Кристина Майер – Никуда от меня не денешься (страница 8)
— Самсон?.. — Вага нервно растирает лицо, словно ему резко начала мешать щетина. Отходит на шаг.
Лопоухий оттягивает край футболки, видимо, ему перестало хватать воздуха. Ян смотрит только на меня. По моим щекам текут слезы. Я не смогу словами выразить степень моей благодарности.
— Мы не знали, что это твоя знакомая… — Кот поднимается с дивана, косится на главаря.
— Это моя девочка. Моя… девочка, — чеканит каждую букву.
— Бля!.. Самсон… Мы не знали. Телка Ваги сказала…
— Заткнись! — обрывает Вага Лопоухого. — Самсон, косяк с нашей стороны. Мы готовы…
— Не уверен, что вы готовы, — обрывает Ян Вагу. Его спокойный, холодный тон голоса нагоняет страх. Губы кривятся в такой ухмылке, что оскал волка покажется милой улыбкой.
Происходящее дальше — кровавое представление. Самсонов докуривает сигарету. Выбрасывает окурок, который летит прямо в лицо главарю. Тот, если и хотел что-то сказать, не успел. В следующую секунду о его голову разбивается табуретка. Никто из них даже среагировать не успевает. Вага падает на пол словно подкошенный. Его голову и лицо заливает кровь.
Мне не хочется, чтобы Ян стал убийцей, но по тому, как хладнокровно он действует, понимаю, что остановить его не смогу.
— Самсон…
— Самсон… — одновременно начинают умолять дружки Ваги. Отступая назад, осматриваются.
— Закрой глаза, — приказывает мне. Ждет, когда я подчинюсь.
Зажмуриваюсь, прикрываю глаза ладошками. Звук удара, громкий стон, мат…
Глухие хлесткие звуки наполняют пространство тесной комнатки. Не могу сидеть в неведении. Через пальцы наблюдаю за происходящим. Не используя подручных средств, Ян наносит удары кулаками. Вздрагиваю, зажмуриваюсь и снова подглядываю. Превращая лица в кровавое месиво, Ян не останавливается, не реагирует на мольбы. Костяшки его рук разбиты в кровь, но он продолжает наносить удары моим обидчикам.
Стены и полы забрызганы кровью. Под Вагой целая лужа…
— Ян, не надо, — тихо произношу, убирая руки от лица.
Странно, что он услышал. Замер, сидя на Коте с занесенным кулаком. Нанес еще один удар, вызвавший жалобный стон. Резко поднялся на ноги, втянул громко воздух через нос.
— Их забирать? — прозвучало от двери. Неожиданно было услышать еще один знакомый голос. Не заметила, как в доме появилась охрана Самсоновых.
— Забирайте. И привезите туда телку Ваги, — произнес Ян, отходя от избитых парней, которые пытались подняться, опираясь о стену. Кот бросил на меня умоляющий взгляд, когда Игорь тащил его к выходу. На их лица было страшно смотреть.
— Куда их? — спросила Яна, который до сих пор стоял ко мне спиной. — Зачем тебе Василиса? — я не знала, что задумал Ян, а он не ответил. Я не испытывала к ней жалости, прекрасно понимала, чем ее месть могла обернуться для меня.
Когда парней утащили, мы остались одни. Ян вновь закурил. В этот раз я не чувствовала леденящего душу страха. Его движения были быстрыми и нервными, словно он дал волю обуревавшим его чувствам, а теперь хотел взять их под контроль.
— Мы поехали, — заглянул предупредить Игорь.
— Спалите потом тут все к х… — зло произнес Ян, отбрасывая недокуренную сигарету, которая прилетела в закопченную кастрюлю. Повисла долгая вязкая пауза, которая била по натянутым нервам.
Сидя на краю дивана, забрызганного каплями крови, я поправляла на себе разорванную одежду. Пыталась хоть как-то соединить края рубашки, запихать их за пояс юбки. Замечаю, когда Ян оборачивается. Застываю, глядя на него. Он медленно подходит, подбирает с пола мои порванные белые трусики, запихивает в задний карман брюк, не объясняя свои действия. Его взгляд до сих пор не стал прежним, но в глазах стало меньше темноты.
— Я отвезу тебя домой, — присаживаясь передо мной на корточки, произносит он. Убирает за ухо прядь растрепанных волос. Я замечаю, что его руки, покрытые кровью, дрожат. — Я впервые познал чувство страха. Мне не понравилось, — стирая слезы, что бегут по моим щекам. — Не пугай больше.
Голос не слушается, ничего не могу сказать. Ян бережно проводит подушечками пальцев по синякам, которые украшают почти все мое тело. Когда он касается лица, я морщусь, а он сильнее хмурится. Такое ощущение, что запоминает каждый синяк, чтобы отомстить за причиненную мне боль.
— Больше никто не посмеет к тебе прикоснуться, — подтверждает мои мысли. Я начинаю рыдать. Так важно чувствовать себя защищенной. Ян садится рядом, перетягивает меня к себе на колени, нежно прижимает к себе. Поглаживает по спине, целует в макушку, висок. Я медленно успокаиваюсь. Начинаю чувствовать боль во всем теле.
— Не хочу, чтобы ты здесь находилась, — Ян подхватывает меня на руки, выносит из дома. Я пытаюсь придержать юбку, которая наверняка оголила бедра. Самсонов никак не реагирует на мои действия, он словно погружен в свои мысли.
Вокруг ни души. Ян усаживает меня на переднее пассажирское сиденье.
— Я отвезу тебя домой…
Сейчас начнутся расспросы, истерика мамы. Ловлю себя на мысли, что хотела бы пережить эту боль рядом с ним. Вот так одно происшествие может сблизить совсем разных людей…
Глава 11
Ян
Сердце крошило ребра в груди от страха за девчонку. Не помню, чтобы когда-нибудь испытывал что-то подобное. Даже когда вылетал на встречку на скорости двести двадцать, а на меня летел КамАЗ. В тот момент я был спокоен, а тут посыпалось мое хладнокровие.
Выбегаю из особняка, прыгаю в тачку. Охрана реагирует, открывает ворота. Крикнул ребятам, чтобы двигались за мной. Рванул к школе, там можно получить нужные мне ответы. На дороге валялись вещи Ники, не стал останавливаться, они не помогут мне ее найти.
Ника умница, дала направление, в котором ее нужно искать. Время шло на минуты, нужно было торопиться. Вага — отморозок, держащий в страхе все селение. Мы пересекались несколько раз с ним и его шестерками-наркошами. Я сам не святой, но есть вещи, которые никогда не совершу.
Вага знает, что, если мне перейти дорогу, я отключаю тормоза. Последняя наша встреча на трассе закончилась тем, что он месяц провалялся в больнице, а я лишился классной тачки и отцовской поддержки на полгода.
У школы стояло несколько пацанов лет пятнадцати. Сопляки. Я их не знаю, хотя, возможно, знаком со старшими братьями или сестрами. Во время каникул мы часто таскаем местных девчонок на наши вечеринки. С парнями последние годы не контактировали, хотя раньше часто устраивали различные соревнования.
Как-то мы с ребятами наделали здесь много шума — передавили гусей во время гонки. Все мы тогда были несовершеннолетними и бухими в хламину. Потом еще о много чего происходило, но та история до сих пор на слуху.
— Самсон…
— Самсон… — шепчутся парни. Знают, значат.
— Пацаны, нужна инфа, — вытаскиваю пару крупных купюр из кармана, протягиваю через окно. — Где обычно собираются местные нарики? — пацаны должны знать все их пятачки. Имя Ваги специально не упоминаю, они тогда ничего не скажут. Побоятся расправы. — Быстро, быстро! — тороплю, мне некогда играть в гляделки. — Если не знаете, спрошу у других, — убираю бабки.
— За универмагом, знаешь, где Старый живет? У него часто собираются… Еще у болота, там прогнившая сторожка лесника, — перечисляют ребята, а я прикидываю, куда ехать искать в первую очередь.
— На отшибе в последнее время тусуются, там заброшки стоят, — вмешивается второй. — В крайнем доме там ведьма жила… — он резко смолкает, получив тычок в бок от друзей.
— А ты кого-то конкретно ищешь? — прищурившись, смотрит на меня один из них.
— Спасибо, пацаны, — бросаю им деньги. Нажимаю на газ, срываюсь с места. Я сразу понял, о каком доме идет речь, вся округа слышала о той ведьме. Страшилки до сих пор, наверное, ходят по селу. Мы на спор ночью лазили в тот дом, надеясь встретить ее призрак.
Выезжаю на нужную мне улицу. Дорога убитая, но я не снижаю скорость. Мне звонит отец. То ли Алиса его предупредила, то ли охрана, которая меня потеряла.
— Ты где? — интересуется он.
— На окраину села еду.
— Сам не лезь. Ты не знаешь, сколько их человек, если ли у них оружие… — успевает сказать, прежде чем я сбрасываю разговор. Сейчас мне похрену, сколько их. Вижу машину возле того самого дома. Резко торможу метров за сто. Услышат, что к дому подъехала тачка, могут встретить. Вылетаю из салона и спешу туда.
Слышу крики Ники. Они не видят, что я вошел. А у меня темнеет в глазах от увиденного. Маленькую хрупкую девочку раздирают три урода. В глазах кровавая пелена. Мое нутро требует их крови. Взгляд цепляется за нож на столе. Если дам волю чувствам, не остановлюсь.
— Не помешал? — в голове шумит кровь. Хорошо, что в кармане остались сигареты и зажигалка. Прикуриваю, глубоко затягиваюсь. Это должно удержать мое сознание…
Остальное помню вспышками: Вагу, поднимающегося с Ники. Ее глаза, полные страха, боли и слез. Если они сломали мою фарфоровую девочку, я отниму жизнь у каждого из них. Вот Вага застегивает ширинку на неопавшем члене...
Ника говорит, что я успел, но меня это мало успокаивает. Если бы я задержался на минуту…
В моей голове туман, перед глазами кровавое марево…
Вага, лежащий в луже крови. Но мне мало его крови. Хочу видеть боль, страдания… Я верхом на его друге наношу удары кулаком по разбитой морде. Третий валяется где-то рядом…
Тихий голос Ники врывается тонкой мелодией в мое замутненное яростью и агрессией сознание. Не желая напугать ее еще больше, я останавливаюсь. Замечаю людей отца в дверях. Приказываю увезти отсюда этих мразей и спалить дом дотла.