Кристина Майер – На нее запрет. Дочка Шаха (страница 16)
Как же сложно было удержаться и не сорваться на оставшейся дистанции. Я завершила круг на черепашьей скорости, а на коже все еще ощущала скорость полета. В крови гулял адреналин.
Он все видел…
Мой восторг мигом улетучился от холодного жесткого взгляда Левы. С губ сползла улыбка. Хорошо, что он ее не видел, потому что я не сразу сняла защитный шлем. Бессонов спокойно направлялся в мою сторону, но это спокойствие было показным, словно затишье перед бурей.
У меня было ощущение, словно резко похолодало, тело покрылось мурашками. Наивно было полагать, что Бессонов не станет придирчиво присматриваться к моим действиям.
Вздрогнув под его потемневшим злым взглядом, я готова была трусливо ретироваться в раздевалку, но боюсь, он меня и там достанет. Вряд ли его остановят двери и замки.
Лева молчал. Подавляя своей энергетикой, возвышался надо мной, словно башня. Рядом с ним я чувствовала себя маленькой и хрупкой. При желании он может легко меня переломить. Молчание затягивалось, давило на совесть и вызывало страх. Сердце билось с перебоями.
Лучше бы он кричал.
— Не молчи! — не выдержав давления, выпаливаю зло. Наверное, мой страх и эмоции стали катализатором к последующим действиям.
Подняв руку, Лева впутал ее в мои волосы и сжал затылок. Желваки дернулись на его лице. Сложно смотреть в глаза Бессонова и оставаться равнодушной. Думала, сорвется и начнет кричать…
Я успела схватить ртом воздух раньше, чем властный жесткие губы впились в мой рот. Бессонов наказывал меня. Весь гнев, что я вызвала своим поступком обрушил на мои губы. Казнь за непослушание, за то, что посмела опять рискнуть.
Я не могла оценить его поцелуй. Лева умышленно причинял боль, давал почувствовать обуревающий его гнев. Он выбрал действенный способ наказания. Нашел точку выплеска своих эмоций, а мне хотелось ударить, укусить его. Лева будто разрушал что-то дорогое и бесценное своими действиями, но я никак не могла понять, что именно он разрушает.
Пальцы, впивающиеся в кожу на затылке, ослабли, принялись массировать, словно извинялись за причиненную боль.
Поцелуй изменился. Ушла жесткость и злость. Поцелуй не был мягким или нежным, он был горячим, страстным. Меня целовал не мальчик, а опытный мужчина. Губы ожили под его натиском.
Язык Бессонов властвовал в моем рту, заставлял отвечать на страстные выпады. Он утверждал свою власть, покорял, разжигал пожар в моем теле. Я пьянела от его губ. Из руки выпал шлем и ударился об асфальт, но это все проносилось фоном.
Внизу живота сжимались мышцы, я словно горела внутри. Мешала одежда, которую хотелось скинуть. Прижимаясь к Леве, я растворялась в чувствах и ощущениях. Вдыхала его мужской терпкий запах разогретой солнцем кожи.
Это был мой первый, первый взрослый настоящий поцелуй…
И так же, как он внезапно случился, точно так же он оборвался. Я была против, я хотела возразить и даже потянулась к его губам, но Бессонов, понимая мой порыв, прижал голову к груди спрятав лицо на своем плече. Я слышала, как бьется его сердце, мое тоже билось громко и часто.
— Иди переодеваться, я отвезу тебя домой… - его голос звучал непривычно низко.
— Извини, что я нарушила запрет, — сама не знаю, почему начала извиняться. Появилось ощущение, что он больше не станет меня тренировать. — Обещаю, это было в последний раз…
- Ками, ты не готова к скорости. Ты тащишься от адреналина, на байке ты его еще не скоро испытаешь. Эти ощущения можно заменить, - произносит он, поддевая пальцами лицо, поднимает так, чтобы смотреть в мои глаза. – Сексом…
Глава 28
Камилла
Одно дело думать и представлять себя в постели с Бессоновым, совсем другое – слышать, что мысли наши сходятся. Мне кажется я в жизни так резко не краснела. Хотя и не могла видеть себя в зеркало, но я явно чувствовала, что мое лицо пылает. Наверное, похожа сейчас на вареного рака. Наблюдая мое смущение, Бессонов пытается скрыть улыбку, чем вызывает злость. Я для него маленькая, неопытная смешная девчонка.
Вот заговорил он о сексе для чего? Чтобы наказать?
- Ты предлагаешь мне заняться сексом? – голос почти не дрогнул, спасибо злости, что вытеснила смущение. По взгляду Бессонова можно было понять, что мое «предложение» его заинтересовало. Воспринял на свой счет. Как бы ни так. – Благодаря тебе я осталась без парня, а поиск нового займет время. Хотя, есть у меня на примете один молодой доктор… - провокация чистой воды, мне просто хотелось смыть выражение превосходства с его лица.
Шаг, что нас разделял, не мог спасти от мгновенной кары. Превосходство с его лица исчезло, только меня это не радовало, взгляд Левы горел таким бешенством, что мне хотелось бежать от него. Только невозможно вырваться из железных тисков, коими стали его пальцы, сжимающие мои плечи.
Втянув громко воздух через нос, он холодным голосом процедил:
- Заниматься сексом ты будешь только со мной! – в его голосе столько уверенности, что я теряюсь. Если раньше я воспринимала его слова, как флирт, сейчас стало абсолютно понятно, Бессонов настроен серьезно. – Не делай меня убийцей, Ками! Даже находясь в тюрьме, я не позволю никому к тебе приблизиться, ты только моя, - он стоит и смотрит мне в глаза, а у меня руки леденеют.
Он не шутит. Меня пугает его одержимость, но в то же время я ощущаю незнакомый трепет. Наверное, я дура, но мне доставляет удовольствие осознавать, что Бессонов меня присвоил. Нагло, дерзко, жестко.
- Я не твоя, Лева, - сдаваться сразу я не собираюсь. Привык, что девчонки за ним бегают. Я не буду.
- Ками, я даю тебе время насладиться свободой, - руки на моих плечах расслабляются. Все еще удерживая, он уже не делает мне больно. – Привыкай к мысли, что будешь моей.
Он мне, конечно, нравится. Даже больше, чем просто нравится, но терпеть властные замашки, я не буду.
- Ты не думал, что я сначала должна тебя полюбить? - отхожу от него на два шага, его ладони соскальзывают с моих плеч, Лева позволяет мне отойти. Встаю в закрытую позу – скрещиваю руки на груди и жду его ответа.
- Хотя своего патлатого ты не любила, меня полюбишь, - с уверенностью. Злит его непробиваемость.
- Не знала, что чувства возникают по твоему щелчку пальцев.
- Я никогда не бросаю пустых обещаний, Ками, - на губах легкая улыбка. А теперь иди переодевайся, я буду ждать тебя возле машины, - он уже принялся расстегивать костюм прямо при мне.
Не хочу проверять есть у него под костюмом что-нибудь или нет, спешу в раздевалку.
- Мой папа не позволит тебе встречаться со мной, - кричу не оборачиваясь. Мне кажется, я нашла прекрасный довод остудить его пыл. Хотя в душе я буду сожалеть, если Лева отступится от меня.
- Предоставь мне самому решать вопрос с Маратом, - прилетело мне вдогонку. Я сделала вид, что не услышала.
Приятное возбуждение сопровождало меня все время, что я провела в раздевалке. Я радовалась словно девочка-малолетка, что лучший парень района будет ухаживать за мной. Хотя об ухаживаниях он ничего не говорил…
Бессонов стоял у машины. Прислонившись спиной к водительской двери, он курил. С виду Лева выглядел расслабленным. Ноги скрещены, плечи расслаблены, но глубоко затягиваясь, медленно выдыхал сизый дым, будто хотел успокоиться. Меня саму потряхивало от избытка эмоций.
Боясь выдать свои чувства, я несколько раз глубоко вздохнула, только потом приблизилась к машине.
- Садись вперед, - будто прочитав мои мысли, а я ведь еще не дошла до задней двери. Ничего не говоря, села на переднее пассажирское сидение.
Закончив курить одну сигарету, Лева затянул вторую. Красиво откидывая голову назад, он выпускал дым. Я смотрела на его губы и вспоминала, как они меня целовали…
Я не должна об этом думать!
Выкинув недокуренную сигарету, он сел в машину, но заводить мотор не собирался.
- Поехали на озеро?..
Глава 29
Камилла
Предложение Бессонова прозвучало настолько неожиданно, что я растерялась с ответом. Первым желанием было отказать, причем панически выкрикнуть: «Нет!».
После разговоров о сексе, я должно быть полная дура, что вообще рассматриваю перспективу остаться с ним наедине и практически без одежды. Сердце колотится в груди предвкушая еще одно мое безумство.
- Сейчас? – вот чувствую, что не нужно этого делать, но меня так тянет к Бессонову, что ничего не могу с собой поделать. Заводят все эти провокации, флирт, поцелуи, наши разговоры и ссоры. Надеюсь, Лева знает, что делает, потому что я не очень понимаю, к чему все это приведет.
Поездка на озеро вдвоем – грань, которую не стоило бы переходить, но ведь так хочется: поцелуев, ласк, интимности. У меня в солнечном сплетении от волнения так печет, что больно.
- В любое время, когда захочешь, - спокойно поизносит Лева. Он смотрит перед собой, кажется, что в отличие от меня Бессонов полностью спокоен и расслаблен.
- Мы будем там только вдвоем? – затаив дыхания жду ответа. А сама себе честно признаюсь, что представляю на берегу только нас двоих.
- Тебе нужны свидетели? – повернувшись ко мне лицом. В уголках губ прячется улыбка. Я слышу в его вопросе вызов, а еще там скрыт тонкий намек, который заставляет мое сердце учащенно биться.
- У меня запрет на встречу с друзьями, запрет на любые развлекательные мероприятия, ты же знаешь, - произношу я, но в душе жду, что он придумает, как обойти запреты.