Кристина Генри – Хорошие девочки не умирают (страница 32)

Элли не верила своим ушам: Стив все еще хотел доказать, что Брэд никак не связан с произошедшим. Хотя, конечно, трудно поверить, что твой лучший друг – настолько мерзкий тип, размышляла она.

– Ты что, собрался идти по следам в чащу? – упрекнула его Элли. – Ты должен стеречь Мэдисон и Кэм и не выпускать их из виду, пока меня не будет.

Стив скривился.

– Но…

– Ты должен оставаться со мной, – сказала Мэдисон. – Иначе я уйду в дом и закроюсь изнутри, а ты делай что хочешь.

– Ты этого не сделаешь, – возразил Стив. – И вообще, в доме нет замков.

– Ну и что, – фыркнула Мэдисон. – Придвину к двери диван и оставлю тебя снаружи.

– С психопатом? – буркнул Стив. – Ничего себе у меня подруга.

– Ну все, хорошо, просто иди сюда, – сказала Элли. Она изо всех сил старалась говорить дружелюбным тоном, но ничего не вышло. – Мы все должны держаться вместе.

– Все, кроме тебя, – проворчал Стив. – Ты уходишь, бросаешь нас в этой дыре.

Элли открыла рот, чтобы возразить, но не успела: Мэдисон чуть ли не бегом спустилась с крыльца, схватила Стива за руку и потащила к двери.

– Чем скорее Элли уйдет, тем скорее вернется с помощью! – воскликнула Мэдисон, затаскивая его в дом. – Хватит уже болтаться тут и изображать из себя героя, пусть она…

Мэдисон резко остановилась в нескольких футах от порога, все еще держа Стива за руку. Элли протиснулась за ними. Ей хотелось закрыть дверь. Это было нелепо, но она чувствовала себя снаружи беззащитной, казалось, что за ними наблюдают, и она старалась не задумываться над тем, что действительно будет беззащитна после того, как покинет дом и пойдет через лес одна.

– Кэм? – Мэдисон говорила жалобным, дрожащим голосом.

– Какого хрена? – прохрипел Стив.

Элли растолкала их и заглянула в комнату. Мир сузился, как будто она смотрела в трубу. Края поля зрения заволокла тьма, и она видела только одно: кровь.

Кровь была везде, ее было так много; Элли с трудом верила в то, что столько крови может вытечь из такого маленького тела – да, Кэм казалась очень маленькой. Она как будто бы стала худее и ниже ростом, чем была при жизни. Лужа крови натекла на диван, багровый ручей стекал на пол, кровь была размазана по доскам, и эти пятна напоминали следы ботинок.

«Этого не должно было случиться, – думала Элли. – Убийца всегда приходит по ночам, пугает жертв в темноте. Он не убивает в доме, при свете дня, когда остальные находятся всего в нескольких футах от жертвы и ни о чем не подозревают».

А потом она подумала: «Он вовсе не боится нас. Ему плевать, где мы, день сейчас или ночь».

Элли сделала еще один шаг к Кэм, к ее невидящим остекленевшим глазам, к длинной алой ране на горле, похожей на рот, и подумала, что, наверное, ошиблась насчет Брэда. Существуют более безобидные и простые способы избавиться от девушки, с которой ты не хочешь больше встречаться. Для этого не обязательно ее убивать. Да, не было никаких сомнений в том, что Кэм мертва. Для этого Элли не нужно было проверять, есть ли пульс. Она видела разрезанные мышцы, трахею.

– Брэд не мог… – слабым голосом пробормотал Стив, как будто прочитав мысли Элли. – Брэд никогда бы не пошел на такое.

Элли оглянулась и увидела, что Стив побелел как мел и губы у него посинели. Он покачнулся.

– Он сейчас потеряет сознание, – сказала Элли, но Мэдисон не слышала ее: она начала кричать.

Стив рухнул на пол, словно все кости в его теле внезапно стали резиновыми. Как раз в этот момент Мэдисон развернулась и, продолжая вопить, выбежала на улицу.

– Черт! – выкрикнула Элли, переводя взгляд со Стива, лежавшего в обмороке, на открытую дверь. – Черт, черт, твою мать! Мэдисон!

Но Мэдисон не ответила. Ее пронзительные крики становились все тише с каждой секундой.

Элли боялась, что Мэдисон, охваченная паникой, убежит слишком далеко в лес и заблудится. С другой стороны, она не могла оставить Стива одного в доме, без сознания – он был легкой добычей для убийцы, который, очевидно, притаился где-то совсем рядом.

Да, он рядом. Он совсем рядом, прячется в лесу или даже…

Элли не додумала мысль до конца: ей на глаза попались кровавые следы, которые вели от тела Кэм в комнату, где недавно спали она сама, Мэдисон и Стив.

Дверь была закрыта, но это не означало, что внутри никого не было. Человек, зарезавший Кэм, вполне мог сидеть там, в комнате, и ждать, пока они в панике разбегутся в разные стороны, после чего ему не составит никакого труда перебить их по одному.

Произошло как раз то, чего он добивался. Любой человек, обладающий элементарной наблюдательностью, сразу понял бы, что Мэдисон сломается.

Элли помедлила – она чувствовала, что Мэдисон нуждается в ней больше, чем Стив, – но эта закрытая дверь казалась еще более зловещей, чем раньше. Ей чудилось, что она слышит дыхание человека, прятавшегося в спальне.

А если он выбрался в окно, обошел дом и подкрался к веранде? Вдруг он собирается напасть на нас со Стивом с той стороны – ведь Мэдисон, как нарочно, оставила дверь открытой.

У Элли зашевелились волосы на затылке. Она не хотела поворачиваться спиной ни к распахнутой входной двери, ни к спальне, в которой мог скрываться убийца. Но окна и двери были повсюду, окна и двери без задвижек и замков – как будто дом был специально построен таким образом, чтобы преступникам было проще проникнуть внутрь.

«Инсценировка», – подумала она снова, опускаясь на колени рядом со Стивом и переворачивая его на спину. Быстро осмотрев его, она не заметила никаких ран и повреждений. Элли довольно сильно тряхнула его за плечо. Издалека доносились вопли Мэдисон. Оставалось только надеяться на то, что она не вздумала ломиться через лес куда глаза глядят и побежала по дороге.

– Стив, – произнесла Элли и снова тряхнула его; при этом она невольно озиралась, чтобы убедиться в том, что они действительно одни. – Стив, ну давай. Очнись уже.

Стив негромко застонал, но глаз не открыл. В кино, если человек падал в обморок, его хлопали по щекам, лили ему на лицо холодную воду или (в исторических фильмах) подносили к носу нюхательную соль. У Элли не было при себе нюхательной соли (и кстати, что такое нюхательная соль? Ее вообще сейчас производят?), но холодная вода у нее имелась. Она поднялась с пола и бросилась к раковине.

Дверь спальни за спиной скрипнула.

Элли застыла, как ребенок, играющий в салочки. Она не хотела оборачиваться. Она не хотела видеть.

Ты должна посмотреть, идиотка. Ты что, собираешься стоять здесь и ждать, пока он тебя тоже убьет?

Длинный поварской нож лежал на кухонном столе всего в нескольких футах от Элли. Стив оставил его там после того, как приготовил завтрак. Они перестали бояться сталкера после восхода солнца. Казалось, что при свете дня они в безопасности.

Она прыгнула вперед, схватила нож и развернулась лицом к двери спальни.

Там никого не было. Только распахнутая дверь слегка покачивалась на сквозняке. Окно было открыто.

Возможно, убийца вылез в него. Или стоит за дверью, ждет, пока я войду в комнату, чтобы осмотреть ее, как дурочка.

Элли прислушалась в надежде различить скрип пола или шорох одежды, которые указали бы на присутствие убийцы. Но ничего не услышала – даже воплей Мэдисон.

Она слишком далеко убежала. Или с ней что-то случилось. Я должна была сразу догнать ее. Надо было оставить Стива здесь. Мэдисон мне дороже него, это правда, и пусть я плохой человек после этого.

Элли лихорадочно огляделась в поисках гигантской тени за занавесками. Но за окнами никого не было.

Может, он прячется совсем рядом, прижался к стене снаружи, между окнами. Ждет, чтобы я заорала, побежала в лес, сделала еще какую-нибудь глупость.

Элли медленно попятилась к раковине, сжимая нож в правой руке, и застыла, прижавшись к кухонному столу. Потом переложила нож в левую руку, кое-как нашарила за спиной стакан, наполнила его водой из-под крана. Все это время она напряженно оглядывалась.

Она видела Кэм, ее пустые мертвые глаза, лужу крови на диване. Она видела Стива, который лежал навзничь на полу в нескольких футах от входной двери.

Она видела распахнутую дверь спальни – и почему-то казалось, что оттуда за ней внимательно наблюдают чьи-то враждебные глаза.

Элли медленно двинулась к Стиву; стакан подрагивал в руке, часть воды вылилась на пол. Не наклоняясь, не сводя взгляда со спальни, она вылила воду на лицо Стиву. Элли была уверена, что убийца в любую минуту может появиться на пороге.

«В любую минуту», – подумала она, когда Стив фыркнул, откашлялся и сел.

– Что это было? – пробормотал он, протирая глаза.

– Ты упал в обморок, – сказала она не оборачиваясь. В любую минуту. – А у Мэдисон крыша поехала, она убежала в лес. Надо идти ее искать.

– Я упал в обморок? – недоверчиво воскликнул он. – Я?

– Да, ты. Не только девчонки теряют сознание, – бросила Элли, которую раздражал этот бред «настоящего мужчины». Она по-прежнему пристально смотрела на зловещую дверь. В любую минуту. – Ты можешь держаться на ногах? Идти можешь?

– Да, – ответил он, поднялся с пола и пошатнулся. – Черт, как-то я хреново себя чувствую.

Элли обхватила его за талию, пытаясь поддержать. Это было непросто, потому что он был примерно на фут выше.

– Может, тебе принести воды?

Стив посмотрел на свою мокрую рубашку.

– По-моему, ты мне уже принесла воды.

– Попить, – буркнула Элли, пытаясь одновременно следить за дверью спальни, не выпускать нож и не давать Стиву сползти на пол. – Знаешь, сейчас не время для шуточек. Кэм убили. Брэд исчез. Мэдисон убежала одна неизвестно куда. Даже если псих не нападет на нее, она может сломать ногу.