Кристина Миляева – Инфанта без права на жизнь (страница 14)

Проверив все, что мне было нужно в данном конкретном случае, неожиданно для самой себя поняла еще одну вещь. У меня нет ни косметики, ни парфюмерии, так что ревизию комнаты пришлось продолжить. И под конец часового поиска удача все же улыбнулась мне. Дверь, замаскированная под обои, оказалась выходом в личный будуар. Такого в дневнике Борджи не было описано. Но спасибо моей природной любознательности, я смогла найти ее и отворить. Так что потом надо будет как следует тут пошарить и выяснить, что еще хранит загадочный розовый куб. Не верю, что ее маскировали просто ради красоты общего пространства.

Найдя необходимые мне средства для придания личику свежести и наивности, я быстро занялась своей внешностью. Что уж там, мне не одну сотню раз приходилось проворачивать такое едва ли не на бегу. Времени всегда было впритык, и я предпочитала нагромождению и непонятному боевому раскраску, сдержанный и холодный макияж. Вот и сейчас мои навыки меня не подвели и из зеркала смотрела милая и наивная девочка, которую хотелось затискать до умопомрачения. Герцог не должен устоять. Я вышла на тропу охоты за потенциальным папиком и не отступлюсь. Мне снова двадцать, и у меня впереди целая жизнь. Чего уж мелочиться и размениваться на пустяки! Можно и сыграть по полной программе.

Духи я уже выбирала, более придирчиво, к аромату стоило относиться со всей рассудительностью, на которую я только была способна. Именно от него будет зависеть мое общение с представителем местной аристократии, не стоит списывать со счетов тонкий нюх и влияние духов на подсознание. Это своего рода целая наука, которую я постигала долго и кропотливо. Вот в очередной раз убеждаюсь в том, что лучше быть правильной девочкой, чем неправильным охотником за властью и влиянием. Ее, как известно, можно заполучить совершенно разными путями. Один из них, как раз мой!

Усмехнувшись собственному отражению, еще раз проверила, насколько хорошо подобран образ, и, убедившись в том, что нет ничего отвлекающего внимания, от моей природной красоты, вынесла вердикт: «достойна!». Вот так я могла часами размышлять над выбором платья, а потом за десять минут собраться в то, что первое под руку попадет. И в любом случае никто не сможет отвести взгляда от меня. Даже в свои далеко не юные годы, я могла похвастаться таким объемом мужского внимания, что муж показывал всем браткам конструкцию из трех пальцев и говорил, что его жена и в восемьдесят будет выглядеть получше их молодых куриц.

Любовь у нас с мужем была какая-то космическая. Словно два воедино связанных конца веревочки. Идя по жизни, рука об руку, мы никогда не думали расставаться. Правда, кто-то решил иначе. И теперь я в совершенно чужом мире, а он уже на кладбище. Как-то невесело закончилась сказка. Растворяясь в море человеческой жестокости и ненависти. Супруг не был идеалом невинного агнца, но он был человеком, живущим по понятиям и держащим свое слово. За что его уважали все, даже коронованные и те приглашали на совместные посиделки.

Лезть в их дела я не лезла, но знала, что между мной и шансом подняться в элиту, муж выбрал меня и шанс на семью. Не стал он проверять, какого же будет получить всю благосклонность преступного мира. За что его еще сильнее зауважали. Откажись он от собственных принципов и поведись на поводке у сильных и влиятельных, прищучили бы его как котенка. А так он показал им, что у него есть опара в виде семьи и за нее он любого порвет на британский флаг. Может, я и стала его слабостью, но в то же время вложила в руки самое сильное оружие.

Тряхнув головой, отогнала от себя призраков прошлого. Сейчас уже ничего не изменить. Мы прожили с ним счастливую жизнь, не жалея ни об одной секунде вместе. Так что я не буду думать о том, что можно было бы что-то сделать не так, как было. Зачем… Если все, к чему я шла – была счастливая и беззаботная жизнь. Мы давали друг другу то, что требовалось, и никогда не хотели поменять в собеседнике его стремление. Мне нужны были деньги, ему человек, который не предаст. До самой смерти я сохранила каждый из его секретов…

Теперь же я была готова начать строить свою судьбу с самого начала. Опять кирпичик за кирпичиком выстраивая все, что должно быть в моем окружении. Как бы сложно мне ни было, я не имею права сдаться. Среди вороха книг и документов лежит пистолет, единственное, что у меня осталось от той, теперь кажущейся нереальной, жизни. И витая гравировка по стволу напоминала обо всем и внушала мне надежду на «долго и счастливо». «Ты всегда останешься моей малышкой» — такую, кажется, сопливую фразу сделал супруг, когда на первую годовщину подарил мне его.

Не раскисать! Приказав самой себе быть на высоте, я все же поднялась из-за стола, еще раз оправила платье, приподняла грудь и натянула на лицо милое и наивное выражение. Идиоткой я никогда не была, а вот отыгрывала такую роль на отлично. Жизнь криминальной жены научила меня многому. Особенно тому, как качественно вешать лапшу на уши и давить на жалость. Ведь сдохнуть возможностей у меня было предостаточно, а жить хотелось. Вот и пришлось учиться выживать. Не думала, что и тут мне пригодятся эти навыки. А жаль, я просто хотела жить…

Глава 10

Из комнаты я вышла с твердой уверенностью в том, что земля может в ад провалиться, но я исполню все, что было запланировано. Отыскать кабинет герцога можно не только самостоятельно, а еще и с помощью слуг. Теперь осталось выловить первого попавшегося мимоидущего и озадачить его столь важной стратегической задачей, как поиски рабочего кабинета. В том, что он сейчас там, я не сомневалась. Борджильда столько страниц чернилами перепачкала в ярости описывая, что отец ее на пушечный выстрел не подпускает к кабинетам высоких герцогов и важных чиновников.

Усмехнувшись собственным мыслям, нашла-таки служанку, которой и было велено сопровождать меня к герцогу Элену. Девица попыталась что-то мне возразить, но звонкая пощечина быстро примерила ее с реальностью. Моей репутации ниже падать некуда, а тратить драгоценные девяноста часов на тупую идиотку, не желающую слушать приказы, я не собиралась. Стать святошей можно будет и потом, сейчас с радостью и в злодейках похожу, ничего страшного от этого не произойдет.

Чем ближе мы были к месту назначения, тем отчетливее я понимала, что готова броситься в темный омут с головой, еще и завязав при этом глаза. Никто не мог мне гарантировать, что Делехан просто не прикидывается пай-мальчиком для каких-то своих целей. Такой вариант я до конца не скидывала со счетов. Все же чему меня жизнь научила – так это не доверять никому до конца. В любом, даже самом хорошем человеке всегда найдется место для гнильцы. Никто не святой, увы и ах, это закон человеческого общества.

А я оказалась в ловушке между молотом и наковальней. И готова пойти по головам ради того, чтобы сохранить собственную жизнь. Винить себя или еще кого-то я не собиралась. Таков закон выживания, и если они этого не понимают. То мне искренне их жаль. Сейчас, стоя перед дверью, одной из сотни совершенно одинаковых в этом замке, я твердо была уверена. Ради своего спасения я пойду и не на такое. Это то, что я запомнила раз и навсегда. Если хочешь выжить – сражайся всеми доступными способами, не обращая внимания на мораль и нравственность.

Даже не утруждаясь стуком, я медленно вошла в комнату. Обстановка напомнила мне чем-то мой собственный кабинет. Дерево и стекло, все темных, но не мрачных тонов и самое главное отсутствие всяких безделушек. Ничто не должно было отвлекать от работы. Подсчет книг, дело ответственное, и руководить тут можно было только железной рукой. Подвести супруга в таком ответственном деле я бы не посмела, вот и выкинула в ближайшую мусорку все статуэтки, фоторамки и прочую дребедень, расставленную дизайнером.

— Вы что-то от меня хотели, ваше высочество, — более сдержанно проговорил мужчина.

— Признаться честно, я шла сюда без особой цели, — посмотрела я на собеседника за столом. — Но сейчас у меня созрел один весьма гениальный план. Помните, наш вчерашний разговор о том, что я хотела навредить, кронпринцессе? Мол специально подговаривала людей из другой страны обесчестить ее и тем самым лишить прав на трон. Так вот, мне эта идейка пришлась по душе, но я решила внести в нее кое-какие коррективы на свой вкус.

— Я не позволю навредить Хизаль, — сжав руки в кулаки, рыкнул рыжик.

— Ой, да сдалась мне эта идиотка, — пропев я медленно поплыла к столу. — Прошу, не упоминайте ее имя в одной со мной комнате. Сейчас все, что мне нужно – это вы. Точнее, та штука, которую вы не позволили мне рассмотреть на банкете. О, не стоит так пугаться, обещаю быть с вами самой послушной девочкой на свете, конечно, если вы не согласитесь на мое доминирование. Тогда обещаю сделать так, чтобы у тебя из головы вымелись все мысли до конца этого дня.

Медленно стараясь не спугнуть свою жертву, я приближалась к рабочему столу, и пока собеседник не успел очухаться и понять, что к чему, начала воплощать свой план в жизнь. Пусть сама столешница была шире, чем у стола супруга, проделать отработанный годами фокус оказалось намного проще, скорее всего, помогло то, что мне снова двадцать, а гибкость от йоги вернулась в эластичные мышцы и суставы. Вот и вышло все настолько идеально и замечательно, что я сама поразилась тому размаху, с которым это проворачивала.