Кристина Генри – Хорошие девочки не умирают (страница 28)

– Мы должны сохранять спокойствие, – произнесла Элли, хотя никакого спокойствия она не ощущала. За эти несколько часов обстановка в доме накалилась, и несмотря на то, что она пыталась держать себя в руках, с каждым новым инцидентом это становилось все труднее.

Сначала это был безобидный сам по себе, хотя и жутковатый, стук в стену. Потом повредили машину Брэда.

Это происшествие все-таки не слишком испугало ее – да, неизвестный разбил стекла, разрезал шины, но все равно это можно было назвать розыгрышем, который зашел слишком далеко. Однако после того, как «шутник» залез в дом и каким-то образом вырубил Кэм, Элли взглянула на вещи иначе. Это было нападение.

«Хотя такое нападение мог организовать и Брэд», – подумала Элли. Ей не давал покоя тот факт, что все, кроме него, отключились в машине. И еще одно: только Брэд из всей компании не пил из «термоса» Стива.

Неужели Брэд подсыпал что-то в коктейль?

А теперь в окно прилетел кирпич, и Элли поняла: что бы они ни делали, какие бы предосторожности ни принимали, незнакомец без труда мог добраться до них. В этом доме им угрожает опасность.

«Брэд привез нас в уединенный дом среди леса, где никто не придет к нам на помощь, – размышляла Элли. – В дом без замков и задвижек, без соседей. Зачем?»

– Нет, я сейчас прибью этого ублюдка! – в ярости рычал Стив, сражаясь с Мэдисон. Его лицо покрылось красными пятнами. Он пытался оторвать пальцы Мэдисон от своего плеча, но она не отпускала бойфренда.

– Не ходи туда! Тебя убьют, – рыдала Мэдисон. – Может, Брэда уже убили.

– Может, Брэд все это и организовал, – заметила Элли. – Нет, Стив, ты никуда не пойдешь. Мы уже это обсуждали.

– Можем все вместе пойти на улицу, если тебе так хочется соблюдать дурацкие правила из фильмов, – рявкнул он. – Но я набью морду тому, кто все это творит, даже если это Брэд. Особенно если это Брэд. А если Брэд ни при чем и тот, кто там шатается, напал на него, я набью морду этому козлу.

– Вот так люди и гибнут, – сказала Элли. – В реальной жизни. Вот посмотрите: один из нас пропал. Может, он ушел по своей воле, с какими-то нехорошими намерениями, а может, и нет; так или иначе, он исчез. Одна из нас лежит без сознания. Мы не можем допустить, чтобы с нами и дальше расправлялись по одному. Мы останемся в доме и будем держаться вместе. Тот, кто поджидает снаружи, пытается нас спровоцировать, чтобы мы разделились, вышли в лес. Он знает, что люди эмоционально реагируют, оказавшись в опасной ситуации, совершают иррациональные поступки. Поэтому мы не должны поддаваться на провокации.

– Я помню, что ты – единственная из нас, кто сдал этот поганый экзамен по основам психологии на первом курсе, но это не значит, что ты теперь специалист-психолог, – отрезал Стив. – Может, если я выйду наружу, этот гад испугается и свалит, или я его поймаю и навешаю ему, и на этом все кончится.

– Не ходи, – хныкала Мэдисон, которая по-прежнему висела на Стиве, обхватив его руками и ногами. – Не надо, не надо.

– Она от тебя все равно не отцепится, так что хватит уже об этом.

Слова Стива немного уязвили Элли, и не только потому, что он упрекнул ее в зазнайстве. Она-то считала, что Стив на ее стороне. Однако оказалось, что в критической ситуации он все же подчиняется импульсам, а не голосу разума. Не следовало ждать от него многого. Да, Стив время от времени демонстрировал здравый смысл, но ведь, в конце концов, он был другом Брэда и всегда шел у него на поводу. А Брэд был неисправим.

Пока они разговаривали, Элли не сводила взгляда с разбитого окна, выходившего на веранду. Она сама не знала, что ожидала увидеть – руку с ножом, возникшую из тьмы? Человека в маске? Она невольно перебирала в памяти известные хорроры, любимые фильмы, которые пересматривала в безопасности, на своем диване, которые позволяли ей щекотать себе нервы безо всякого риска.

Снова послышался какой-то грохот, зазвенело стекло. Элли, Стив и висевшая на нем Мэдисон одновременно обернулись и увидели, что второе окно комнаты тоже разбито кирпичом. На этот раз Элли не заметила тени. Человек, бросивший кирпич, быстро отступил – а может быть, он прятался сбоку от окна, прижавшись к стене. Элли не собиралась проверять, так ли это.

– Да чтоб ты провалился! – заорал Стив, снова пытаясь отодрать от себя Мэдисон. – Нет, богом клянусь, я убью этого урода.

– Перестань, перестань, успокойся, – повторяла Элли. Наверное, никогда в жизни сердце у нее не билось так сильно – оно готово было разорваться. Элли буквально чувствовала, как оно трепыхается в груди. Ей хотелось сдаться, визжать, как Мэдисон, только ей не за кого было уцепиться. Элли была одна, и она была единственной, кто мог хотя бы предложить какое-то рациональное решение. Она испытывала сложные чувства по отношению к Кэм и Мэдисон, но ей вовсе не хотелось, чтобы с ними случилось что-то плохое. Элли сейчас отвечала за их благополучие.

«Это должен был быть веселый уик-энд с подружками», – подумала она и внезапно разозлилась. Разозлилась на Брэда, который испортил ей выходные, разозлилась на человека, который их терроризировал.

– Мы не будем выходить из дома до утра, – произнесла она холодным, отрывистым тоном. Мэдисон и Стив в изумлении уставились на нее. – Мы не будем делать то, к чему вынуждает нас этот человек, или люди, если их несколько. Мы будем сидеть здесь и ждать рассвета. В это время года солнце встает около половины седьмого. Сейчас у нас пятый час. Мы будем сидеть здесь, рядом, спина к спине, и следить за окнами.

– А что, если он попытается влезть в окно? – спросил Стив.

– Пока он лезет, можешь «набить ему морду». Мы наставили там стульев, поэтому в окно забраться будет не так просто, и он окажется в невыгодном положении, – сказала Элли. – И не надо играть по правилам. Это не матч по боксу и не шанс показать себя в выгодном свете перед ребятами из студенческого братства. Если он хочет забраться в дом, мы заставим его за это заплатить.

Она произнесла эту небольшую речь несколько громче, чем было нужно. Человек, притаившийся под окнами и ожидавший реакции на брошенные кирпичи, должен был ее услышать. Элли не собиралась становиться марионеткой в чужих руках. Она не собиралась поддаваться панике, вопить и бегать кругами по комнате и не собиралась позволять Мэдисон и Стиву вести себя подобным образом.

– Ну ладно, нормальный план, – сказал Стив. – Надо найти на кухне что-то типа оружия, чтобы отпугнуть этого чувака, если что. Детка, мне придется тебя отпустить.

Мэдисон затрясла головой.

– Только если ты пообещаешь не выходить из дома.

– Я же только что сказал, что согласен с планом Элли, – ответил Стив. – Я не побегу на улицу. Она права. Если там действительно кто-то есть, будет проще завалить его, когда он попытается забраться в окно. И плевать, пусть думает, что я трус.

Элли не была уверена, что ему действительно плевать, но обрадовалась просветлению, наступившему в мозгах Стива. Поведение Мэдисон зависело от него и его настроения. Однако Элли не считала, что от Мэдисон будет толк, если кто-то попытается залезть в дом. Ей необходимо было какое-то дело, что-то такое, что могло отвлечь от панических мыслей.

Стив осторожно поставил Мэдисон на пол, и она с неохотой разжала руки. Парень пошел в кухонный уголок, вытащил из подставки все ножи и достал из ящика длинные вилки для мяса.

– Слушай меня, – обратилась Элли к Мэдисон. – Если увидишь в окне человека, не отходи от Кэм, ясно? Ты должна защитить ее, потому что сама она не в состоянии себя защитить.

– Ну, я не знаю, – дрожащим голосом ответила Мэдисон. – Что я могу против здоровенного мужика?

– Стив, – окликнула его Элли. – В шкафу нет чугунных сковородок?

– Хорошая мысль, – сказал Стив и, опустившись на колени, заглянул в шкафчик под мойкой.

– Ты хочешь, чтобы я стукнула преступника по голове сковородкой, как в мультике? – с нервным смешком спросила Мэдисон. – В жизни разве так бывает?

– Она достаточно тяжелая, но ты вполне в состоянии ее поднять и размахнуться. Даже если он не отключится, боль будет адская. Бей по голове или по яйцам, – советовала Элли. – Твоя задача – выиграть немного времени. И потом, я не думаю, что тебе захочется втыкать в человека нож.

Мэдисон содрогнулась.

– Нет, только не это.

Элли никогда не думала, что способна на насилие, но, когда Стив подал ей нож и внушительную сервировочную вилку, она поняла, что без всяких колебаний ткнет в человека острым предметом в случае необходимости. Но только в случае необходимости. Она не собиралась проводить свой день рождения, закалывая людей направо и налево.

«До этого не дойдет», – сказала Элли себе, когда они устраивались на полу посередине комнаты спинами друг к другу. Мэдисон сидела лицом к Кэм и закрытым дверям спальни. Элли наблюдала за входной дверью, а Стив – за окном, выходившим на лес. К счастью, всю четвертую стену дома занимала кухня.

Время от времени один из них поднимался, чтобы взглянуть на Кэм, но она по-прежнему крепко спала, несмотря на ходьбу, шум и разговоры вокруг. Элли начинала по-настоящему волноваться. Что же это за наркотик такой? Ведь Кэм должна рано или поздно очнуться? Она же не может спать вечно!

Часы до рассвета тянулись медленно. Но ничего не происходило. Сначала Элли была напряжена, как натянутая струна, и готова была вскочить с пола при первых признаках опасности. Но чем дольше они сидели, тем труднее было оставаться начеку. Она поняла, что фильмы ужасов подготовили ее ко всему, кроме одного: скуки. В фильмах волнующие события следовали одно за другим, напряжение нарастало с каждой минутой. В жизни все оказалось совсем не так.