Кристина Корр – Алиса против принца (страница 8)
Вернулась обратно к книге и вытащила её. Пролистала несколько страниц, сканируя текст беглым взглядом и ухмыльнулась. А этот мир не так потерян. Оказывается, женщины всё же мечтают не только о том, как удачно выйти замуж и угодить своему благоверному.
Неизвестный автор сего занимательного опуса пишет, как мечтает вырваться из оков раболепия. Да-да, именно так пишет. Как мечтать стать кем-то более выдающимся, чем прислугой в собственном доме. Рассказывает о том, что хочет свободно высказывать своё мнение и трудиться на равных с мужчинами.
«Так зародился феминизм…» – лениво прокомментировал Павел и снова скрылся вглубь подсознания.
Твоё мнение никто не спрашивал, парировала мысленно и вернула книгу на место. Интересно, кто же автор? И можно ли вынести это творение из библиотеки?
Краем глаза уловила движение тени. Насторожилась.
Если бы не терпкий запах гвоздики, валялась бы я сейчас без сознания, но обоняние меня ещё ни разу не подводило…
Резко развернулась, перехватывая занесённую руку и с силой вывернула её, заставив нападавшую скулить от боли и извиваться…
Рука разжалась, а пахучая тряпка, предназначенная для меня, выпала. Отпихнула гадость ногой и заинтересованно склонила голову, разглядывая бледнокожую послушницу со светлыми косичками.
– Ну? И чего ты добивалась?
Из глаз послушницы брызнули слёзы. Перестаралась? Да, ладно, сжала ведь не сильно… чуть-чуть…
– Что здесь происходит? – звенящий голос неуравновешенной разрезал глухую библиотечную тишину.
Обернулась, выпуская девушку из хватки и широко улыбнулась.
За спиной неуравновешенной маячила Старшая, нервно поглядывая в мою сторону. А нападавшая подскочила и отпрянула от меня как от дьявола воплоти.
– Госпожа!.. – заблеяла эта овечка.
«Ну началось…»
– Сестра Алиса напала на меня! Она…
Господи, зачем же так неправдоподобно всхлипывать? Артистизма тебе, деточка, не хватает.
Но неуравновешенную не волновали актёрские данные её послушниц. Всё было подстроено «от» и «до», и я не уверена, что настоятельница не имеет к этому отношения. А вот кто-то точно поплатится рыжими косами…
Метнула в Старшую многообещающий взгляд, и как бы она не храбрилась, я видела страх в мутно-зелёных глазах.
– Алиса, – голосом судьи, что выносит приговор, произнесла неуравновешенная. А глазки-то блестят, плохо скрывая радость. – Как ты могла напасть на сестру-послушницу? Я вынуждена собрать совет для вынесения тебе должного наказания. Боюсь, комната «смирения» не подействовала на твоё испорченное сознание.
Мысленно закатила глаза и наткнулась взглядом на знакомый опус. Достала книгу и усмехнулась.
– Тайные желания Элизы, – зачитала вслух, следя за реакцией собравшихся. – Не знаете, кто автор? – подняла взгляд, встречаясь с настороженным настоятельницы. Она явно не ожидала подобного поворота. Но ещё больше не ожидала увидеть эту книгу вновь…
– Занимательное чтиво… – протянула, листая пыльные страницы. – Как оно попало сюда? Вы по нему обучаете послушниц? Автор очень вдохновлённо рассказывает о своих желаниях, о том, что подчиняться мужчинам – это…
– Замолчи, – сухо оборвала неуравновешенная. Глаза сверкнули гневом, а руки сжались в кулаки. – Дай сюда, – требовательно протянула ладонь, сверля меня уничтожающим взглядом.
Послушно протянула книгу, не теряя бдительности.
– Пройдём в мой кабинет, – уже спокойней велела настоятельница. Даже удивительно, куда подевался её визгливый тон. – Нэя, проводи Дарри на урок, и сама возвращайся в класс.
Послушницы, поклонившись покинули библиотеку, мне же ничего не оставалось, как догонять чинно удаляющуюся настоятельницу ? Как вообще заставить окружающих оставить меня в покое? С принцем бы разобраться…
Закрыв за мной дверь кабинета, настоятельница устало опустилась в кресло и потёрла виски.
Я переминалась, озираясь.
Настенные часы пробили полдень. Настоятельница тронула стрелку метронома. Цык. Цык. Цык…
Потёрла шею и вздохнула.
– Не понимаю, какой смысл натравливать на меня послушниц, пытаться сделать мне гадость или испортить репутацию, если принцу на неё глубоко плевать. Он всё равно на мне женится, даже если я буду трижды уродлива и пять раз инвалид, – вздёрнула бровь, ожидая реакции. Неуравновешенная задумчиво стучала пальцами по краю столешницы.
– Ты считаешь, я имею отношение к случившемуся? Это же ты ударила свою сес…
– Ой, да ладно, – отмахнулась, скривившись. – Вы же не пытаетесь меня убедить, что девушки, которые так боятся совершить провинность и мечтают удачно выйти замуж, будут рисковать по собственной инициативе? Они зомбированы, мне даже любопытно, как вам удалось так… прополоскать мозги несчастным.
– Ты забываешься. Дисциплина, Алиса… – цедит неуравновешенная, но уже не так смело. – Если ты невеста Его Высочества, то это ещё не означает…
– Так дело в нём? – снова перебила наглым образом. – В принце? Или… леди Дэлиан ваша родственница? Вы были так искренне расстроены, говоря о ней. Нет? Дочь?.. Ого… – тихо присвистнула, заметив, как глаза настоятельницы наполняются испугом.
– Я… тебя недооценила, – грудь женщины стала тяжело и часто вздыматься, словно ей трудно дышать.
Притворно улыбнулась в ответ и подошла к окну, открывая его.
– Что ты делаешь? – взвивалась она.
– Впускаю свежий воздух. Вам плохо, – произнесла ровно и отошла. – Все признаки гипертонии на лицо. Нельзя же так нервничать…
Настоятельница изумлённо захлопала глазами, беззвучно раскрывая рот.
– Послушайте, – вздохнула, садясь на стул. – Леди Луэр. Пытаясь мне навредить, вы лучше не сделаете и вашу дочь не пристроите. Принц разозлится, если узнает.
– У неё был шанс, пока не появилась ты… – деревянным голосом вымолвила настоятельница и дрожащей рукой взяла графин.
– Я появилась не по собственной воле, – возразила мягко, забирая графин. Взяла стакан и наполнила его. – Если хотите от меня избавиться, просто не мешайте мне.
Настоятельница недоверчиво прищурилась, но воду приняла и сделала несколько глотков.
– Я буду вести себя прилежно. Вы даже удивитесь насколько, – заверила, ангельски улыбаясь. – И я не сломаю рыжей руку и не вырву ей косы, как хотела, – добавила, обнажая зубы.
Стакан в руке настоятельницы дрогнул.
– Ты… – женщина сжала челюсти, видимо, не находя для меня подходящего определения. – Ты пыталась очаровать Его Высочество, почему я должна тебе верить?
– О, Боже… – пробормотала, закатывая глаза. – Ну где вы видели, чтобы так очаровывали? Я хочу вернуться домой, – отчеканила почти по слогам, глядя настоятельнице в глаза. – Вы можете меня убить, но принц… не женится на вашей дочери. Ему нужен наследник.
Настоятельница уткнулась ничего невидящем взором в угол и поставила стакан мимо стола. Он упал на мягкий ковёр, на котором тут же образовалась лужа. Вода быстро впиталась, оставив мокрый след.
– Я не хочу, чтобы кто-то знал о нашем разговоре. Не хочу, чтобы в пансионате узнали о том, что Дэлиан – моя дочь. Иначе…
– Намёк прозрачен, как утренняя роса. Я буду молчать, – примирительно заверила, поднимаясь. – И последний вопрос: почему Элиза? Вас так зовут или это творческий псевдоним?
– Нет. Полное имя Элаиза, но оно мне не о… – настоятельница осеклась, растерянно моргнув.
– Это я и хотела узнать. Всего доброго, госпожа Луэр, – низко поклонилась и выскочила за дверь, пока в меня не запустили чернильницей с пером.
Что мы имеем? Настоятельница, она же скрытая феминистка – автор «Тайных желаний Элизы», мечтающая удачно пристроить свою дочь.
Возможно, я не исключаю, у принца с Дэлиан действительно высокие чувства, а я тут причём? Вообще не причём, казалось бы, но наследник престолу очень нужен, а может даже важен для сохранения принцем власти. А наследник, почему-то у девушки без дара
Обхожу послушниц, пытаясь ухватить нечто важное. Какаю-то мысль…
Принц. Вот ведь загадочная личность… Ему, наверное, тоже непросто. Обязательства перед короной и народом. Его тоже не спросили с кем он хочет быть. Надо жениться на девушке с даром, значит надо. А он меня ведь знать не знает…
И хорошо. И пусть не узнает. И я не хочу. Не хочу узнавать его.
С этой мыслью остановилась посреди коридора, сознавая, что понятия не имею куда идти, где находится класс, и стоит ли туда вообще направляться.
– Чёрт… – протянула обречённо и развернулась обратно…
И шагу ступить не успела, как почти уткнулась носом в грудь молодого человека. Молодой человек держал полную корзину цветов, а на его губах застыла фарфоровая улыбка, словно кто-то тянет уголки его губ за невидимые ниточки.
– Миледи, – благоговейно протянул он и опустился на одно колено, протягивая презент.
Проходящая мимо послушница, чуть в стену не врезалась.