Кристиан Бэд – «Персефона». Дорога в ад 2 (страница 18)

Пилота «Персефоны», машину по имени Себастиан Бо, он видел вживую!

— Похожи, да? — прищурился Белок.

— Да, — вынужден был согласиться Лес. — Но хатты не стали бы убегать от вас на катере.

— Значит, видел, — кивнул сам себе Белок.

— Одного. Мы долго не знали, что он — хатт. Иллюзия полная — и облик, ощущения, даже запах.

— Значит, медкомиссию, например, он прошёл бы легко? И сымитировать мог, что угодно — открытую рану, кровь?

— Да, — кивнул Лес.

Белок задумчиво оглядел «щенков».

— Ну, а теперь сами решайте, — сказал он. — Как мне к вам относиться? Как к людям?

Лес пожал плечами.

Доказать, что они люди, действительно было невозможно. Бо мог сымитировать примерно всё. И сканер (медицинский, по крайней мере) его тоже не мог вычислить.

— Да мы, вообще-то, к тебе в друзья и не навязываемся, — огрызнулся Рао. — Мы хотели, чтобы Эберхард, — он кивнул на наследника, — ступил на землю своих предков. Его Дом ведёт своё начало от первых колонистов, которые владели здесь землёй и домами. Но бросили всё. Улетели. И у них осталась традиция — наследник должен ступить на Землю ногами.

— Ну, ступил он, а дальше что? — спросил Белок.

— Дальше нам надо назад, но катер наш пострадал очень сильно. И не понятно пока, можно ли его починить. Может, военные нас подберут.

— Так у вас и катер уцелел? — оживился Белок. — И система его не увидела? Дала вам сесть? А где он?

— В лесу, можем показать. Только двигателям — хана.

— Починить можно всё, — усмехнулся Белок. — А нам очень пригодится машина, которая не бьётся системой. Особенно, если на ней уже есть… — он помедлил. — Следы починки!

— Не понимаете, как мы смылись от вашего бородача? — спросил Лес.

Белок кивнул.

— Да, — кивнул Лес. — Следы есть. В борту была дыра. Пришлось её заварить.

— Значит, всё-таки Кирш помог вам удрать?

— Понятия не имею, кто это, — пожал плечами Лес.

Белок усмехнулся.

— Ну, вот это уже привычное мальчишеское вранье. Человеческое. Значит, как-то сговорились… А Славика по башке чем огрели?

— Ментальный удар, — сказал Эберхард. — Такое особое искусство работы с сознанием. Я — наследник одного из великих Домов камня. У меня это врождённая способность — работать с сознанием.

— Мистика какая-то, — хмыкнул Белок. — Но катер я заберу.

— Да забирайте, — пожал плечами Лес. — Меняем на жратву. Есть очень хочется. Если бы мы были хаттами, запитались бы от генератора. Но вот как-то не вышло, и брюхо совсем к рёбрам прилипло. Можно уже тут где-нибудь пожрать, а?

— Ладно, — вздохнул Белок, ещё раз поглядев на экранчик своего прибора. — От людей я вас отличить не могу, хоть это и не говорит ни о чём…. Стоп! — Он вскинулся и уставился на щенков. — А чипы? Чипов у вас тоже нет?

Парни переглянулись и помотали головами.

— А почему их нет?

— Не знаю, — сказал Лес. — В нашей культуре — нет никаких чипов. И в Империи, кажется, тоже. Коммуникаторы есть, вот.

Он отцепил от браслета на запястье пластинку коммуникатора.

— Это такой банк данных, вычислитель, средство связи. Но все маячки мы пока отключили. Своих контактов тут нет, а чужие — нам самим не нужны.

Белок порылся в своём коммуникаторе, потом прислушался к чему-то внутри себя.

— Ну да, сказал он. Уход второй волны в космос был связан и с чипированием тоже. Какие-то мелочи и тогда были, вроде кодов для оплаты. Значит, вы изжили их все?

Парни переглянулись.

— Похоже, так.

— А деньги? Что у вас вместо денег?

— Эрго, — Лес вывел на комме значок платёжной системы. — Это сложная единица, обеспечиваемая энергией планеты, как правило. Тут много тонкостей. Я не экономист, мы обзорно учим пока. Есть социальные и общие эрго, есть условный капитал.

— А золото? Цифровые коды?

— А какой в них смысл? Энергия — универсальная единица благосостояния планеты.

— А вот эти ваши Дома? Они — самые богатые?

— Совсем нет. Они охраняют наши духовные и социальные приоритеты. Дом Паска, например, стоит на страже закона. Во всех его смыслах. И самый важный закон — это ответственность перед миром.

Белок хмыкнул:

— Надо же — перед миром… Ладно, — решился он. — Айда со мной! Будем считать, что вы всё-таки люди. До очередного ЧП.

— А кормить будут? — поинтересовался Лес. — А то, может, мы лучше здесь останемся? Поохотимся. Или рыбку. Рао умеет. Он вчера рыбину вот такую поймал! — парень показал руками. — Но мы костёр развести не сумели — его дрон пеной залил. А вот здесь, в убежище, нас дроны не засекут.

— Вот прямо взял и поймал? — удивился Белок.

— Он и ушастика утром поймал, — сдала Рао Дизи. — Пушистого. Мы его отпустили.

— Мда, — сказал Белок. — Ну, может, после обсудим и это. А пока — марш за мной! Тут недалеко. А вы, — он обернулся к пацану и девушке. — Бегите на базу! Славка уже, поди, похлёбку сварил.

— А почему нам с ними нельзя? — спросил Эберхард.

— Техника безопасности, — пояснил Белок. — Вроде бы ничего я в вас машинного не нашёл, но гарантий-то нету.

— А сам-то ты не боишься с нами? — спросил Рао. — Вдруг мы всё-таки машины?

— Торчал бы я тут, на Земле, если б чего-то боялся! — фыркнул Белок и зашагал на выход.

Следуя за ним, парни прошли сквозь каменный «сад», спустились к реке.

И прямо в её обрывистом берегу обнаружили неприметную, заросшую кустами расщелину. Так бывает, когда ручей по весне стекает в реку, пробивая себе дорогу.

Десяток шагов по сухому руслу, и под ногами звякнул металлический пол. А потом показалась круглая шлюзовая дверь, как в ангарах и старых судах времён хаттской войны.

— Тут в берег корабль зарыли, что ли? — спросил Лес.

— Вроде того, — согласился Белок.

Он заметно устал. Видимо, действительно прилетел этим утром. ЧП разгребать.

Дверь от его голоса дрогнула и начала раскрываться трёхлепестковым цветком, как в головидео о кораблях времён колонизации.

Эберхард дёрнул Леса за рукав.

— Да вижу я, — буркнул тот.

Дверь открылась, явив ангарное нутро: пупырчатый пол, ремонтную технику, свисающую с потолка.

— Это корабль, — констатировал Лес. — Вроде того, что за нами гонялся. И я нигде не вижу признаков ржавчины, грязи… Непохоже, что он вмурован сюда много лет назад. Вы что, прямо сегодня на нём прилетели?

Глава 43

Станция «Эра». «Братство щенков»