Кристина Борис – Переворот (страница 12)

Вопли Маргариты были слышны по всему замку. Тогда она не вылезала из своей постели, ни с кем не разговаривала. К ней приходили служанки, жалели, мыли её тело, расчёсывали волосы, а ей было всё равно. Она иссохла за неделю, вечно мокрые глаза впали, её ничто не радовало.

Она уже давно разлюбила того юношу, за которого она вышла замуж. Она возненавидела своего избалованного сына, который испортил ей всю жизнь. Она мечтала о дочери, как об утешении. Она проклинала те ночи, которые она провела в часовне, молясь за выздоровление короля. Да лучше бы он сдох! Замужество – благая цель?! Разве это и есть счастье?! Ради этого женщины всю жизнь готовы принижать себя?!

Спустя неделю Маргарита вышла из своей спальни преображённой. Первым делом она подожгла эту часовню, где молила о выздоровлении мужа. Пришла к королю, влепив ему пощёчину с обещанием, что больше он не возьмёт её, и она не понесёт от него наследника. Если он будет брать её силой, она стерпит, но ночью перережет ему горло. Ей уже не было страшно, что он её сейчас убьёт. Нет. Он уже давно убил в ней прежнюю Маргариту. Самое страшное уже позади. Король не тронул её, на глазах у него навернулись слёзы. Перед ней предстал жалкий трус. Она поняла насколько она сильнее его. Никто ей не поможет. В мире нет справедливости. Каждый сам себе творец. Она сама будет вершить своё правосудие.

Королева перестала быть женщиной, как ей внушали с самого детства.

«Платье, собранные волосы, скромность и манеры. Это нравится мужчинам. Ты должна нравится мужчинам, чтобы удачно выйти замуж.» – твердили ей её воспитательницы. Для чего? Чтобы быть избитой и униженной?

Так она сменила юбки с украшениями на мужские приталенные брюки, высокие сапоги для верховой езды, которые были вечно в грязи, а ленты для волос отдала на верёвки для мешков в кладовую.

Она часто бывала в хранилище книг, выезжала из замка, жестоко наказывала за малейшую провинность любого. Она была страшна в своих наказаниях, считая, что все этого заслуживают за то, что никто не помог ей спастись от безумия короля, не спас её дитя. Все были слепы и трусливы. Попробуют пусть только сейчас поднять голову! Теперь она сидела на собраниях с мужем и вставляла своё слово, даже не спрашивая разрешения у мужчин. Король не перечил, он действительно её боялся, а остальные подражали королю, дабы не наслать на себя его гнев. Так Маргарита начинала приобретать власть. Её слова больше не уходили в пустоту. Невольно, но все стали её слушаться.

«Только в нашей стране есть три короля: король, королева и сын»– шутил король при знатных людях, но не при Маргарите.

Поговаривали, что король умер не своей смертью, его отравила жена. Но это не так. Маргарите настолько был мерзок её муж, что она не могла даже думать о нём, а уж тем более замышлять его убийство. Лишний раз представить мужа, даже в смертельной агонии от яда, для неё было пыткой– настолько противен ей был этот мужчина. Мало кто помнит, почему она стала такой.

Отправление

Наконец все вещи были собраны. Для королевы был сшит похожий наряд в котором она приехала, и которому она не изменяла уже много лет подряд: брюки из шерсти с кожаными вставками на внутренней стороне бёдер, чтобы не протиралась кожа при долгой езде на лошади, тёплая рубаха и приталенный тёплый жакет. Женщина лично распоряжалась какую одежду и из какой ткани шить для правителя южной провинции – объяснялось это тем, что она боится, что принц заболеет или замёрзнет, ведь на её страну приближалась зима, от которой иногда не могла спастись даже знать, а смерть принца обещала конец всем её замыслам.

Так, принцу сделали похожий костюм, правда, с удлинённым жакетом, наподобие длинной туники, что носили в его стране. Азгур не смог устоять перед тем, чтобы не добавить в свой новый походный костюм парочку драгоценных камней:

– Да вы будете настоящей приманкой для разбойников. – высмеяла королева любовь мужчины к украшениям.

– Я принц и будущий король. Я должен выглядеть как истинный король даже в ваши зимы.

– Только это вас не спасёт от нашей зимы.

–Так кто сказал, что я буду жить там всё время? Летом у вас, зимой – в своей родной стране.

– Но как же правление?

– У меня есть много людей, которым я могу доверять. – многозначительно подмигнул Азгур.

– Вы хорошо льстите. Только король не должен льстить – ему надо приказывать и говорить правду.

– Правду. – засмеялся Азгур.

Королеву задел его смех. Мужчина быстро сдал позиции:

– Тогда позвольте мне сказать, как истинный король, то, что вы необычайно мудрая женщина.

Королева прыснула:

– Быстро учитесь.

–Вы тоже. Смерть дышала вам в затылок, а вы увернулись от неё, и теперь отправляетесь со мной завоёвывать обратно свой трон. Воистину приятно поражаюсь вашей мудрости. Умная женщина такая редкость.

–Такая же редкость, как и умный мужчина. – отчеканила Маргарита. – Вам лучше, мужчинам, признать, что женщина нездорова, чем принять то, что она сильнее и умнее вас.

– Кхм, мы поедем на лошадях, но если будем проезжать людные места, то вы будете прятаться в повозке с сундуками. Придётся потерпеть.

– Я и не такие унижения испытывала от вас. – иронически отшутилась женщина.

– Тогда выберем лошадь.

Они отправились в личную конюшню принца Азгура. Взгляд мгновенно пал на рыжую лошадь с чёрным хвостом и гривой.

– Гнедая. – ответила королева, не раздумывая. – Я поскачу на ней.

– А вы уверены, что справитесь с ней? – удивлённо спросил мужчина, но жестом уже дал приказ вывести лошадь из конюшни.

– Я усмиряла не одну неспокойную кобылу. – ответила королева, усаживаясь на спину лошади. Животное пыталось воспротивиться, но королева резко потянула на себя вожжи, что лошадь встала на две ноги, но женщина уверенно держалась в седле. Опустившись на свои четыре ноги, лошадь стало рьяно мотать головой в сторону, подскакивая, но, сдавшись, тяжело дыша, остановилась.

Азгур открыл рот от удивления. Королева убрала пряди своих длинных волос, цвета воронового крыла с сединой, со лба и посмеялась:

– Теперь ваш черёд выбирать себе лошадь.

Открытие

– Ты уверена, что мы движемся в правильном направлении?

– Да. День назад мы… – боязливо начала отвечать Оливия – … прошли дощечку, где было написано, что нужно идти прямо, чтобы добраться до восточной провинции.

– Хорошо. – ответил Генрих, но неожиданно его будто поразило молнией, – Погоди, ты умеешь читать?

– Немного, но да. – с опаской и очень тихо сказала девушка.

– Неплохо. – ухмыльнулся Генрих. – «Умеющая читать проститутка. Что-то необычное. Хотя я даже не знаю, кем она была до Уолтона. Может она аристократка, похищенная ребёнком?» – Уже садится солнце, давай здесь и остановимся.

Оливия разобрала их небольшие пожитки, Генрих развёл костёр. Пока грелась еда, Генрих задал вопрос Оливии:

–Ты никогда не говорила, что умеешь читать. Где ты этому научилась?

– Помнишь, как мой хозяин хвастался Матильдой?

–Тем, что это любимица его гостей, у которых карманы трещат от монет? Он утверждал, что такой спрос объясняется тем, что она представительница какого-то знатного рода.

–И он тебе сказал правду. Она жила в достатке: обучалась шитью, музыке, чтению и письму.

«Как оплатить девочке обучение чтению и письму они смогли, а как оплатить долг и не сгубить её жизнь – нет. В чём толк этих знаний?!» – подумал Генрих.

– Она передала мне всё, что знала сама, правда, письмо мне так и не далось. Она пришла спустя пару месяцев как я обжилась там. А я учила её делать из трав настойки, чтобы не зачать ребёнка, делать вид, что очень приятно, что делает с тобой гость, чтобы …. не избивал со злости. Даже не знаю, чьи знания, её или мои, ей больше пригодились по жизни… её короткой жизни … – Оливия молчала и тяжело дышала, будто бы с чем-то боролась. Генрих понял, что она пытается подавить слёзы. Спустя какое-то время она продолжила. – Поначалу я гордилась тем, что умею читать. В определённые дни, когда в тавернах было много пьяных мужчин, хозяин приводил нас туда, так ведь можно было заработать больше денег: мужчины щедры и хотят развлечений, когда пьяны, а мы пользуемся их щедростью и даём им то, чего они хотят. Пока мы шли до какой-нибудь таверны, я читала вслух слова на вывесках при хозяине, мне было просто интересно узнать, что же всё-таки написано было на них, что ему очень не нравилось, ведь несмотря на то, что у него много денег, он до сих пор не умеет читать. Да и слов на вывесках было мало, обычно их украшают рисунками, ведь многие если и читают, то с большим трудом.

Однажды он был в дурном настроении, а я продолжала свою забаву. В итоге он приказал одному из его наёмников схватить меня, чтобы я не сопротивлялась, а после он разбил мне нос. Я тогда ещё долгое время ела то, что приносили мне девушки, ведь из-за разбитого носа, я не могла выходить зарабатывать деньги. Кому же нужна уродина? А зачем кормить хозяину проститутку, которая не приносит прибыли?

– Никому нельзя показывать своё превосходство – это только навредит. Уж лучше играть роль дурной хохотушки, в твоём случае, нежели захлёбываться кровью из-за своего любопытства. – подытожил Генрих. -Тогда почему же он тебя тогда не выгнал в тот раз, если ты была бесполезна? Неужели он чувствовал за собой вину за это?