Кристина Лин – Игрушка для Шакала (страница 12)

— Веди себя хорошо, — шипит Одаевский мне в лицо, — и я дам тебе все, чего ты только захочешь.

— Я хочу свободы, — чуть не плачу в ответ. — Отпусти меня!

— Нет! — рычит и резко отпускает меня.

Он рвано дышит, прикрывает глаза, пытаясь вернуть себе равновесие. Кажется, своим поведением я сильно его разозлила. Уже плевать! Все равно, я уйду от него. Рано или поздно, но уйду.

Одаевский выдыхает, открывает глаза. Не глядя на меня, хватает за руку и тащит за собой. Мы выходим из дома, садимся в машину. Я забираюсь на заднее сидение, а мужчина усаживается за руль. Так даже лучше. Пространства в машине и так мало для нас двоих. Еще не хватало, чтобы он сидел рядом!

— Пристегнись, — бросает мне через плечо.

Злить зверя мне больше не хочется. Поэтому молча пристегиваюсь. И только после этого, машина трогается с места.

Мы едем в полной тишине. Останавливаемся возле высокого здания. Мне и раньше доводилось тут бывать, это не первый такой выход в моей жизни. Только раньше я бывала на таких мероприятиях с отцом, а теперь с тираном в идеальном смокинге. Который, к слову, вышел из машины и, с видом галантного кавалера, открыл передо мной двери машины.

Мой убийственный взгляд был проигнорирован, и я решила, что уж как-нибудь в этот вечер мне нужно будет сыграть свою партию. Правда, пока не совсем понятно, зачем Шакал притащил меня сюда.

Едва мы входим в помещение, все замирают и смотрят в нашу сторону. Неожиданное внимание, когда куча пар глаз направлены на нашу странную парочку. Проходит минута, прежде, чем публика снова приходит в движение, словно отмирая. Сказать, что меня это удивило, — ничего не сказать.

— Почему нас так встретили? — шепчу Одаевскому на ухо.

Мужчина приобнял меня за талию, словно укутывая собой. И, кажется, сейчас я совсем не против его защиты. Ощущение такое, будто мы оказались в аквариуме со змеями.

— Задаешь много вопросов, принцесса, — шипит мужчина в ответ. Его рука, словно невзначай коснулась моего лица, прошлась по щеке в невесомой ласке.

Скосив взгляд, я смотрю на его ладонь, как на подкравшуюся змею.

— Обязательно меня все время трогать? — шепчу мужчине так, чтобы мог слышать только он.

Одаевский улыбнулся. Но не так, как обычно, а по-доброму, даже нежно. Настолько непривычно, что у меня даже челюсть отвисла. Это игра такая? Если да, то такого Шакала терпеть рядом гораздо проще.

— А ты как думала, принцесса? Для всего мира, теперь ты — моя невеста.

Мужчина притянул меня к себе, коснулся губами виска. Сердце ускорило бег в ответ на совсем невинные прикосновения.

— Будь добра, подыграй мне, — его шепот обжег кожу на виске, прошелся по щеке и осел пеплом внизу живота.

— А если я не стану тебе подыгрывать? — сглатываю, внезапно подкативший к горлу, ком.

— Станешь, — горячий шепот разгоняет по коже мурашки. Колени начинают мелко дрожать, я почти тону в ощущении сладкой и желанной близости.

— Иначе ты не проживешь долго, поверь мне, — заключает мужчина жестко, больно впиваясь пальцами в нежную кожу на талии, и напоминая о том, что переломить меня, как куклу, ему не составит труда.

Жаркий туман, окутывающий нас, рассыпался в одно мгновение. Меня так резко вернуло в реальность, что я, чуть качнувшись, едва устояла на ногах.

Оказывается, этот мужчина умеет быть не только гадом и ублюдком. Он очаровать, заставить подчиняться не под воздействием силы, а по собственной воле. И нужно признать, пару мгновений назад мне хотелось сдаться.

Это открытие рубануло по голове, как мечом. Мне и на ум не приходило представить его в другой ипостаси, а теперь в сознании внезапно мелькнул вопрос: сколько же женщин у него было? И, что-то мне подсказывает, что ответ на него введет меня в ступор еще сильнее.

Мужчина по-хозяйски устроил мою ладонь на своем локте и, как куклу, повел вглубь зала.

Я послушно следую за ним, пытаясь понять, что это только что между нами было. И что на меня нашло? Как вдруг, совсем рядом промелькнуло знакомое лицо.

Я сразу узнала этого мужчину. Не могла не узнать. Слишком давно и хорошо мы друг друга знаем.

Иван Сергеевич, начальник службы безопасности моего отца.

Он здесь. А это значит только одно — совсем скоро мне помогут бежать.

Глава 15

Что он здесь делает? Неужели, явился за мной?

Вероника, очнись! Конечно Иван Сергеевич тут только потому, что знал о том, что ты тоже здесь будешь. Нужно только выбрать удачный момент, улизнуть от Шакала и подобраться к безопаснику, который учил меня защищаться с детства.

Только сделать это оказалось не так просто. Одаевский, будто почувствовав, что я могу улизнуть, не спускает руку с моей талии. Словно приклеил ее кто-то там. Пару раз я пыталась аккуратно ее сдвинуть с места, но она неизменно возвращалась на прежние позиции. В итоге, не придумав ничего лучше, я сообщила, что хочу в туалет.

Одаевский посмотрел на меня, как на избалованного ребенка. Но, все-таки, отпустил. Я чуть не запрыгала от счастья, когда услышала его шепот у самого уха:

— У тебя пять минут.

И снова по коже рассыпались мурашки, будь они неладны! Сейчас не время так реагировать на мужчину. А на этого мужчину я вообще не должна реагировать, кроме, как желанием прибить.

Быстро удаляюсь по проходу из зала, выхожу в холл, прячусь за колонной.

Я знаю, что Иван Сергеевич заметил меня, и, наверняка, не спускал с меня глаз все это время. А, значит, он сейчас появится здесь.

Так и вышло. Через полминуты начальник службы безопасности Аралова появился в холле. Я тут же вышла ему навстречу, обозначая свое присутствие. Мужчина отвел меня в сторону. Огляделся по сторонам. И, только убедившись, что нас никто не слышит, заговорил:

— Вероника, наконец-то! Я уже думал, что никогда не увижу тебя!

Такой родной голос из моей прошлой жизни. С тех пор, как мы виделись последний раз, прошло около недели, а кажется, что промелькнула целая жизнь.

— Почему? Разве вы здесь не для того, чтобы забрать меня? — спрашиваю, схватившись за рукав его пиджака, как за соломинку.

— Вероника, — выдыхает он грустно, — все не так просто. Я не могу забрать тебя. Не могу тебе помочь.

Меня, словно холодной водой, окатило его словами. Все мои надежды разбивались вдребезги прямо сейчас, в этот самый момент. Окончательно и безвозвратно.

— Как это не можете? Мы можем уйти прямо сейчас! — мне не хочется верить, что единственный человек, который мог мне помочь, теперь предает меня.

— Нет, Вероника, ты должна остаться с Одаевским, — заявляет Иван Сергеевич, будто желая добить меня.

— Но почему?!

— Потому, что только он может защитить тебя!

В глазах плывет. Мне кажется, это какой-то сюр, этого просто не может быть. Какая-то альтернативная реальность, в которой человек, который всю жизнь занимался моей безопасностью, теперь открещивается от этой задачи и отправляет меня в логово врага.

Рука сама разжимается и рукав пиджака, который я до этого сжимала, выскользает из пальцев.

— Но я… я не понимаю…

— Вероника, послушай, — Иван Сергеевич сжимает мои плечи, чуть встряхнув, возвращает в реальность, — против твоего отца работал кто-то очень умный и хитрый. Я почти уверен, что его убили, хоть в результатах вскрытия и значится сердечный приступ. Слишком уж все ровно и складно вышло. И момент был подобран очень грамотно.

Его слова ложатся в мозг, но кажутся нереальными. Не может быть все это правдой, просто не может. Все то время, пока я «гостила» у Шакала, мне казалось, что стоит только выбраться из заточения, и все наладится. И что, даже, если отца нет в живых, мне без труда удастся найти союзников. А теперь Иван Сергеевич разбивал мой план, как хрустальный домик.

— Значит, вы не заберете меня? — мямлю, не в силах поверить в реальность происходящего.

Иван Сергеевич устало выдыхает.

— Нет, детка, я не смогу защитить тебя.

Внезапно он притягивает меня к груди, обнимает. Меня окутывает запахом его туалетной воды, который знаком мне с детства. И от этого кажется, что все невзгоды остались за границами его сильных рук.

— Послушай меня, малышка, — говорит мужчина по-отечески нежно, — ты должна оставаться с Одаевским. Сейчас только с ним ты в безопасности. У него хватит власти и возможностей защитить тебя.

— А как же холдинги отца? Я должна вернуться, я — наследница.

— В том и беда, что наследница. Слишком жирный куш, очень многие захотят убрать тебя. Пойми, все очень серьезно. И очень опасно. Только у Одаевского достаточно сил, чтобы спасти тебя.

— Он всем говорит, что я — его невеста, — жалуюсь мужчине, как маленький ребенок.

— Знаю, — звучит его серьезный голос, — так даже лучше. Пока тебе лучше оставаться его невестой. По крайней мере, до того момента, как я выясню, кто убил Аралова.

— Но компании моего отца…

— В офисе Аралова люди Одаевского, они все там заполонили и управляют всем. На том основании, что якобы Аралов собирался отдать все предприятия своему будущему зятю.