Кристина Миляева – Райская клетка для золотой птички (страница 30)

Вот только была одна небольшая проблемка. Как бы я ни пыталась дернуться на помощь своему маленькому бизнесу, сильные руки меня удерживали на барном стуле. Зеваки уже вошли в раж и теперь не собирались упускать великолепный шанс. Даже если эти две сумасшедшие на самом деле начнут друг друга убивать, им никто на помощь не кинется. От народа веяло азартом и взыгравшим в крови адреналином. Любое неосторожно кинутое слово или сделанное неосознанно движение могло взорвать всю эту гремучую смесь.

Мне же оставалось только взаправду молиться всем богам, чтобы это немедленно прекратилось и парочку наконец-то растащили по разным углам. Вот только у них там сегодня то ли выходной, то ли это я так неуверенно упрашивала, но на помощь мне никто не собирался приходить. Ситуация в небольшом и замкнутом пространстве лишь накалялась. Я уже чувствовала, как по моей коже ползет липкое ощущение хорошей драки. Словно вот-вот с цепи сорвутся все и тут прольется чья-то кровь. И будет уже плевать и на здание, и на все вокруг, лишь бы самой остаться в живых и сохранить голову на плечах. Зашибут же и не заметят.

Немезида опять противно заголосила на задворках моего сознания, привлекая внимание к себе, но это было не так срочно. Махнув рукой с кольцом, я прервала ее потуги. Видит же и анализирует, что тут происходит настоящее побоище, так чего же она лезет со своими оповещениями? Как-нибудь сама в состоянии решить, что делать дальше. Пока и без нее головной боли хватает. Закусив губу, я растерянно наблюдала за тем, как Эла прижимает свою соперницу к полу и со всей силы вцепляется в растрепанные рыжие волосы.

И пока я была отвлечена на действия двух полоумных куриц, ко мне все же смог пробиться канцлер. Навье облокотился на стойку рядом со мной и заговорщицки подмигнул. От такого у меня у груди все сдавило и захотелось приложить его чем-нибудь сильно несовместимым с жизнью. Из-за него тут настоящие кровавое побоище, а он стоит, улыбается и даже бровью не ведет. Вот как можно сомневаться в дурной славе этого элемента, если он даже не пытается скрывать свой отвратительный характер?

Сконцентрировавшись на лице мужчины, я неосознанно постаралась не показывать собственный страх. Но выходило из рук вон плохо. Словно стоило ему ко мне приблизиться, как в голове переключался какой-то датчик, и я становилась похожей на тех двух истеричек, подметающих собой пол моей гостиницы. Не знаю, проклятие так на меня действует или это заслуга самого Навье, но только от одной мысли о сей несправедливости становилось немного жутко. Я себя тут же начинала ощущать кем-то чужим и незнакомым в своем родном теле.

Осторожно скосив глаза, я наблюдала за тем, как канцлер немного разворачивается в мою сторону и с каким-то непонятным для идентификации выражением начинает рассматривать меня. В этот момент я готова была поклясться в том, что все происходящее в таверне подстроено лично им только для того, чтобы посмотреть на мою реакцию в этот момент. В голове не укладывалось, но, кажется, то была та правда, которую я боялась себе открыть. Он всеми силами пытался вывести меня на эмоции.

Набрав в легкие побольше воздуха, я уже хотела сообщить ему все, о чем думаю, да, кажется, так и замерла с открытым ртом. Немезида взвыла так, что в голове зашумело, а перед глазами поплыли непрошеные картинки, состоящие из строк недавнего письма Виконта и сцен того, как Эла готовит для меня западню. Я думала, опасность придет из знакомого места, но, оказалось, я слишком плохо знаю людей, с которыми так много работала. Надо было раньше посмотреть, что там нашла всевидящая система. Но лучше поздно, чем никогда!

Мгновенно позабыв обо всем, включая надоедливого канцлера, я резко обернулась обратно к дерущимся девицам. Проблем пока не должно возникнуть. Сейчас я вышвырну на улицу всю веселящуюся и разошедшуюся толпу. Пусть там выясняют, кто прав, а кто виноват. Нечего доставлять неприятности мирным гражданам, пострадавшим из-за присутствия в их жизни самовлюбленных идиотов, от которых проблем больше, чем пользы. С таким решительным настроем я поднялась со своего места и двинулась в центр драки.

Девушки пока что были весьма увлечены своими разборками и на меня внимания не обращали. Замерев на острие лезвия, я медленно вдохнула, выдохнула и расслабилась. Матушка не зря повторяла, что лучший способ заставить себя слушаться — быть полностью собранной. Мысленно досчитав до десяти, я поймала знакомое чувство власти. Сейчас или никогда! Расправив плечи и вскинув голову, я добавила в собственный голос ледяной безмятежности и с четко поставленной дикцией изрекла:

— Немедленно прекратите весь этот балаган! Вы в приличном заведении. Хотите дальше выяснять отношения, выметайтесь на улицу!

Девицы на мгновение замерли. Они, словно впервые осознав, что именно происходит, обвели столпившихся людей мутным взглядом. Кажется, до них только что дошло, что они учудили перед половиной нашего городка. Теперь от сплетен им не отмыться пару лет. А в нашем случае это хуже, чем считаться прокаженным. Тех просто не трогают, тут же каждый будет пытаться поддеть побольнее. Я поступила правильно, будет им уроком на будущее, что думать надо головой, а потом уже делать.

— Нет! — крик Навье замер у меня в ушах оглушительным набатом.

Не успела я даже среагировать, как передо мной появился канцлер, а все скромное пространство, не занятое людьми, озарилось вспышкой света. Первые несколько минут я даже не сообразила, что произошло. И только спустя бесконечно долгие удары сердца в ушах, мой мозг сумел-таки переварить полученную информацию. Эта мелкая дрянь посмела выпустить в мою сторону купленное у приезжих заговорщиков проклятие. А канцлер решил поиграть в благородного рыцаря и закрыл меня собой.

Щеки мгновенно вспыхнули, и я растерянно смотрела, как Навье медленно заваливается на пол и замирает на нем, практически не шевелясь. Белая рубашка в районе правого плеча постепенно пропитывается кровью и алеет. Не думая, действуя больше на инстинктах, я срываю с себя передник и зажимаю им пострадавшее плечо. Теперь, если быстро оказать ему помощь, то рану можно будет нейтрализовать. Уверена, у него, точно так же, как и у меня, в теле есть вшитый отражатель, а то и не один. Главное, успеть справиться с видимыми повреждениями.

Не знаю, кто и когда позвал доктора, но я с облегчением выдохнула, когда меня с силой оторвали от мужчины и всучили в руки стакан с водой. Я как-то отстраненно наблюдала за тем, как перевязывают Навье. Как Эла брыкается в наручниках. Как мадам герцогиня начинает рвать и метать, напоминая всем, что бывших не бывает. И совсем уж незаметно меня саму начинает вести в сторону. Пол со стеной подозрительно кривятся и уплывают. И прежде, чем я осознала все случившееся, меня накрывает тьма.

Наша жизнь

Глава 14

Утреннее пробуждение в этот раз вышло на редкость отвратительным и непонятным. Бедная моя головушка была совершенно пустой, а тело вообще ощущалось, как одна сплошная рана от сработавшего проклятия. Каждая многострадальная клеточка моего организма походила на куриную грудку, которую недоумок повар передержал на огне и теперь в пирог она не годится. Сил не хватало даже для того, чтобы открыть слипшиеся глаза и оторвать тяжелую голову от подушки. Но, слава богу, опасности поблизости не было. Немезида не визжала на подкорке сознания о том, что надо срочно уходить.

Наоборот, меня со всех сторон окутывало сладкое чувство защищенности, словно пряча в огромный кокон. Но насладиться этими ощущениями по полной программе мне не дали. Навязчивая мысль о том, что Навье бросился наперерез смертельному заклятию сумасшедшей девицы, не отпускала меня. Подсознание подняло настоящую тревогу и наконец полностью разбудило разум от оков туманного забытья. Воспоминания нахлынули с такой силой, что меня практически мгновенно замутило от страха и боли.

Нападение на «Амалет» было вероломным и неожиданным. Я даже сориентироваться не успела, просто стояла столбом и таращила глаза. Принцесса… С великой системой слежения, которая не оставляла шансов никому и никогда. И так глупо попасться на том, что не смогла уследить за собственным работником. Как я вообще могла довериться этой змее? Пригрела на своей груди и доверила самую страшную тайну. А она мне в спину нож вонзила. Последняя здравая мысль заставила окончательно проснуться и распахнуть глаза в немом изумлении.

Но вопреки всем моим опасениям, я увидела собственную спальню и привычный вид из окна, который радовал меня на протяжение десятка лет. В незанавешенное оконце проникали летние лучики, и я зажмурилась от яркого солнышка. Кажется, было уже далеко за полдень. Антикварная мебель хоть и была скромной, но в ней чувствовалась аристократическая роскошь королевского дворца. По этой причине я и не пускала никого в собственную комнату.

Ветер колыхал легкие шторы нежного персикового цвета и приносил с собой запах морского бриза. Глупое сердце пропустило пару ударов и забилось с утроенной силой. Воспоминания жутковатой волной накатывали одно за другим, и ситуация до боли напомнила события моего шестнадцатилетия. То далекое утро начиналось точно так же. Занавески колыхались, и ветер приносил с собой приятный запах розовых кустов, растущих под окнами спальни наследника престола. Кончилось, правда, все побегом и расставанием с родителями. В тот день начались мои скитания по стране…