Кристиан Монтаг – Новые боги. Как онлайн-платформы манипулируют нашим выбором и что вернет нам свободу (страница 47)

Регулирование микротаргетинга в политической сфере, безусловно, неотделимо от борьбы с распространением фейковых новостей, которые могут быть очень опасны при формировании определенных политических настроений. Как мы знаем из главы 6, исследования показывают, что фейковые новости распространяются гораздо быстрее и охватывают гораздо большую аудиторию, чем правдивые. Как с этим бороться?

Николас Диас и его коллеги[563] изучили, как влияет на восприятие достоверности новости указание под заголовком источника. Неосведомленные пользователи могут посчитать, что, если в качестве источника значится, например, портал Breitbart News, это уже способствует борьбе с фейками. Вроде бы Breitbart News многим запомнился как новостной сайт с дурной репутацией: он известен распространением фейков и принадлежит бывшему советнику Трампа Стивену Бэннону, который больше не работает непосредственно на Трампа, но открыто надеется на его возвращение и делает на него ставку[564]. А значит, если человек видит Breitbart News в качестве источника, это уже хороший сигнал аудитории: новость ненадежная, – верно? К сожалению, результаты исследования говорят, что такой сигнал не считывается. Проанализировав данные почти 7000 участников, ученые пришли к выводу, что упоминание источника новостного сообщения не помогает справиться с дезинформацией в социальных сетях. А вот работа Эндрю М. Гесса, посвященная борьбе с распространением фейковых новостей, напротив, немного обнадеживает. В ней рассматривался вопрос, как на распознавание фейковых новостей влияют мероприятия по повышению медиаграмотности[565]. Благодаря таким тренингам люди осознают, как важно тщательно проверять источники, следить за оформлением новостей и не доверять радикальным заголовкам. Одну группу участников исследования попросили учитывать эти и другие рекомендации, отраженные на рисунке 9.2 (правая сторона), при оценке новостей; другой группе не давали никаких советов. Простое вмешательство привело к тому, что пользователи стали более критично и скептически оценивать как правдивые, так и фейковые новости, причем по отношению к фальшивым новостям эффект был значительно сильнее: те, кто принял во внимание вышеупомянутые советы, были меньше склонны верить фейкам. Следовательно, выглядит целесообразным давать общие рекомендации о методах распознавания фальшивых новостей, даже если люди будут с некоторым подозрением относиться и к правдивым новостям (см. рис. 9.2).

Рис. 9.2. Принятые во внимание рекомендации (показаны не полностью) в правой части графика привели к тому, что участники из выборки по США классифицировали фейковые новости как менее достоверные по сравнению с контрольной группой (адаптировано по: Guess et al., 2020). Примечание: в этом исследовании также были выборки, где эффекты проявились слабее

Эти данные также согласуются с результатами нового исследования рабочей группы под руководством Гордона Пенникука[566]. Оно показало, что, даже когда испытуемые просто задавались вопросом, стоит ли воспринимать всерьез прочитанное сообщение, это уже повышало вероятность, что они отличат правдивую новость от фейковой. Теперь следует учесть этот положительный опыт и соответствующим образом изменить архитектуру социальных сетей, чтобы важные и проверенные сообщения могли получить более широкое распространение. Возможно, здесь были бы полезны простые всплывающие вопросы, например: «Вы уверены, что это сообщение не фейк?» (одновременно это помогло бы снизить поток фальшивых новостей)[567]. Новое исследование той же группы ученых, опубликованное в научном журнале Nature, подтверждает наши предположения: им удалось эмпирически доказать, что, если пользователям задают вопросы о достоверности новостей, надежность сообщений, которыми они делятся с другими пользователями, повышается[568]. В целом оказалась верна простая житейская мудрость: нужно думать своей головой.

В заключение добавлю, что сегодня многие ученые размышляют над тем, как предоставлять пользователям более взвешенную информацию, чтобы уменьшить эффект «пузыря фильтров». Внесение изменений в алгоритмы, которые определяют содержимое новостной ленты пользователя, – очень важный вопрос. Например, если мои цифровые следы показывают, что я придерживаюсь более левых политических взглядов, то алгоритм, настроенный соответствующим образом, мог бы предлагать мне не только левый взгляд на мировые события, соответствующий моему мировоззрению, но и комментарии приверженцев более консервативных убеждений[569]. Таким образом, я бы мог видеть в своей ленте различные точки зрения. Может ли такой подход оказать положительное влияние на человека и смягчить радикальные взгляды? Посмотрим, что скажет наука в ближайшие годы.

Довольно многие исследования показывают, что злоупотребление социальными сетями связано с более негативным самоощущением[570]. «Злоупотребление» в данном контексте определяется так же, как при изучении других зависимостей: люди, которые сами называют себя зависимыми от социальных сетей, чаще сообщают, что хуже себя чувствуют. Как мы уже знаем из главы 7, несмотря на множество исследований, ученым до сих пор не удалось доподлинно установить, где причина, а где следствие. Люди, которые недовольны собой, проводят больше времени в социальных сетях – или, напротив, их проблема возникает в результате злоупотребления социальными сетями? Результаты другого исследования также указывают, что в изучении связки «самоощущение – использование социальных сетей» очень важны контекст и постановка вопроса: если участников исследования не спрашивать об их склонности к аддиктивному поведению в социальных сетях, а просто попросить ответить, сколько часов в день они тратят на соцсети, наблюдаемые корреляции между самоощущением и чувством комфорта оказываются очень незначительными[571]. Статистически долгое пользование соцсетями, как правило, указывает на зависимое поведение. Однако не каждый такой пользователь является «зависимым», не говоря уже о том, что сам этот термин, как я уже объяснял, представляется спорным и сейчас ученые предпочитают использовать понятие «расстройства, связанные с использованием интернета (с акцентом на социальные сети)».

В целом, в последние годы стало очевидно, что корреляции между переменными, характеризующими использование социальных сетей, и самоощущением довольно малы, по крайней мере если мы статистически анализируем большие группы людей. Однако это не исключает того, что в отдельных случаях некоторые пользователи могут серьезно пострадать от злоупотребления социальными сетями или от негативного опыта, полученного онлайн (вспомним трагичное самоубийство Молли Рассел). Кроме того, многочисленные исследования, проведенные в последние годы, показывают, насколько важно различать склонность к активному или пассивному использованию социальных сетей. В противном случае невозможно в полной мере оценить, насколько злоупотребление соцсетями влияет на то, как пользователи себя чувствуют. В настоящее время некоторые исследователи предполагают, что пассивное использование социальных сетей «вреднее», чем активное. Пассивный пользователь регулярно сравнивает себя с другими людьми и апатично просматривает страницы в интернете. В какой-то момент он зацикливается на том, что у всех вокруг все хорошо – но не у него[572]. Так возникают типичные проблемы формирования процессов восходящего социального сравнения (см. главу 7). Тем временем активные пользователи выкладывают много постов и общаются с людьми из своей сети контактов.

В дискуссии о вероятных взаимосвязях между различными формами использования социальных сетей и самоощущением, несомненно, следует учитывать значимую роль личных переживаний. Некоторым пользователям соцсетей приходится закалять свой характер во время дискуссий, которые зачастую ведутся в весьма грубой и жесткой манере. Не каждому под силу выдержать поток полных ненависти комментариев или «срач» в интернете.

Несмотря на всю неоднозначность связей между использованием социальных сетей и самоощущением человека, мне кажется важным задуматься о том, как могла бы выглядеть действительно «здоровая» социальная сеть. Суть такой «здоровой» соцсети должна заключаться в обеспечении полноценного общения между людьми с соблюдением их основных прав. Онлайн-платформы, созданные лишь для того, чтобы как можно дольше удерживать пользователей в сети, ни к чему хорошему не приведут (даже без учета данных исследований, представленных в этой главе): мы, безусловно, можем использовать свое драгоценное время гораздо продуктивнее, чем просматривая комментарии или видеоролики очередного инфлюенсера. Не я один поражаюсь тому, как много родителей на скамейках детских площадок сидят в социальных сетях вместо того, чтобы играть со своими детьми. Зная, как соблазнителен виртуальный мир, я вообще оставляю смартфон дома, когда иду гулять с дочкой, чтобы посвятить свое время именно ей. Может, стоит подумать, как мы могли бы подтолкнуть уже существующие социальные сети к развитию в более здоровом направлении? Не так давно в мире активно обсуждались положительные изменения в этой сфере. Несколько технологических компаний громко заявили о важности комфорта пользователей и принципе «Время, проведенное с пользой». Например, компания Apple предложила услугу подсчета экранного времени, а Facebook позволил пользователям установить своего рода цифровой будильник, чтобы лучше контролировать время, проведенное на платформе.