Кристина Генри – Хорошие девочки не умирают (страница 16)

Но она уже повесила трубку.

Глава седьмая

tyz7412: Значит, ты просто треплешься, а на самом деле ни хрена не можешь. Дура тупая, как все бабы

mysterybkluv: эй, потише, я думала, мы тут просто болтаем, развлекаемся

archieandnero: правда, какого хрена, чувак, отстань

poirotsgirl: согласна, это самое настоящее хамство

tyz7412: я хочу знать, может ли эта телка на самом деле раскрыть убийство или она только трепать языком умеет

mysterybkluv: господи да отвали ты уже от меня

tyz7412: Нет, я хочу узнать, сможет ли она найти убийцу быстрее полиции. Я хочу, чтобы ты это доказала

mysterybkluv: Я не обязана ничего тебе доказывать. Разговор окончен.

tyz7412: ты так думаешь?

Селия сунула телефон в карман. Она не собиралась больше общаться с Питом. Она уже получила подтверждение своей догадки: никакой он ей не муж, и девочка – не ее дочь. Селия своими глазами видела камеру, с помощью которой неизвестные наблюдали за ней. Одного она не знала: зачем все это, и ей уже надоел этот вопрос, который крутился в голове, как заезженная пластинка.

Вернувшись на рабочее место, Селия ощутила странное спокойствие. Она не планировала откровенный разговор с Питом, не собиралась выдавать себя, говорить о подозрениях. Это произошло само собой. Однако в тот момент ей показалось, что она приняла верное решение.

Но что же теперь делать? Я не могу вернуться домой, точнее, в дом, где, по их словам, я живу.

Может быть, вечером просто забрать из кассы все деньги, сесть в машину и уехать отсюда куда глаза глядят? По крайней мере, в другом городе она почувствует себя в безопасности – вдали от мужчины, притворяющегося ее супругом, от полицейского, который намерен повесить на нее убийство.

Ах да, не забывай о том, что поблизости бродит убийца. Ведь убийца всегда рано или поздно предпринимает попытку прикончить главную героиню.

Однако была ли она главной героиней этой истории? Это казалось весьма вероятным. Иначе зачем Пит лжет ей? Зачем в кухне ее ресторана установлена скрытая камера?

Возможно, и в машине у тебя тоже камера. Они без труда тебя выследят.

«Они». Почему-то Селия была твердо уверена в том, что существуют некие «они». Не один Пит строил козни против нее. На миг перехватило дыхание, горло сжал спазм. Кто-то желает ей зла – а скорее всего, не один «кто-то», их много, – причем безо всякой причины. Что она сделала? Какой поступок мог вынудить человека, группу людей, пойти на это, составить этот кошмарный, дикий, безумный заговор против нее? Неужели она причинила кому-то зло, убила кого-то?

Нет. Даже в нынешнем состоянии такое она бы вспомнила. В любом случае эта мысль была просто абсурдной. Селия не была убийцей. Она не способна намеренно причинить кому-то зло. Это было просто не в ее натуре – точно так же, как пробежки или интерес к нераскрытым преступлениям.

Она двигалась на автопилоте, выполняла то, что от нее требовалось, отвечала на вопросы и реплики Кэтрин. Официанты сновали туда-сюда, многие жаловались на то, что, несмотря на наплыв посетителей, чаевых больше не становилось, потому что люди – убогие жадные твари.

Селия готовила еду, сочувствовала официантам, но делала это механически. Все это время она напряженно размышляла, пытаясь разгадать загадку, пытаясь найти способ сбежать.

Дневная смена закончилась, началась вечерняя. Пит оставил ей двадцать два голосовых сообщения, но Селия не стала их слушать.

У тебя все получится. Читая детектив, ты всегда вычисляешь убийцу раньше главного героя-сыщика.

Она застыла, забыв о работе. Вот оно. Ответ нужно искать где-то здесь. Она любила книги. Любила детективы, любила разгадывать загадки. Она сможет разгадать и эту.

Нет, не то. Мне сказали, что у меня ничего не получится или что-то вроде того? Нет, не так. Мне сказали, что…

На этом мысль оборвалась, и Селия заскрежетала зубами. Эти смутные воспоминания уже чертовски надоели.

В кухню вошел Уилл с горой тарелок – точно так же, как вчера вечером. Напевая какую-то мелодию, он начал составлять их в мойку.

Мелодия показалась Селии знакомой – очень знакомой. Она была уверена в том, что слышала прежде, как ее напевает другой человек.

Из глубин памяти всплыло воспоминание: мужчина стоит перед мольбертом с кистью и палитрой. Художник вполголоса мурлычет тот же самый мотив.

– Eine kleine Nachtmusik[9], – произнесла Селия.

– Ага, мое любимое произведение, – ответил Уилл.

– Есть еще один человек, который обожает эту мелодию, – пробормотала Селия, обращаясь к себе.

Уилл выпрямился, вытирая руки кухонным полотенцем. Он смотрел на Селию со странным выражением, которого она не видела вчера. Этот взгляд был настороженным, внимательным. Возможно, ей показалось. Она уже с трудом отличала реальность от фантазий.

– Какой человек?

– Не знаю, – призналась Селия. – Может, Лайл Корриган.

Уилл фыркнул.

– Лайл Корриган – кретин. Он, наверное, даже не слышал о Моцарте.

– Возможно, он слышал про Моцарта пару раз, хоть и не в курсе, кто это такой, – возразила Селия. – А может, он нас удивит. Люди способны удивлять.

Уилл покачал головой.

– Мой опыт говорит обратное. Общаясь с людьми, я пришел к выводу о том, что они очень предсказуемы, что линия поведения человека не меняется, что он снова и снова повторяет свои ошибки. Поверь, люди не настолько интересны в этом смысле.

– Не знаю, – пробормотала Селия и взглянула на дверь черного хода. Ей представился нелепый розовый дом миссис Корриган. Она размышляла о старухе, об убийстве, в котором ее вполне могли обвинить, о детективных загадках, которые она обожала разгадывать. – Мне кажется, что большинство людей – очень, очень интересные существа.

– Желаю тебе не терять оптимизма! Лично я могу уверенно предсказать, что семья из пяти человек за моим столиком оставит чаевых на десять процентов от суммы счета и что дети большую часть спагетти размажут по полу и сиденьям.

– Так ведь это же интересный результат, по-моему, – рассмеялась Селия.

– Интересный, но ужасно предсказуемый, – ответил Уилл и ушел.

У Кэтрин был перерыв, и она вышла пробежаться по магазинам перед закрытием. Она вернулась через черный ход, нагруженная пакетами.

– Столько всего накупила! – воскликнула она, показывая пакеты. – Почти все с большими скидками.

– Здорово, – пробормотала Селия, едва слушая помощницу. Ей было не до покупок Кэтрин. Она задумалась о миссис Корриган, которую почти наверняка вчера увидела в первый раз, но которая, похоже, со страшной силой ненавидела ее, Селию. Если задуматься, эта ненависть была просто смешной. Едва ли возможно настолько возненавидеть человека из-за каких-то крыс. И еще Селии казалось, что вся эта история с миссис Корриган была каким-то образом связана с ее фальшивым мужем, с ее фальшивой жизнью и с камерами, установленными на кухне ресторана.

А миссис Корриган мертва. Не забывай об этом. Я не знаю, какая связь существует между всеми этими фактами, но одна женщина уже погибла, и я не хочу оказаться тем самым вторым трупом, который обнаруживают в середине книги.

Селия развязала фартук.

– Я выйду на полчаса. Справишься здесь без меня?

Кэтрин испуганно смотрела на Селию.

– Конечно, но куда вы идете?

– Есть одно дело, – неопределенно произнесла Селия. Ей не хотелось делиться своими догадками с Кэтрин. Она отнюдь не была уверена в том, что Кэтрин можно доверять. Она вполне могла быть заодно с Питом, Дженнифер и теми, кто следил за Селией с помощью скрытых камер.

Селия видела, что Кэтрин ждет ответа, но притворилась, что ничего не замечает. Она надела пальто, помахала и вышла через заднюю дверь, бросив:

– Скоро вернусь.

Интересно, что сейчас подумал наблюдатель, размышляла Селия. Может, и на парковке установлены камеры? А в ее машине? Она подавила желание поднять голову и осмотреть столбы с телефонными проводами. Если на каком-то из них и был прикреплен электронный «глаз», наблюдавший за ее перемещениями, сейчас она ничего не могла с этим поделать.

На парковке горел только один дежурный фонарь, неподалеку от мусорного бака. Уличные фонари находились довольно далеко, так что Селии пришлось идти в темноте. Ее снова поразила неестественная тишина. Посетители должны были выходить из ресторана после ужина и садиться в машины, но на парковке стояли всего три автомобиля: ее, Уилла и Кэтрин. Черри-лейн была пуста, Мэйн-стрит тоже словно вымерла. Ни шума машин, ни лая собак, ни оглушительной музыки из окон подростков. Не было разговоров, шагов, хлопанья дверей, которые обычно доносятся из магазинов и кафе. Как будто этот город был необитаемым – или в нем жили роботы, которые выключались с наступлением вечера.

Селия остановилась перед мусорным баком. Небрежно натянутая лента полицейского ограждения оборвалась и валялась на асфальте. Селии почему-то захотелось открыть бак и заглянуть внутрь – а вдруг еще кого-то убили и сунули туда тело, чтобы она его нашла? Но она приказала себе забыть о глупостях.

Это было бы уже слишком. Кроме того, в детективах между обнаружением первого и второго трупов обычно проходит какое-то время. А иногда вообще не бывает второго убийства; первое поглощает все внимание и время сыщика. И честно говоря, одного убийства больше чем достаточно.

Селия включила фонарик на телефоне и осмотрела асфальт вокруг бака. Она сама не знала толком, что ищет, тем более что вчера место преступления прочесала целая бригада криминалистов. Если на земле и остались какие-то улики, полиция наверняка их обнаружила и забрала.