиваясь со мной и передавая наилучшие пожелания предкам. На душе у меня все пело и танцевало, а на лице была маска холодного безразличия.

Как только последний из членов «Белой розы» покинул территорию поместья, на меня накатилась апатия. Боги, как же это, оказывается, тяжело — постоянно сохранять маску на лице в кругу отпетых лицемеров. Не как прогуляться по утренней площади, тут каждый шаг подобен игре на арене, полной ловушек и препятствий. Один виконт чего мне стоил с его прозрачным, как слеза младенца, намеком.

Меня кольнула совесть за то, что я втянула других людей в партию, ценой которой может стать их смерть. Но за души усопших мы вместе помолимся после победы. Не стоит забывать о том, что в отличие от меня, принц ничем не гнушается и использует незаконные методы для достижения цели. Я черту все еще соблюдала и держалась в рамках приличия. Даже если Аугус попытается доказать заговор против короны, у него это не выйдет. «Белая роза» собирается так давно и часто, что наши вечера похожи на встречи друзей. Ни одного лишнего слова не выйдет за пределы моего поместья — в этом я была уверена. Даже лучшие шпионы не могли пробраться на это мероприятие. Тот самый томик, который виконт унес с собой, убил бы любого, кто пришел не со своей брошью. Такова цена полной секретности и коллективной взаимовыручки. С предателями он поступит точно так же. Гарантии у нас были надежные.

Засыпала я долго, постоянно ворочаясь и перебирая мельчайшие детали сегодняшнего вечера. Покоя мне не давала одна-единственная мысль, что я где-то упустила важную и очень нужную деталь. Не могла понять, почему так нервничаю.

Вроде, все мои проблемы сегодня нашли решение, даже те, о существовании которых я не подозревала. Из-за брата и подавно не стоило волноваться. В правдивость прозвучавшего из уст скандального маркиза де Ларгоста заявления о моем происхождении и выкупе из рабского дома, поверят разве что собаки на постоялых дворах.

Если о этом заявит принц, дело куда сложнее, но и там можно будет повоевать и подать на него в дворянский суд за оскорбление меня лично и моего рода. По воле предков я стала частью этой великой семьи. Кровь во мне осталась прежней, но капля ее пролита на фамильные усыпальницы и принята в общий реестр.

Из неглубокого сна меня выдернул звук разлетевшегося стекла и грохот из соседней комнаты. Подскочив, я быстро закуталась в халат и, прихватив канделябр, поспешила посмотреть, что произошло в гостиной. Высунувшись в дверь, обнаружила замечательную картину: один из витражей был разбит, а на полу, усеянном осколками, лежал булыжник с примотанным к нему конвертом. Просто потрясающее свинство, похоже именно о таких угрозах мне и рассказывала вчера несчастная Разана.

Слуги быстро подоспели. Самостоятельно прикасаться к этой непонятной штуковине я не собиралась. Помирать в самом расцвете сил не была намерена. Но конверт не содержал в себе опасности, даже ядом не был пропитан. Камердинер осторожно вскрыл его и передал мне после того, как мельком пробежал глазами по строчкам загадочного послания, прибывшего к нам кирпичной почтой.

'Миледи, вы последняя из представителей одного из самых знаменитых и кровавых родов современного мира. Зачем вам марать руки о такое убогое существо, как Аугус? Выходите лучше за меня замуж. Да, пусть я незаконнорожденный сын короля, но в отличие от своего младшего тугодума брата, обладаю не только магией крови, но и, самое главное, благословением предков. Не представляете, с каким наслаждением я слушал вашу сегодняшнюю речь.

Отец даже не позволил матери входить во дворец после того, как я родился. Меня самого выкинули из стен замка, как ненужного щенка, с которым наигрались и забыли, как его зовут. Ваши слова о рабском контракте упрочили мое мнение о том, что семья, с которой я связан кровью — самое ужасное и отвратительное зрелище на планете.

Понимаю, это может звучать неожиданно и глупо, но я готов отдать вам собственную кровь и знания в обмен на руку и сердце. Рядом с вами никто не посмеет обвинить меня в бесчеловечности и неправильном поведении. Пусть я и не рос во дворце, но королевского происхождения это не отменяет. Любая проверка докажет всем, что я сын короля и первый законный принц страны. Оспорить это не смогут даже в суде — только опозорятся.

Если вы помните пророчество, то в нем ни слова не сказано о том, за кого из братьев вы должны выйти замуж. Выбирайте меня, и ваша жизнь никогда не будет убогой или угнетенной. Я приложу все доступные мне ресурсы для того, чтобы сделать вас счастливой и самой любимой в мире женой.

Возможно, это глупо и самонадеянно, но умоляю, хоть на мгновение представьте, что вы станете потрясающей королевой, рядом с которой будет мужчина, достойный ее. Король, который всем сердцем любит и уважает свою прекрасную конфетку. Для меня нет большего счастья, чем осознавать, что вы станете самой лучшей королевой из всех возможных.

Мой брат недостоин вас. Он мелкий гаденыш, который пытается замаскировать свою грязную сущность и заполучить вас в рабыни. Думаю, вместе мы сможем доказать всем, что никогда не стоит играть в игры с самыми шикарными женщинами страны. Вы просто невероятно вкусная конфетка, герцогиня де Шаларгу. Одно ваше слово — и весь мир будет лежать у ваших ног. Клянусь!'

Дочитав последнюю строчку, я, не задумываясь ни секунды, поднесла письмо к свече и подожгла, уверенная, что это ловушка, фальшивка. Еще я заподозрила, что кого-то из наших людей заставляют шпионить во славу короны. Надеюсь, добровольно они не пошли бы на такое, но из-за шантажа и угроз некоторые могли сдаться под натиском личной гвардии принца.

Конфеткой называли леди Эмидику за ее потрясающий вкус и детскую наивность даже в почтенном возрасте. Мое прозвище было «розочка», точнее «белая розочка». Только так в письмах ко мне обращались члены общества, когда между строк передавали особо важную информацию. Письмо-сигнал: либо пожилая леди в опасности, либо это плоская шутка, придуманная кем-то из аристократов. Боги, пусть с нашей главной модницей и законодательницей стиля все будет в порядке. Она же совершенно безвредная, даже скандалить не умеет.

Письмо виконту я строчила с такой скоростью, что мой обычно идеальный почерк прыгал, словно сумасшедший, и в нем едва можно было различить мою руку. Надеюсь, маг все правильно поймет и простит мне панику. «Белая роза» — детище, которое помогало нам не кануть в бездну истории. Если принц добрался до него, то считай, мы все уже не жильцы. Пойдем дружно на корм ближайшим акулам. Признаться незавидная участь.

Стоило сообщению провалиться в пространстве портала, как силы окончательно покинули меня. Следить за ремонтом окна мне было неохота. Единственное, чего я сейчас хотела, это свернуться клубочком на кровати и тихо поплакать в подушку. Когда же весь этот кошмар закончится?

Ладно, маленьким ребенком я могу и позже побыть, сейчас нужно сконцентрироваться на поставленных задачах. Если меня разбудили, то стоит заняться исследованиями. В ядах я разбиралась не настолько хорошо, как та же графиня де Гаридаз, но в алхимии была сильнейшей в нашем королевстве. С этим никто не мог поспорить, да и было попросту некому вести со мной дискуссии.

О моих талантах знал ограниченный круг лиц. Алхимия — это не совсем магия, тут не нужны колдовские пассы и прочие вещи, за которые по головке надзорные органы не погладят. Требовались хорошая память и умение концентрироваться на том, что нужно в эту самую секунду. Мои успехи были грандиозны. Кровь скрывала и не такие достоинства, а тренировки леди Диктории сделали из меня дурочку с красивым личиком. Так было проще существовать в этой стране. Магически одаренных женщин по пальцам одной руки можно было пересчитать. Остальные либо не афишировали свою принадлежность к магам, либо уже давно выслушали панихиду по себе. Прогнивший до основания мир, в котором нет места чудесам.