Кристиан Бэд – «Персефона». Дорога в ад 2 (страница 58)
Он тихо стоял у плеча эрцога, готовый принять командование.
Дежурный уже поставил на уши все службы, а в сложной обстановке в рубке должен стоять капитан. Не номинальный, которым был Локьё, а тот, что отвечает за военные операции.
— Отставить стрельбу! Наблюдайте! — велел эрцог. — Поднимайте записи со всех окрестных маяков. Как-то она здесь оказалась?
— Уже занимаемся, господин командующий. Пока никаких следов. Может, она давно сидела на грунте? Дайяр — заброшенная планета. Только случайные туристы могли бы тут что-то разглядеть.
— Запросите турфирмы, может, были настораживающие отзывы?
— А если подземный завод?
— Его нужно было ещё незаметно построить.
Локьё прикрыл глаза и всмотрелся в линии, но и они замерли, ожидая чего-то.
Он не понимал, что предпринять. Была ли ситуация той, где первый камень положено столкнуть? Или ожидание принесёт больше пользы?
— Господин командующий. Ещё игла! — дежурный едва сдерживал радость в голосе. Бой для молодых — развлечение.
Длинное тёмное пятно появилось в атмосфере Дайяра, постепенно становясь всё более явным.
— Это не игла, господин командующий! — перебил капитан. — Это — имперский тяжёлый крейсер… Модель… ZЦ-67, модификация четыре! Его просто невозможно посадить на планету! Это какая-то аномалия! Приборы галлюцинируют!
— Такое бывает? — удивился Локьё.
— А вы разве не помните помехи, которые никак не разрешались потом? Это у Коги, разрывы пространства и…
— Господин командующий, связь! — голос дежурного звенел в ушах, как колокольчик. — Снова Имэ. Соединять?
Эрцог кивнул.
— Ну, дождался? — услышал Локьё сухой и ветхий голос Имэ. — Беги, дурак. Сейчас тут появятся шестнадцать крейсеров Севера! Полное боевое крыло. Не забудь обо мне, если выживешь!
— Ты знаешь, откуда они?
— Понятия не имею. Империя вывезла столько хаттских учёных, что вполне могла изобрести новый принцип перемещения. Думаешь, хаттские уродцы-полулюди погибли? Бедный Аний, все тебе врут! Эрзо знал, потому он и отдалился от тебя перед смертью. Это он уступил Империи! Он полагал, что уступки оттянут следующий раунд войны. Но Империя не успокоится, пока не раздавит нас, ты не знал? Она! Она — настоящая наследница Земли!
Эрцог слышал и не слушал Имэ. Он наблюдал за имперским крейсером. Ещё немного, и его капитан сообразит, что на орбите поджидают совсем не друзья.
— Срочно послать запрос в ставку командующего Объединённым Югом! — рявкнул Локьё на дежурного.
— Ой, дура-ак! — эрцог забыл отключить Имэ, и тот залился счастливым смехом: — Твой Дьюп — в сговоре с Северянами! Это он помог наследнику убежать и организовал экспедицию к Земле, чтобы отвлечь твоё внимание от Дайяра!
— Заткнись! — коротко бросил эрцог, вырубая связь.
Но Имэ умел работать своим проклятым голосом!
В душу Локьё уже закралось сомнение: а что, если опальный регент прав? Что если Север Империи договорился с имперским Югом?
Эрцог смотрел на экран, а видел паутину, и переплетение удушающе алого и ледяного синего не давало ему дышать.
Неужели южане могли так поступить?
Это же они первые вышли на хаттов Гамбарской группы… Они многое могут.
— Господин эрцог, — вмешался дежурный. — Мы подготовили запрос в ставку командования Юга Империи. Посылать его или нет? А что если они — действительно в союзе с врагами?
Дежурный замер, ожидая ответа.
Но эрцог Локьё смотрел на пепельные облака Дайяра и молчал.
Глава 62
Южные рубежи галактики. Дерен — Локье
Капитан спецона, первый пилот «Персефоны» Вальтер Дерен, падал на Меркурий.
Приборы чудили, отказывая один за другим. И только датчики гравитации, расположенные рядом с реактором шлюпки, чётко рисовали вытянутый овал. Аттракционный «след» крейсера заместителя военного министра Севера Империи Хайлика Долгина.
Дерен был слишком большим циником, чтобы поверить, что человек с лицом Хайлика Долгина, с его трусливо опущенными углами рта и подобострастной улыбкой, способен самоубиться, даже если за провал миссии ему грозит потеря замминистерского портфеля.
Ну не расстреляют же его, в самом деле? А позор — штука эфемерная. Вот если ты умер — тогда поражение на тебя свалят точно. А выживешь — может, сумеешь и выкрутиться. Глядишь, ещё и нашивки героя дадут: тройные, с золотой нитью.
Дерен погнался за имперским крейсером, потому что ожидал от Долгина какой-нибудь хитрый финт, который поможет ему сбежать.
Ломанулся же он куда-то? Может, в раскалённой атмосфере Меркурия томится пара-тройка хаттских «игл» или шлюпка, и есть план, как эвакуировать высокого чиновника?
А потом крейсер вынырнет на орбите уже без Долгина и затеет отвлекающий манёвр, а заместитель министра исчезнет, растворится в пространстве. А вот этого — никак нельзя было допустить.
Крейсер, однако, шёл вертикально вниз, практически в режиме падения, и Дерен начал сомневаться, что правильно оценил замыслы Долгина. Слишком уж горячо было на Меркурии.
Температура за бортом росла по очень скверной кривой, хотя обтекаемость шлюпки пока позволяла сохранять на обшивке самые стойкие датчики — температурные. Но скоро и их придётся втянуть под псевдоживую «шкуру», иначе выгорят.
Часть датчиков, обеспечивающих связь и системы «технического зрения» Вальтер Дерен успел вывести из верхних слоёв обшивки, когда отказала тензометрия. Но датчики радиации, давления и гироскоп — успели накрыться. Похоже, они словили импульсно-магнитный удар, потому что отказали разом.
Шлюпка почти ослепла. На экранах остались температура да гравитационные пятна.
Теперь Дерен нёсся в никуда в навигационной тьме, напоминающей ад из древних книг. Пылающий ад, где не было ничего живого.
Навигационная машина — единственная не вышла из строя. Её эксполяторы, псевдоживые инфоблоки, рассчитанные на зону Метью — выдержали и здесь. Но что тогда за бортом, если держит только аппаратура для изменённого пространства?
Дерен нахмурился. Сочетание магнитных и домагнитных энергощитов теоретически позволяло шлюпке упасть даже на Солнце, хотя при этом она тоже ослепла бы и глохла.
Но Солнце — раскалённый шар плазмы, а Меркурий — планета. Где-то должно быть ядро, датчики гравитации сигналят, что оно вроде бы есть, но расстояние до него определить нечем. А температура всё растёт и растёт…
Может, это такая новая шутка системы Кога? Планета, которая горит не снаружи, а изнутри?
Дерен откинулся в ложементе и прикрыл глаза. Он не понимал, куда летит, где Долгин и что вообще происходит. Но поворачивать назад было не в его правилах.
«Допустим, — размышлял он. — Меркурий — ровно та дрянь, что и фиксировали с орбиты: раскалённая атмосфера и непонятно, что с грунтом… Но куда тогда рванул замминиста? Решил пройти сквозь ядро?»
С ядром было непонятно и сейчас, и с орбиты. Гравитационные датчики шлюпки фиксировали некую кривую соотношения между условным ядром планеты и приближающимся к нему имперским крейсером. Словно бы крейсер гнался за ядром, а оно убегало.
Ну и что будет, когда Долгин догонит ядро? Взрыв?
Только навигационная машина работала без сбоев, и Дерен занялся вычислениями.
Скорость падения вычислить было легко. Старые данные по Меркурию — тоже не вызывали сомнений в наличии у планеты ядра. Оставалось рассчитать, на какой минуте шлюпка достигнет предельной плотности вещества.
Когда расчёт был закончен, Дерен понял, что в ядро он должен был врезаться две минуты сорок секунд назад.
Однако шлюпка продолжала падать. Экраны были черны, за исключением двух гравитационных пятен — «ядро» и «крейсер», а температурные датчики он всё-таки проворонил, и температура ушла в область фантазий.
Время повисло, тикал лишь механический хронометр.
Ни одна система, кроме навигационной машины, не подавала признаков жизни. Даже паутина застыла перед внутренним взором Дерена.
Неужели он неправильно понял природу Долгина, и тот всё-таки решил убиться об Меркурий?
А может быть, все они уже погибли: и Долгин, и команда его крейсера, и преследующий их Дерен? А память — квантовый след, зависший в пространственной аномалии?
Руки Дерена дрогнули на подлокотниках, но повернуть назад, видя впереди убегающего врага, он не мог. Какая разница, сколько градусов за бортом, если гравипятно крейсера всё ещё убегает от шлюпки?
Шею вдруг стянула судорогой, боль побежала по плечам, обжигая мышцы.
Тело сопротивлялось смертельному решению своего хозяина. Оно хотело хотя бы попробовать повернуть назад, сделать попытку вырваться из огненного ада. Оно не хотело умирать.
Вальтер Дерен криво усмехнулся — такого ему ещё не приходилось испытывать. Физиология взбунтовалась — это же надо?
Соматическая нервная система, та, что позволяет людям сознательно управлять мышцами и собирает информацию от рецепторов, капитулировала перед вегетативной.