Кристиан Бэд – Сломанная скрижаль [СИ] (страница 45)

Он засопел со свистом, плотнее запахнул плащ и залез на крыльцо, сгорбившись там как жирный ворон.

Кандидаты в студенты загомонили, не решаясь даже подходить к арке.

Перспективы были, конечно, солидные. Возле дворца правителя возвышалось ещё два прекрасных здания. В одном из них, как объяснил этот ворон в плаще, будет идти учёба, в другом расселят студентов.

Жить во дворце было, конечно, здорово… Ну а как сгоришь?

Приятели Дианы переглянулись.

— Может, я один схожу погляжу, чего там такое? — спросил Малко. — Может, оно и не больно-то жарко?

Хьюго кивнул. Послать слугу — это не значило испугаться.

Однако стать первым испытуемым помощник конюха не успел. Из толпы вышел один из парней, высокий, крепкий, и широким шагом направился к арке.

У входа он задержался на пару секунд, но жар, видно, был небольшой.

Парень шагнул внутрь и исчез в чёрном пламени.

Диана закусила губу и стала считать про себя секунды: десять, двадцать, тридцать…

— Сорок! — объявил Хел.

И парень выскочил из арки, почему-то мокрый с головы до ног.

— Там всё горит! — воскликнул он. — Там нет прохода!

Господин Зибигус скривил губы:

— Трусу и не пройти. Я пояснял, что обучающимся требуется огромное мужество. Пройдут самые смелые или те, кому подчинится стихия, наделённые магическим даром с рождения.

Хел тронул за плечо ражего Хьюго:

— Спроси у него, можно ли проходить испытание группой, вместе со спутниками, с которыми ехал в Вирну?

Ражий кивнул и потопал к крыльцу.

— Господин Зибигус, — несмотря на внешнюю неуклюжесть, парень был обучен говорить грамотно. — Разрешите ли вы пройти испытание вместе с друзьями? Мы вместе приехали в Вирну. Возможно, от рождения я и лишён магии, но предан добрым друзьям, и это придаст мне мужества. Вернуться я не могу, отец велит выгнать меня из дома.

Толстяк пристально уставился на парня, но ничего особенного в нём не заметил.

Зибигус разглядел, что ражий приехал вместе с дочкой магистра Фабиуса. Возможно, такая красивая девица и в самом деле взбодрит парней, а они докажут, что преграда преодолима? А то ведь останешься совсем без студентов.

Он кивнул.

Хел, держась так, чтобы Малко с Петрей загораживали его неброскую фигурку, отправился к арке вместе со всеми.

Конечно, чёрт не слепой. И потом поймёт, что его надули. Но это будет потом.

Хьюго шёл первым, но у арки остановился, поджидая товарищей.

Диана обогнала его, протянула руку, пытаясь понять — сильно ли жжётся пламя?

Не поняла. Из черноты веяло то обжигающим жаром, то холодом. Похоже, это было совсем и не пламя, а какая-то колдовская субстанция.

— Ну и чего встали? — спросила парней Диана.

Она первая вступила под арку.

Хел тенью скользнул за ней. Следом бросился Малко, а потом и все остальные. Господин Зибигус был прав — порывистая девица заставила парней потерять страх.

Темнота окутала Диану жаром, но шаг… и сверху хлынули потоки ледяной воды.

Она завизжала — вода обожгла, словно кипяток!

— Вперёд! — крикнул Хел. — Быстрее!

Он схватил Диану за руку и потащил сквозь ливень!

Прыжок, ещё… И перед испытуемыми, промокшими, казалось, до самых костей, поднялась стена самого настоящего огня.

— За мной! И ничего не бойтесь! Вы — мокрые, а путь через огонь — такой же короткий, — быстро пояснил Хел. — Двигаться только вперёд!

Он рванул Диану на себя, обнял и кинулся с нею в огонь.

***

— Куда ведёт эта арка? — спросила Ханна.

Разговор с мужем разволновал правительницу, и во двор она вышла, опираясь на руку Борна.

Прикосновение демона было сухим и горячим, словно она положила ладонь на печку. Но не обжигающим. А опора придавала ей уверенности.

— Да особенно никуда, — рассеянно улыбнулся Борн.

Он размышлял о человеческой хитрости. Сейчас Александэр, раздавленный недавним заточением, казался агнцом, но что будет, когда он ощутит силу? Кто будет надзирать за ним денно и нощно? Людская стража?

— Она сама себе вход и выход? — удивилась правительница, разглядывая белый камень.

Арка возникла во дворе из ниоткуда, но ничем не отличалась от настоящей. Просматривались и неровности кладки, и трещины в камнях.

Неужели это был просто мираж?

— Арка ведёт к парадному входу в этот же самый дворец, — пояснил Борн, усилием воли отодвигая беспокоящие его мысли. — Там, на крыльце, стоят сейчас будущие студенты. Чтобы начать учиться, они должны сначала пройти сквозь арку.

— И что им мешает? — пожала плечами Ханна.

Она хотела было подойти поближе и рассмотреть удивительное творение магии, но не решилась отпустить локоть Борна.

Освобождение Александэра, как правительница ни крепилась, плохо подействовало на неё. Лишь рядом с демоном да на троне она ощущала себя защищённой.

— Мы выбрали для испытания две из существующих стихий, — Борн заметил наконец интерес своей спутницы и направился вместе с ней к арке. — Сначала на того, кто захочет пройти сквозь, обрушится вода, потом ему преградит дорогу огонь.

— Но зачем? — удивилась Ханна. — Разве это поможет отбирать потенциальных магов?

— Дурак Зибигус не смог придумать ничего поумнее, — невесело рассмеялся Борн. — На самом деле мы вообще пока не способны отобрать тех, кого сможем научить магии. Возможно, обучаем любой нормальный студент, возможно — никто. А вот напугать юнцов перед обучением не помешает. Старый чёрт требует ещё и узаконить розги. Боится, что не справится с толпой малолетних бандитов.

— Мне кажется, битьём ничему хорошему научить нельзя, — нахмурилась Ханна.

— А разве дисциплина — это хорошее? — усмехнулся Борн. — Дисциплина — подчинение требованиям, а подчинение — это насилие.

— Демоны, наверное, не подчиняются никому?

Борн и Ханна остановились в десятке шагов от арки, но и отсюда она казалась совершенно реальной. От неё даже пахло горячим камнем.

— Напротив, — Борн уже откровенно смеялся над невежеством своей собеседницы. — Наш мир очень жёстко регламентирован. В нём ещё больше условностей, чем в мире людей. В аду мне никогда не удалось бы усадить на трон женщину, это не в наших обычаях.

— Но почему? — не сдавалась правительница.

— От рождения адские твари не определены, — пояснил демон уже без улыбки. Он вспомнил, что Ханна при всём желании не смогла бы ничего выяснить про адский быт и нравы. — Это человек сразу рождается человеком, а кошка — кошкой. Чёрт, демон или фурия — при рождении — всего лишь комок живой слизи. Только через сто лет этот комок обретает форму согласно своим мыслям, чувствам, способностям. Если уж из зародыша вышла баба — значит, нутро у неё вздорное, а нрав легкомысленный…

— У людей не так, — покачала головой Ханна.

— И это удивительно, — кивнул Борн.

Арка вдруг засветилась, и из неё вывалились в обнимку парень и девушка, а следом выбежали ещё трое парней. Все мокрые, исходящие паром и испуганные.

Один парень (Борн знал его, это был чернявый подручный конюха, Петря) не удержался на ногах и рухнул в траву. Второй, крепкий парнишка, кровь с молоком, подошёл к арке, разглядывая её и пытаясь снова забраться внутрь.