Кристианна Брэнд – Смертельный номер (страница 12)

— А мисс Трапп богата? — спросил Кокрилл.

— Э-э… — Фернандо немного смутился. — Мисс Трапп? Понимаете, сеньор, с мисс Трапп вопрос тонкий. Начальник сочувствует мисс Трапп.

— Ну что ж, будем надеяться, что этот херенте посочувствует и мне, — сказал инспектор. — Не стоит полагать, что я тоже богат.

— Да-да, инспектор, вы же «агенте де полицио», вы ему как брат.

— Благодарю вас, — ответил Кокрилл, огляделся и осторожно спросил: — Тогда кто же?

Фернандо тоже огляделся и бодро улыбнулся:

— Еще остаются…

Но никого не осталось. Фернандо бился за своих «беспомощных» без особого ума, но прилагая все силы, и теперь был сам в роли беспомощного. И кто теперь станет биться за него? Начальник полиции кивнул своим людям, и двое выступили вперед с недвусмысленными намерениями.

— Инспектор, — неожиданно резко и в испуге сказал Фернандо, — он говорит, что я должен следовать за ними.

— За ними? Но почему именно вы?

—• В общем-то, — сделал вывод Фернандо, — больше некому.

— Пусть этот херенте подумает как следует.

— А зачем? — Испанец хорошо догадывался о ходе мыслей начальника полиции. — Если есть я?

— Скажите ему… — Инспектор Кокрилл быстро прокрутил в голове варианты. — Объясните* ему, что без вас некому будет переводить для него наши показания.

Фернандо перевел, потом передал ответ начальника:

— Он говорит, что управляющий гостиницы, эль диреторе, немного понимает по-английски.

— Скажите, что я не понимаю английского, на котором лопочет этот «дирритори». Если у меня не будет вас, ю я не смогу ему помочь в расследовании.

— Инспектор, — грустно продолжал Фернандо, — он отвечает, что ваша помощь ему не нужна.

— Вы объяснили ему, кто я? Скажите, что я инспектор полиции, скажите, что занимаю очень высокий и важный пост, выше, чем он…

Фернандо перевел и это, и неутешительный ответ:

— Инспектор, он говорит… он говорит, что вы слишком старый…

— Слишком старый, — повторил Кокрилл приговор себе.

— На Сан-Хуане полицейские такого уровня давно бы ушли на покой, инспектор, и очень богатыми. Здесь все полицейские любого ранга очень богаты. Контрабандисты обязаны давать им взятки, а на эти взятки полицейские могут купить себе еще больше лодок для занятия контрабандой. Сам эль херенте еще не ушел на покой, потому что у него очень много дочерей. К тому же, — честно добавил - Фернандо, — очевидно, что он намного, намного моложе вас, инспектор.

— То есть, вы хотите сказать, что он не верит, что я полицейский?

— В то, что вы полицейский, верит, но — кто такой полицейский? В то, что вы тоже эль херенте, да еще выше, чем сам эль херенте, — нет, — с сожалением объяснил Фернандо.

Инспектор Кокрилл решил, что пришло время заговорить самому, и заговорить по-испански. Он выступил вперед, посмотрел в глаза самодовольному начальнику полиции и, сильно ударяя себя в грудь, сказал громко и четко:

— Меня… Скотланда Ярд!

С лица начальника исчезло заносчивое выражение.

— Скоталанда Яр-рда? — переспросил он.

— Очень большой, — Кокрилл развел руки, как легендарный рыболов, показывающий размер пойманной рыбы, — очень большой… грандиозный. Грандиозо! Гранде!

В Скотленд-Ярде инспектор бывал не меньше полудюжины раз, обращаясь от имени полиции графства Кент за помощью. Начальник полиции вопросительно посмотрел на Фернандо.

— Си! Си! — отчаянно закивал тот. — Скоталанда Ярда!

Дальнейшее было подобно вспышке молнии. Начальник полиции повис на шее Кокрилла и стал обнимать, как родного брата, лобызая его морщинистые щеки. Сесил и Лули сунули в рот носовые платки, чтобы заглушить истерический смех. Но инспектор Кокрилл холодно высвободился из укутавших его складок плаща «коллеги». Он разделял мнение Лео Родда: все было бы забавно, как комическая опера, но бессмысленность происходящего заставляла его холодеть от страха. Убийство и подозрения в убийстве — это вовсе не шутка.

Фернандо считал точно так же, понуро стоя между двумя коренастыми стражами. Даже хихиканье в углу комнаты смолкло. Загорелые лица с черными бакенбардами, очень смахивающие на бандитские, недобро глядели из-под тени черных шляп: темно-синие плащи лежали таинственными складками, возле смуглых щек поблескивали золотые серьги, а серебряная резьба зловеще поблескивала на ружейной стали, голые немытые ноги в грязных, немнущихся, как дымоходы, брюках нетерпеливо шаркали — шаркали, желая как можно скорее увести отсюда заключенного, хоть какого-нибудь, виновного или нет, лишь бы вздернуть в какой-нибудь подходящий день на старую виселицу на торговой площади или сгноить, всеми забытого, в сырой бездонной темнице старой черной крепости на скалистом берегу. За что? Здесь так вопрос не ставят, и никаких вопросов не требуется, чтобы начальник арестовал свою жертву: никаких свидетельских показаний не выслушают и не запишут, никакого судебного дела не заведут, если только начальник полиции не сочтет разумным призвать своего друга мэра и уговорит провести публичные слушания незадолго до Пасхи — всегда бывает немного времени в эту пору: конечно, контрабандой не прекращают заниматься и во время Великого поста, но жители острова исключительно набожны и почти поголовно соблюдают все дни поста и воздержания, особенно в Страстную неделю…

— Переведите ему, — решительно сказал инспектор Кокрилл, — что мы сейчас пойдем в номер убитой, и я помогу ему в расследовании. Скажите, что вы пойдете с нами как мой переводчик.

Была половина десятого вечера. На верхней террасе «незапятнанные», склонив головы, с глазами, горящими от любопытства, смешанного с аппетитом, приступили к обеду.

Лео Родд спустился с балкона на первый этаж и вызвал администратора отеля. Тот прибежал бледный и запыхавшийся, несомненно полагая, что если этим дикарям-иностранцам не услужить моментально, то его убьют здесь же на месте.

— Мы не можем есть там, — Лео Родд указал на обедавших на террасе. — Поставьте нам столик на балконе и принесите туда какую-нибудь еду. И вина, «мольто вино» или как это у вас называется, и еще всем по двойному хуанельо или кто чего попросит. — Он прошел в центральное фойе, поднялся по лестнице, вошел через коридор в их с Хелен комнату и вышел на балкон. — Мы потребуем, чтобы нам устроили столовую в этом углу, и тогда мы не будем мешаться под ногами этому полицейскому сброду. И в то же время сможем наблюдать за действиями инспектора и его «друга» херенте. — На взволнованные охи мисс Трапп он ответил, что их пока еще не убили, а раз они живы, им надо есть.

— Дорогуша, ваш приятель так распоряжается, просто по-королевски, — прошептал Сесил Лули.

— Ну, кому-то нужно было начать действовать, — с легкой укоризной ответила Лули.

— Надо с пониманием относиться к тем, кто всего лишь чуточку разнервничался. Вы, конечно, не знаете, а ведь кое-кто через такое уже проходил!

— Что значит «через такое уже проходил»?

— A-а! Через убийство, моя милая. Много лет назад в нашем «Кристоф и Сье» убили одну из девушек. Вы не представляете, как чудовищно. Полицейские расследования и все такое. Меня вот что волнует: что подумает инспектор Кокрилл?

— Подумает, что ваши многочисленные дочурки скоро станут сиротами, — пошутила, оживившись, Лувейн.

Администратор отеля распорядился, чтобы семерых подозреваемых достойно обслуживали в импровизированной столовой в углу балкона.

— При данных обстоятельствах, — сказал Лео Родд, когда несчастные туристы расселись за столиком, — тост «Выпьем за преступление», пожалуй, будет излишним.

— Не знаю, как другие, — признался Сесил, — но что касается меня, то я не скрываю: напуган до смерти, как мальчишка.

— Видимо, мы все пятеро напуганы, — сказал Лео.

— Но, мистер Родд…

— Смотрите, мисс Трапп: мы все попали в неприятное положение, очень даже неприятное. — Лео протянул руку за сигаретой, которую ему зажгла жена. — Остальные участники тура определенно вышли из игры, как и другие гости отеля. Так или иначе, только мы хотя бы сколько-нибудь знали ее, наша узкая компания, так скажем, знала о ней больше, чем все прочие. И, разумеется, все мы видели ее перед самой смертью. Мисс Лейн была у моря вместе с нами до половины пятого, а в семь часов она уже была мертва.

— Да, но неужели просто из-за того, что мы время от времени разговаривали с ней… то есть я хочу сказать, разве можно считать, что мы с ней как-то связаны?

— Я просто объясняю: нас будут допрашивать, и нам неплохо бы объединиться и договориться, как мы будем отвечать.

Невдалеке от них стоял, облокотившись на перила, инспектор Кокрилл и с нескрываемой неприязнью наблюдал, как занимаются своим делом полицейские Сан-Хуана.

Мисс Трапп печально потягивала свой хуанельо.

— А кто-нибудь из персонала не мог? — спросила она.

— Персонал не в счет. Его отослали.

— Ну, конечно, — с надеждой предположил Сесил, — ведь херенте мог отослать их в какие-нибудь темницы или еще куда-то…

— Вздор, дружок, вон они гудят со своими «оссо буко»^{10} и варевом типа «рататуй» на террасе внизу. Можете полюбоваться, — сказала Лувейн. — И к тому же, ну зачем кому-либо из персонала понадобилось убивать мисс Лейн?

Мисс Трапп считала, что причин могло быть не меньше дюжины: ведь всем известно, что все иностранцы — дикари.

— Они могли подумать, что, пока она будет на пляже вместе с нами, они успеют зайти в ее комнату…